12. Мир 2
После универа Саша и Лена уже второй год работали в одном учреждении. В качестве альтернативы Общественно Полезных Дел они записались в график дежурств Добровольных Помощников Оранжевых Беретов правопорядка или просто ДHД.
После окончания вечернего патрулирования группа вернулась в штаб. В нежном сиреневом сиянии закатного неба с изредка прорезывающимися зелеными лучами вокруг садящегося солнца последний раз вспыхивали на просвет облака над горизонтом, и эти отблески ярко окрашивали отражательные наголовники патрульных в виде черепа с обвившейся вокруг змеей, что символизировало оздоровление общества.
- Так, Лены, опять сегодня не было... Передайте, что еще один пропуск и придется аннулировать ее членство и привилегии на бесплатные страусиные яйца.
- Я слышал, что она болеет! - по возможности безучастно сообщил Саша.
- А ты, Саша, проводи, пожалуйста, Наташу, раз вам в одну сторону.
- С удовольствием.
- Спасибо! Свободны. До свидания.
Они вышли на заснеженную улицу.
- Хорошо хоть мороза нет, - проговорила, ежась, Наташа, - а то бы уже загнулась на улице.
Она оступилась на замерзшей луже и, ойкнув, ухватилась за Сашу, уже не отпуская.
- Знаешь, - сказала, наконец, Наташа, - обычно мальчики, когда со мной идут, что-то интересное рассказывают.
- Наверное я исключение.
- Ну исключайся, идешь какой-то сам не свой. Но в этом что-то есть. Ты какой-то таинственный. Между прочим, в группе все удивлялись, когда ты подружился с Ленкой, а не со мной. Конечно, она не глупая девушка, но... ты извини, это я так... Я не верю, что среди мужчин могут быть исключения. Они в своей сущности все очень даже одинаковые, стимул - ответ. Чаще всего они просто трусят подойти к по-настоящему красивой девочке.
- Ты меня раскусила!
- Что, я не права? Ну, скажи честно!
- Мне кажется, жизнь чуть сложнее.
- Не в таких вещах! Разве тебе не хочется сейчас как-то развлечь меня? Или, все же, комплексуешь?
- Ладно, хочешь я расскажу тебе сказочку?
- Ну, попробуй.
- Жил-был один здоровый крокодил. И любил он притворяться бревном.
- Прикольно...
- Ляжет, бывало, у берега и замрет, только спина в воде качается, будто трухлявая кора. Когда какой-нибудь зверь хочет напиться видит: бревно и только на него наступает как крокодил хап! его и хрум-хрум.
И вот как-то притворился крокодил и смотрит прищуренными перископами все, что на берегу делается. Вдруг слышит вдалеке: топ, топ, топ. Думает: "хорошо, как раз в мою сторону". Топ. Топ. Топ. "А еда-то не маленькая!" Топ! Топ! Топ! "Ого! Повезло мне." Топ!! Топ!! Топ!! Аж берег заколебался. "Главное - не спугнуть!" Топ!!! И расплющило крокодила. Все.
- Хм.. это типа назидательство такое? Не зря, видно, преподы на тебя взбесились.
- Просто прикалываюсь. Развлекаю, чтобы комплексующим не казаться.
- Я же не крокодил?!
- Нет, конечно. Хочешь загадку?
- Ну, давай, - вздохнула Наташа примирительно.
- Отгадай, в чем смысл жизни?
- В любви, конечно.
- Если ты кошка, то правильно. Извини, если грубовато получилось...
- Фу! Знала бы так одна домой пошла! - Наташа выдернула свою руку, но тут же снова вцепилась в Сашу крепче прежнего. Впереди показались фигуры, от которых инстинкт советовал быть подальше. Три сигаретных огонька вспыхивали почти синхронно и в этом было завораживающее предостережение. Ситуацию усугубляло то, что с рукавов Саши и Наташи беспечно не были сняты оранжево светящиеся повязки с черепом и змеей, а это хоть кого может задеть. Минута сближения неотвратимо наступала и когда остались жалкие метры, Наташа не выдержала и потащила Сашу с тротуара на дорогу.
- Да куда ты? - громко удивился Саша чуть дрогнувшим голосом.
Парень в центре издевательски хмыкнул. Саша неторопливо вытянул из кармана килограммовый экскаваторный диод, держа его за гибкий стальной токопровод.
- Уважаю, - парень в центре деловито затянулся и, прижав к себе дурашливо моргающего соседа, освободил дорогу.
Наташа шла, больше не проронив ни звука. Они подошли к ее дому.
- Ну, пока, - сказала она, - Спасибо...
13. Мир 1
Бродач-спасатель доверительно склонился над креслом Лены.
- Вам нечего опасаться. Скажите, вы здесь по своей воле или вас доставили насильно?
Лена настороженно посмотрела на него и других присутствующих.
- Насильно. Это было подло и мезко. Они все тут просто извращенцы, я совершенно не так все представляла!..
- Внимание! Это все очень относительное! - Семен Семеныч надеялся на любую лазейку, - Важно хочет ли она вернуться в проблемный мир или пребывать в безусловном счастье.
- Лена, вы хотите здесь остаться? - спросил бородач.
- Я домой хочу!.. - вскрикнула она, - Я такое тут видела... мрази! Избила бы по самому больному месту!..
Кто-то настойчиво просился на связь, и Саша прислушался.
- Приготовь свою игрушку! - посоветовал голос Константина Андреича, - сейчас она пригодится.
- Какую игрушку? - спросил Саша, но тут же понял и сунул руку в карман.
- Девушки, - обратился бородач к двум испуганно притихшим красоткам, - А вы что скажете?
- Мы остаемся! - хором воскликнули они, вскочили и почти синхронно направились к двери.
- Вот и чудесно, - Семен Семенович хотел было последовать за ними, но молоденький спасатель протянул руку.
- А вы останьтесь. Есть разрешение на вашу психоэкспертизу. Сейчас мы законсервируем ваше учреждение и доставим вас...
В дверь один за другим зашли десяток наискось расчумазанных охранников в устрашающей одежде.
Первый же из них резко врезал спасателю кулаком, и освобожденный Семен Семенович с визжащими девицами юркнули из комнаты. Спасатель скрючился на полу, но неожиданно вывернувшись, влепил ногой обидчику под бронеживот так, что тот с воем пригнулся и тут же получил удар по шее. Он молча повалился мордой вниз. Спасатель вскочил, умудряясь как-то уворачиваться от посыпавшихся на него ударов.
Саша суетливо выдернул руку из кармана и в упор уложил двоих приближавшихся охранников. Остальные успели рассредоточиться.
Лена взвизгнула, ускользая от ловивших ее рук и с изумительным проворством врезала ногой дылде между ног настолько удачно, что тот коагулировал в клубок боли на полу. Саша обернулся на звук ее голоса и озверел от ярости. Он еле успевал наводить парализатор, вырубая очередного громилу, и только чудом его серьезно еще не задело. Но боковой в челюсть он принял достаточно крепко и на мгновение застыл, приходя в себя. Тут еще кто-то сзади дополнительно огрел его по затылку. В глазах померкло, но понемногу отпустило, только голова одеревенела. Видимо ударили между делом и поэтому не точно.
Саша прислонился к стенке, приходя в себя.
Каким-то образом Лена оказалась позади одного из громил, намертво вцепилась ему в пах и тот страдал, не смея шевельнуться, только побагровевшая морда отражала мучения.
- Лена, это его не кастрирует! Уйди в сторону!..
Она откатилась, вся растрепанная как яростная кошка и Саша выстрелил в хватающего ртом воздух громилу.
Спасатели проворно передвигались по комнате, загоняя оставшихся охранников в зону поражения Сашиного парализатора. К четырем телам на полу добавились еще двое.
Катастрофически строгий запрет на любое оружие выделял применение парализатора как злостное нарушение, но спасатели ясно понимали необходимость и принимали такую помощь.
Лена пробралась к Саше и тот почувствовал новый прилив сил. Он уже адаптировался к схватке и успевал следить за действиями дерущихся.
Когда большинство охранников оказалось на полу, скованные судорогой, двое, опомнившись, бросились к двери. Саша успел скосить одного из них, и тот рухнул навзничь, а другой уже выбегал за дверь, когда бородач поймал его за одежду и смачным рывком вернул обратно. Саша обездвижил его и стало тихо, только разукрашенные громилы мычали, лежа на полу с не вытаращенными от паралича глазами.
Спасателям тоже досталось: не считая бесчисленных ушибов, у бородача на лице наливалась гематома, а у самого молодого плетью висела левая рука.
В комнату неестественно резко влетел Семен Семенович, еле удержавшись на ногах, и следом вошел Константин Андреич.
- Поосторожнее, болван! - угрюмо огрызнулся Семен Семенович.
- Передаю вам задерженного директора проекта "Освобождение", матерого артиста, просто Семен Семеныча! - скаля зубы декларировал Константин Андревич.
- Вы совершенно не отдаете себе отчета, что натворили! Если бы не ваше предательство...
Один из громил особенно жалобно застонал на полу: стянутые мышцы нестерпимо болели.
- Заткнитесь! - брезгливо вскричал Семен Семенович, - Я говорил вам: лучше тренируйтесь, болваны! С вами разделались как с детьми!
Громила застонал еще громче, не в состоянии ответить на такую несправедливость.
Все еще возбужденная Лена вышла, ухватившись за Сашу. Спасатели приняли Семена Семеновича, жестко удерживая его заломленную руку. Приведя в чувство одного из молодцов и бросив ему релаксатор, заперли бронированную дверь.
Нужно было разгребать весь гадюшник до конца.
В ближайшей по коридору комнате оказался лекционный зал.
- О, наконец-то! - веснушчатая дама в инфо-очках вся встрепенулась и бросилась навстречу, - Я вас окончательно заждалась! Оо-оу, Евгений Павловича нет? Как жаль...
- Наталья Алексеевна! - дал волю своей злобе Семен Семенович, морщась от боли в заломленной руке, - уйдите, пожалуйста, вон отсюда!
- Куд-да?..
- В жопу!!!
Девица, чутко уловив униженное положение Семен Семеныча, выдала гортанным визгом:
- Ты че сказал, казел?..
- Идиоты! Вы не знаете самое главное!! А ну отпустите меня! - он рванул рукав, - У нас связь с иной цивилизацией!! Это держалось в строжайшем секрете, Вот кто заказчик и настоящие артисты!
У Константина Андреевича от удивления кустистые брови полезли на затылок, и он побагровел.
- Ах вон как оно повернулось, оказывается!?..
Саша, обожающий старинные вестерны, явственно увидел ковбоя, презрительно сплевывающего перед тем, как выхватить кольт.
- Ну, то есть, это не мы им головы морочили, чтобы отхватить арт-технологии, а они - заказчики?!
- Чо за фигня какая-то? - насупился главный бородач-спасатель.
- Не фигня! У Семеныча мозгов не хватит так врать. Теперь ясно, что это была подготовка переворота!
Все замолчали, уже не удивляясь ничему, и Константин Андреич прояснил:
- Короче, версия для кучки причастных от Семеныча: вроде как мы взяли на себя первый контакт, чтобы с максимальной пользой для людей развить технологии осчастливливания. А для подстраховки от неожиданностей сформировали ударный кулак для силового отделения от канала с Землей на случай, если не сможем контролировать экспансию.
- Что за переворот?..
- Теперь у меня пазл сложился в голове, и ясно, что Семеныч выбрал момент, чтобы вызвать сюда своих единомышленников, затем насильно выслать отсюда научников и официально отделиться от Земли, навечно законсервировавшись в человекообразном состоянии.
- Кончайте этот дикий треп! - поморщился Семен Семенович, - Отпустите меня немедленно! Вы не имеете права заставлять меня слушать эту чушь!
- Продолжайте, мы все фиксируем, - молодой спасатель старался быть максимально бдительным.
- Так. Эти инопланетяне очень сильно нас обскакали в развитии и находятся в состоянии единого разума. Все их особи связаны технической телепатией. И вот, как только в этом институте разработчики освоили радиотелепатические симуляторы, то их сразу же обнаружили. С нами связались, предполагая, что мы тоже подошли к великому объединению разумов. Семенович их в этом сумел убедить, используя специфическую наивность инопланетян, и заручился их поддержкой. Через подпространственный канал нам передали уникальные технологии для объединения, которые здесь были использованы для постановок. Но этого было мало Семенычу, он наобещал инопланетянам апгрейд человечества за услуги в виде материальной помощи братской цивилизации важнейшими ресурсами и технологиями, а сам начал готовиться к отделению от канала с Землей, на словах - чтобы обезопасить Землю в случае неожиданностей. Тут в двух словах не скажешь...
- Вот это хренотень... – промямлил молодой спасатель, - Не, против инопланетян с ударным кулаком мы не потянем, нужно вызывать полный аврал!..
- Послушать этого простака - так мы все такие мерзавцы! - криво усмехнулся Семен Семенович, - А ведь известно, что мы выступаем только за то, чтобы не человек служил науке, а наука человеку.
- Сейчас этот пафос ни к чему. Полагаю, что вы дадите исчерпывающие показания под прихоанализатором, - заметил Саша, удивляясь тому, что в сеансе объединения с Константином Андреичем не придал особой значимости промелькнувшему инопланетному нюансу.
14. Мир 2
Магазинные продавщицы отличаются особой неоспоримостью. Многие пытались их урезонить, переспорить, переговорить, это даже стало всенародным увлечением. Разве что понравившейся чем-то покупатель получал шанс на редкое послабление бурного отпора. Такова была одна из особенностей этого мира.
На улице весело крутились радужные снежинки, крупные как чешуя зеркального кальмара, скользкие как крылышки бабочки, и люди ходили скованно как паралитики. Дети, напротив, раскатывали тротуары, оставляя широкие, быстро смерзающиеся длинные зеркала.
Саша с Леной шли под ручку. Причем Лена в острых каблучковых сапожках чувствовала себя намного увереннее, а Саша то и дело совершал сложные компенсирующие движения, изредка отплясывая с таким размахом, что прохожие заглядывались.
- Не пытайся спасать меня! - предупреждал он, - Чуть что - бросай, я отверчусь сам, а то вместе грохнемся.
Они ходили по магазинам за продуктами. День рождения у Лены всегда справляла вся группа. А на этот раз, в последний год учебы, хотелось чего-нибудь особенного.
Лена остановилась, всматриваясь сквозь витрину овощного.
- Бери фрукты, - предложил Саша, - а я - за яйцами.
В магазине было пустовато. Среди упаковок с яйцами мелкозадых страусов хлопотала продавщица в неряшливом халате. В одной упаковке помещалось два не очень крупных яйца.
- Здрасьте. Дайте пачку яиц, пожалуйста!
- Это вам не пачки, молодой человек, а корзинки!
- Слово "пачка" вполне соответствует этой упаковке.
- Не морочьте голову. Это корзинка! Два яйца - одна корзинка.
- На первом месте у продавца должно бы быть понимание покупателя чтобы не занимать его время. Или я вам так понравился?
- Какой умный мальчик! Уноси свои яички!
- Не яички, а яйца. Яички - анатомическое образование у мужчин.
- Чего??! Ты что, меня заморочить тут решил?! Вали уже!
- Кстати, на втором месте у продавца, несомненно, стоит вежливость.
- Не, ну ты посмотри-ка! Может и про третье место еще скажешь? - продавщица полемически загнула два толстых пальца с многозначительно оттопыренным вверх третьим.
- Если продавец доходит до третьего места, - Саша насмешливо помотал головой, перекладывая яйца, - если он доходит до третьего места, гы!..
- Да блин!.. Колись, что еще за третье место?!
Саша придвинулся через прилавок:
- Задница, мадам!..
- Фу! Это почему же?!
- Ну, в если первое место - это голова, нужная для понимания покупателя, второе место - это сердце, нужное для вежливости, то третье место, сами понимаете...
- Тьфу на тебя!!
Заведенный, чуть зарумянившейся Саша вышел к Лене. Перебодать в споре матерую продавщицу, постоянно тренирующуюся на покупателях, у интеллигента шансов нет, но в какой-то мере ему это удалось, и теперь беспечно верилось, что ему такому ловкому вообще никакие драконы не страшны.
15. Мир 1
- Саша... Александр! - в голове возник настойчиво зовущий голос. Сознание медленно возвращало память и восстанавливало смысл происходящего.
Саша открыл глаза. Он сидел в том же кресле в лекционном зале. Рядом смотрела вдаль Лена, задумавшись или болтая с Нинкой. Они были одни. В канал связи ломился Володя.
- Спишь что ли? Это я!
- Привет, что у тебя?
- У меня собралась компания, тебя ждем с Ленкой. Тут отловленные артисты ожидают психосканирования, вся верхушка.
- Понятно. Сейчас будем...
Володя отключился.
- Хочешь кушать? Лена ласково смотрела на него, протягивая аппетитную плитку, - Ты проспал три часа, сейчас утро.
- А ты отдохнула? - Саша ощутил непривычный комфорт своего положения.
- Я тоже немного поспала, потом с Нинкой разговаривала. Вот уж она удивилась! Хотела сюда лететь, еле отговорила.
Саша взял упругую, ароматно пахнущую плитку и откусил с краю, - Нас ждут, поехали?
Утреннее солнце ослепило глаза. Ветерок вливал в легкие свежесть, казалось, веяло весной и переменами в жизни. Густые вьюны оплели деревья, образовав живую стену вокруг поляны и белые колокола их соцветий свисали до травы.
Лена доверчиво прижалась к Сашиной руке и тот пребывал в счастливом состоянии. Они забрались во флайер, взмыли в синее небо сквозь кроны деревьев и через несколько минут опустились на траву около Володиной избушки.
Там Семен Семенович нервно ерзал на бревне около веранды, то и дело злым шипением отгоняя надоедливых змеегусей. Те шипели в ответ строго в той же тональности.
- Вам не кажется, Виктор Михайлович, - воззвал он риторическим тоном, - что все это похоже на фашистские опыты над людьми?
Грузный мужчина, сидящий на траве напротив, молча посмотрел исподлобья, засопев натянул краповую шапочку на брови, умастился поудобнее и снова замер в пассивном отупении.
- Я не понимаю, чего вы ждете, мужчины! - заскрипела фальцетом с хрипотцой высокая худощавая женщина, зыркая по сторонам, - Над нами совершается насилие, противозаконное кстати, это - чудовищная несправедливость! Соединитесь, наконец, с Центром!
- Дорогая Елена Тимофеевна, - болезненно улыбнулся Семен Семенович, - Мы оказались в невероятно невыгодном положении!
- Молодой человек! - завопила Елена Тимофеевна проходящему Володе.
- Чего вам, мадам? - Володя беспечно подошел поближе.
- Вы берете на себя личную ответственность за это насилие?! Что вы потом скажете людям?
- Да пофиг, дамочка, - чуть кивнул ей Володя, прогуливаясь мимо, - Учитывая вашу заварушку с инопланетянами, у нас есть ордер на сканирование от координационного центра планеты. Они с нетерпением ждут результатов.
Константин Андреич, возившийся рядом с каким-то устройством, обернулся:
- Мы доведем до конца начатую вами историю. Вы что-то хотели доказать миру? Вот пусть мир и узнает для начала вас самих доподлинно, - он злорадно улыбнулся.
Володя приостановился:
- Я лично в вашу душу заглядывать не буду, - заявил он, - из брезгливости, дорогая Елена Тимофеевна! Все сделают приборы. А мы посмотрим резюме.
Психосканер последней версии от Володи - был не просто что-то вроде детектора лжи, а прямо-таки выворачивал душу на распашку, не оставляя без внимания ничего, что данный человек считал важным и, особенно, если пытался скрыть это.
Побочным эффектом оказывались недержание проявлений основных мотиваций. Только упорно тренированное волевое усилие могло предотвратить душевную обнаженку.
- Мерзавцы! Да как вы смеете издеваться над людьми?! - Елена Тимофеевна вдруг бессильно зарыдала и опустилась на траву под деревом.
- Если бы я точно не знал кто вы такая, мне бы, наверное, стало бы неловко! - ехидно заметил Володя и хотел было отойти, но Елена Тимофеевна вдруг подняла под деревом толстую палку и сквозь стаю разлетающихся змеегусей бросилась на Володю. Тот не ожидал этого, схватил ее за поднятые руки, и они глупо сцепились.
Спасатели быстро растащили врагов.
- То, что вы не желаете сами успокоиться уже о многом говорит! - выпучив глаза прокричал раскрасневшийся Володя.
Елена Тимофеевна отрешилась от всего, плюнув в сторону. Она уселась на бревно рядом с Семеном Семеновичем и неудержимо зевнула, кривя рот.
Саша подошел к Володе:
- Вот и мы. На какую кнопку нажимать?
- Скоро начнем. Пациенты потихоньку истерят, - он повел Сашу к Константину Андреевичу, - Я не рассчитывал, что ты устроишь настолько радикальный переворот! Поэтому готовил сам подкоп понемногу. Сделал устройство, которое мы сейчас и испытаем.
- Что за устройство? - поинтересовалась Лена.
Володя с грустным предчувствием посмотрел на нее и на Сашу:
- Фиксируется профиль наивысших значимостей, который четко показывает, что нужно данному человеку в тех или иных ситуациях. Представляешь, когда откроются потребности артистов, как они будут выглядеть? Короче, получаем простой, но искренний ответ на вопрос: а в чем именно заключается значимость вашей жизни.
- Не очень понятно, но ладно, посмотрим... - кивнул Саша.
Подошел Константин Андреич. Руки у него блестели от биоэлектронной жидкости:
- Все. Кого первым?
- Их что, нужно подводить к установке? - с готовностью поинтересовался бородач-спасатель.
- Зачем? - Володя пожал плечами, - Мы же знаем их коды. Пусть сидят где хотят. Будем подключать по одному через каналы адаптеров.
- А может сначала на себе испытаем? - предложил бородач.
Володя кротко посмотрел на него и усмехнулся:
- Можно потом и себя, если интересно. Ну, подключаю Семеныча.
На бревне произошло небольшое замешательство. Семен Семенович замер, наморщив лоб и засветился изнутри глубоким самопереживанием. Это выглядело довольно жутковато и Елена Тимофеевна отползла от него на край бревна. Семен Семенович воздел к небу припухшие похотливые губы и, полузакрыв глаза, прислушивался к чему-то чудесному, происходящему в душе. Лицо живо отображало феерическую смену переживаний. Из угла приоткрывшегося рта потекла тонкая струйка слюны.
- Ну, вот, предсказуемо! - обрадовался Константин Андреич.
- Да уж, такому ничего сверхъестественного не нужно, - усмехнулся довольный Володя, смотря на проявляющуюся формализованную модель.
Семен Семенович принялся чмокать губами, потом вдруг поморщился и томно застонал. Елена Тимофеевна, не выдержав, вскрикнула, с омерзением вскочила и, попятившись, вжалась спиной в широкий ствол дерева. У Семена Семеновича в глазах появилась боль, лицо перекосило мучением, и он обмяк, потом разлепил глаза и его стошнило прямо под ноги.
- Все, - сухо сказал Володя, - следующий...
- Ребята, а может просто опросом свидетелей ограничимся? - засомневался бородач, видимо постоянно консультируясь с координационным центром.
- Мы извлекаем всю скрываемую от нас информацию и фиксируем ее, - не согласился Константин Андреич, - Следующий!
Виктор Михайлович, серо-бледный как майский гриб, поднялся в траве на четвереньки и, крадучись, полез в кусты, но, не доходя, вдруг застыл, прогнул спину и порозовел. Он поднялся легко и свободно и, чуть покачнувшись, тихо захихикал. Левой рукой он вдруг от души влепил себе пощечину, притих и счастливо заплакал, не мигая уставившись куда-то далеко перед собой, потом сильно ущипнул себя сзади.
Семен Семенович, багровый и растерянный, молча тер виски, ссутулившись на бревне.
Елена Тимофеевна вдруг сорвалась с места и побежала вниз по тропинке неровным прыгающим аллюром.
Лена сжала Сашину руку и отвернулась:
- Не могу смотреть! - она через силу виновато улыбнулась, - Страшно. Люди и вдут такое...
- А ты не смотри! - посоветовал Володя, - Это только со стороны так жутковато-непривычно, а им это нисколько не вредит, даже наоборот, помогает осознать свои глубины.
Вдали фигурка Елены Тимофеевны перешла на шаг и в раздумье остановилась. Она лениво опустилась на обочину и, распластав руки в высокой траве, замерла, мелко подрагивая всем телом.
- Трех артистов записали, - удовлетворенно сказал Володя, в принципе все важные данные получены.
- Все это - фарс и наглая подстава! - доверительно обратился к бородачу Семен Семеныч, - эти данные не имеют законной силы!
- А вот сейчас мы дополним картину, - Володя нащелкал что-то на портативном пульте и протянул его Семен Семенычу, - кнопочку зеленую прижмите, пожалуйста разок!
- Да пошел ты!!
Володя втиснул пульт в почти безвольную ладошку и прижал пухлый палец Семен Семеныча к кнопке, отчего тог сильно вздрогнул, его здорово повело и ему пришлось присесть прямо на мокрую траву. Пульт он больше не отпускал. Володя отошел чуть в сторону. Но Семен Семенович уже забыл обо всем на свете и тыкал в зеленую кнопку снова и снова, погружаясь в невыразимую нирвану.
- Уверен, что сам он не остановится, не хватит силы воли и мотивации. Это - простейший стимулятор его центра удовольствия: нажал кнопку - получил заряд полнейшего счастья. Ему больше ничего уже не нужно от жизни. Если не отобрать так и умрет нажимая.
- Это что, как в опытах с крысами? - заметил бородач.
Володя прервал стимуляцию и Семеныч, лишенный самого желанного, маятником оказался в аду.
- Ну вот теперь для контраста и чистоты результатов можно и нас прогнать через систему, - Володя обвел взглядом товарищей, - Не желаете ли узнать себя лучше? Пока только у четверых из нас есть адаптеры. Себя я еще раньше записал, можете посмотреть, что получилось.
- Теперь мы свободны? - угрюмо спросил Виктор Михайлович бородача. Тот вопросительно взглянул на Володю.
- Да, пусть валят, никуда уже не денутся.
В мире так давно не было военных и политических конфликтов, а гражданские коллизии эффективно решались небольшим контингентом спасателей, что люди потеряли тот уровень бдительности, который был необходим в чрезвычайных ситуациях. И артистов беспечно отпустили.
- А я вот останусь! - заявила Елена Тимофеевна, вот посмотрим, посмотрим на вас! Или трусите?
- Давай меня определять! - Константин Андреич широко улыбнулся и откинулся в кресле.
Володя взглянул на него, извлекая код из памяти, потом дал мысленную команду. Глаза Константина Андреевича заволокло невидимой пеленой. Он резко откинул голову на спинку и оскалился.
Было странно наблюдать как мозг непроизвольно реагировал на сканирование обличающими движениями тела и, конечно, оно не поспевало, в принципе не могло отследить все богатство вспыхивающих образов. Тело казалось ненужным и странным придатком.
Лицо напряглось, морщинистые контуры образовали обезьяноподобную маску, застывшую в немом изумлении и только глаза светились страстным лихорадочным блеском.
- Итак, пациент Константин Андреич, - удовлетворенно усмехнулся Володя, - человек вполне творческий, хотя есть и довольно необычные акценты! Процентов на шестьдесят соответствует критериям объединения разумов, что для нас определили Старшие Братья.
- Ну, что? Теперь я? - чуть нервничая спросил Саша, - Лена, отвернись!
Лена и сама поспешно опустила глаза, неуверенная, что сможет забыть неприятное.
- Сядь поудобнее на всякий случай! - посоветовал Володя.
Константин Андреевич медленно приходил в себя. Наконец он очнулся, потрясенный, усмехнувшись, мотнул головой, решительно вскочил, но, пошатнувшись, неуклюже снова рухнул в кресло:
- Ну, я вам скажу... сильная штука! Здорово!..
- Саша, начинаем! - предупредил Володя, и Лена, ойкнув, поспешно отвернулась.
- А чего ты испугалась? - засмеялся Володя, - Наоборот, ты только посмотри на него!
Лена, не в силах сдержать любопытство, осторожно взглянула на Сашу и с недоумением уставилась на него.
Сашино лицо было безжизненно и кротко как у спящего ребенка. Жили только глаза. В них было что-то жуткое и завораживающее. Лена побледнела и как загипнотизированная смотрела в них пока все не кончилось. Она вопросительно посмотрела на Володю. Тот озадаченно почесал загривок:
- Это, ребятки, значит, что если бы не базовые гормончики и желудок, то наш Сашок, по выражению артистов, был бы чистокровным киборгом. Восемьдесят пять процентов соответствия критериям объединения с суперразумом! Вот так... Среди нас, простых смертных... - Володя взглянул на Лену и осекся, - Ты что? Ленка, что с тобой? В глазах у Лены искрились слезы. Она стояла, неподвижно замерев, печальная и задумчивая.
Саша открыл невидящие глаза, все еще переживая потрясение, но, обретя себя, поинтересовался.
- Как я тут кривлялся? - спросил он и подошел к Володе. Не замечая Лены, он впился взглядом в запись:
- Что здесь?
- Погоди... Лен, будешь тестроваться?
- Да!.. - Лена как во сне подошла к креслу и села, закрыв глаза.
- Что с ней? - встревожено спросил Саша.
- Погоди... Начинаем!
Губы у Лены порозовели. Она посвежела и раскраснелась, став неотразимо прекрасной. Большие ресницы чуть подрагивали, и затаившаяся ненужная слеза скатилась по щеке, блеснув как маленькая алмазная искорка.
- Черт! - вырвалось у Володи, - Вот это девушка! - он ткнул застывшего Сашу в бок, - Смотри, научник, что получается! - он показал появляющиеся строчки, - Восемьдесят процентов биопродуцированного и, несмотря на это, есть пять процентов исследовательской мотивации. Это начало переходного периода. Она уже не просто животное. Ей уже необходимы эти пять процентов неудовлетворенности. Мало, конечно, но, Сашок, твое счастье - в этих пяти процентах. Если бы у нее как у этих болванов - артистов был бы ноль здесь, мне просто оставалось бы сочувственно пожать тебе руку. Не знаю вот только, нужно ли тебе самому все это...
- Да! - Константин Андреич сосредоточенно посапывал позади, покачиваясь на пятках, - Правда же, Володька, мне она больше подходит?
- О чем это вы, Константин Андреевич? - тихо спросила вернувшаяся в этот мир Лена, и тот иронически поморщился.
- Видели разницу? - обратился Володя к бородачу, - Данные задержанных отправлены в центр! Можете теперь обосновано разбираться в мотивах заговора.
- Да, как бы все очевидно, - бородач задумчиво ухватился за бороду, - Это устройство четко детектирует кто хороший и нормальный, а кто - нисправимый гад. Все прямо на лице написано...
- В самом деле, правду говорить легко и приятно, просто оставаясь самим собою, а срыть ложь под правду сложнее, нужно быть опытным артистом, - заметил Саша.
- Попробуй скажи некрасивой девушке правду о том, что она некрасивая в глаза! – возразила Елена Тимофеевна.
- Не в качестве упрека или оскорбления, конечно, - пожал плечами Саша, - а если это будет нужно, врать не стану.
- Да я бы тебе за такую правду глаза выцарапала! – взвыла Елена Тимофеевна.
Константин Андреевич махнул на нее рукой.
- Чем-то еще можем быть полезны? -спросил он у бородача, - Достаточно данных для осмысления проблемы?
В этом мире никогда не было судебных процессов, все проблемы решались по научной методологии, а не по понятиям судей, пытающих натянуть случай на закон и определить срок наказательного исправления.
- Внимание! - прервал его Константин Андреевич, - Мне сейчас сообщили, что началась неплановая связь с Землей.
- Ну и что?
- А то, что ее форсировали наши знакомые артисты. Это может быть начало переворота.
- Что же ты молчал?!
- Не стоит суетиться. Это же рядом с нами. Нормально встретим гостей. Весь цвет артистов с гаремом прямо к нам в лапы и прибудет.
Вскоре все были у портала, плотно оцепленном спасателями. У входа внепространственного приемопередатчика уже толпились прибывшие с Земли. Такого нашествия еще никогда не было, но выходили еще и еще.
Саша потрясенно присвистнул. Несколько спасателей направились на выручку своему товарищу, заблокировавшему транспортный парк. Тот объяснял, кричал, уворачивался от машущих рук, но транспортные коды упорно не выдавал. Прибывшие не могли разлететься по всей планете.
Особенно много в толпе было женщин.
- Смотри! - Володя указал Саше на две машины, стоящие поодаль. Около них вновь энергичный Семен Семенович оживленно разговаривал с какими-то новоприбывшими.
- Так, а Виктор Михайлович куда задевался? Саша! Парализатор у тебя?
- Да.
- Не пускай никого к нашим машинам!
Саша еще не видел Володю таким встревоженным. Тот побежал к приемопередатчику и начал протискиваться сквозь толпу. Он уже почти достиг дверей как вдруг вслед выходящим людям пахнуло огромным облаком сизого дыма. Толпа затихла. Откуда-то сверху раздался отчаянный крик.
Прямо из воздуха высоко над строением возник человек и, распластавшись, с воплем полетел вниз. Он уже мертвым упал на площадь и стало тихо. В этом же направлении от приемопередатчика будто гигантским кнутом стегануло по кронам деревьев, а у горизонта быстро растаяло маленькое облачко.
- Юстировку нарушили! - глухо проговорил Константин Андреич, - Ни хренасе!..
- Канал уходит! - наконец дошло до Саши. Эта мысль была настолько нелепой и неожиданной, что чувства не успевали оценить случившееся во всей мере. Казалось, что это какая-то ошибка и такой беды не может произойти здесь на самом деле.
Лена потрясенно смотрела на упавшего человека, с которым уже возились спасатели.
В толпе раздались первые выкрики и все потонуло в гуле голосов. В дверях приемопередатчика показалась сутулая фигура. Волосы и лоб были черными будто человека макнули в краску. Контрастно белое лицо было перекошено ужасом. Саша всмотрелся:
- Виктор Михайлович! - вскрикнул он так громко, что Лена вздрогнула.
- Он самый, - подтвердил Константин Андреич, - Вероятно просто выломал подвод питания преобразователя.
Виктор Михайлович вдруг выгнулся дугой и с размаху полетел на шершавый пластик площади. В дверях показался разъяренный Володя. Он подскочил к лежащему и резко поднял его за шиворот, но только для того чтобы ужасающим по жестокости ударом снова сбить с ног. Толпа отхлынула от них, и двое прорвавшихся спасателей с трудом удержали Володю от дальнейшего избиения. Саша замер потому, что у него заработал аварийный канал. Люди на площади притихли, вслушиваясь в голос, звучащий у них в головах:
- Говорит служба информации. На планете создалось чрезвычайное положение. Только что потеряна непосредственная связь с Землей. Всем прибывшим необходимо оставаться на площади до прибытия организаторов. Прибывшие должны немедленно зарегистрироваться по индивидуальному коду для определения долговременных потребностей. Ждите дополнительных сообщений.
Неподалеку взлетели две машины. Саша вздрогнул и лихорадочно повернулся в ту сторону. То был Семен Семенович со своими товарищами.
- Константин Андреич! - крикнул Саша, пробегая мимо, - Присмотрите за Леной, пожалуйста! - он ввалился в Володин вездеход, и машина, стремительно подскочив, взмыла наперерез. Один из беглецов сразу же свернул в другом направлении. Саша быстро настиг его и поднял излучатель парализатора. Двое пожилых новоприбывших мужчин беспомощно наблюдали как вездеход лихо крутил спираль вокруг их машины.
- А ну назад!!! - заорал Саша, - На следующем подходе сбиваю без предупреждения!
Мужчины послушно развернулись. Саша как снаряд устремился ко второй машине, уже превратившейся в точку. Ускорением его так вжало в кресло, что глаза налились серым маревом. Он быстро приближался. Семен Семенович обернулся, и его машина резко пошла вниз, полетев над самыми кронами деревьев. Напарник рядом с ним нервно ерзал и озирался по сторонам. Теперь Саша не мог ограничить свободу маневра машины, крутя вокруг нее спираль: в опасной близости мелькали верхушки деревьев. Он приближался с одной стороны, а машина, делая поворот, уходила вбок и назад. Так можно было гоняться до бесконечности, не приблизившись на нужное расстояние. Тогда Саша рискнул и спикировал вниз, вращаясь в бешенной сужающейся спирали, в которую попали беглецы. Самые высокие ветки яростно хлестали по днищу.
- Вверх!!! - заорал Саша, - Иначе стреляю! - он поднял парализатор, но машина вдруг сделала невероятно крутой вираж на пределе прочности конструкции. Автоматический корректор избежал удара о ствол высокого дерева. Саша потерял сознание. Неуправляемый вездеход продолжал преследовать Семен Семеновича, держа его машину в спирали и еще не раз уворачивался от ударов пока, наконец, вызванные Семен Семеновичем спасатели не освободили его и обезумевшего от страха напарника от бешеной карусели. За это время они улетели очень далеко.
16. Мир 2
Утро в институте физической алхимии, куда Саша распределился после универа, началось с неожиданного внимания к его персоне.
- Саша, шеф вызывает!
Саша, не паникуя, завершил серию замеров и вышел в соседнюю комнату, морально готовясь к очередному противостоянию. Лысоватый пожилой шеф в желтом халате наклонил голову к листкам бумаги среди вьющихся цветных дымов благовонных трубочек.
- Яков Давыдович, звали?
- Саша, мм... вы сколько брали родия для своей ячейки?
- У Гули записано, я так не помню.
- Он никогда ничего не помнит. Бардак! - вполголоса заметила Зинаида Яковлевна, взвешивая родиевые тигли, - У меня и без его родия перебор получается. Не нужно мне больше никакого родия!
- Зинаида Яковлевна! Я сам разберусь!.. Так, Саша, у Гули записано мм... двадцать шесть и двести восемьдесят одна тысячная грамм.
- Ну, значит так...
- А Зинаида Яковлевна настаивает, что этот родий тебе дал твой друг, который нашел на свалке деталь от микроанализатора, а в журнал записали случайно.
- Какой друг?
- Ну Володя.
- Нет, я родий вырезал из нашего листа, там еще этот вырез остался. А про свалку - это в газете писали и вовсе не про нас, а вообще про разгильдяйство при списании мат-ценностей.
- Он ее и не взвешивал! - взвилась на высокие обертоны Зинаида Яковлевна, - Гулька потом остатки взвесила и разность записала! Он же ее как жесть консервную ножницами вырезал!
- Ну, а что же вы мне голову свалкой морочите?!
- Это у меня уже от всего этого голова кругом! Я-то все выкраивала чтобы у нас недостатка не случилось, а теперь еще и виновата с этим переизбытком!
- Ничего себе! - шеф окутался клубом благовонного дыма по самую лысину, - У нас теперь избыток около тридцати граммов!.. Это примерно двадцать ваших зарплат! Ладно, Саша, идите. Вы посчитали диэлектрические моменты?
- Я еще с бензолом не закончил. Воду сосет быстро из воздуха, еле успеваю.
- Понятно, идите.
Саша вернулся к своей установке, не испытывая больше желания что-либо делать.
- Ну, что, опять накостыляли?.. - участливо спросила Гуля.
- Снова у этой вороны с драгоценностями непорядок.
- А я у нее вчера золотое кольцо в раковину выплеснула! - со сдавленным смешком проговорила Людмила Михайловна.
- Так вчера она по этому поводу бесилась? - понял Саша.
- Ну да! Смотрю: у раковины стакан стоит грязный с какой-то гадостью. Ну, я помыла его, а эта вбегает и орет, что золото растворила чтобы пробу повысить и что все мы сволочи только и ждем как бы ей напакостить.
- Ух, что-то не могу я больше! Нужно разрядиться. Можно? - Саша вытащил из кармана маленький пакетик, блеснувший фольгой, - Мы с Вованом вчера новый синтез провели, и вот можно попробовать... Давайте все здесь встанем, а я к двери брошу. Если кто спросит скажем, что трансформатор на пол свалился.
- Может не надо? - спросила наученная жизнью Людмила Михайловна, - что там у тебя?
- Диазоперхлорат метанитроанилина. Абсолютно безопасно. Один только звук. Закройте глаза чтобы бумага на попала!
Пакетик блеснул в воздухе и упал на пол у двери. Тут же дверь распахнулась и в комнату влетела Зинаида Яковлевна:
- Иди-ка ты к шефу! - она в упор ткнула толстым красным пальцем в Сашу. Грохнул ужасающе неуместный взрыв. Ее халат снизу вздуло куполом. Зинаида Яковлевна подпрыгнула, громко хрюкнула и, крутнувшись, будто пытаясь поймать себя за хвост, принялась в панике хлопать себя растопыренными пальцами по заду. Ее халат в этом месте походил на негативное изображение звездного неба. Наконец она рванулась к двери, но зацепилась ногой за шнур муфельной печи, стоящей на полу, и растянулась во весь рост уже в коридоре, ногами из комнаты. Бархатный тапочек с мохнатым помпончиком слетел с ноги и трагически застрял под умывальником.
- Ужас какой! - выдохнула Гуля, когда дверь захлопнулась, - Правда, мне ее иногда даже жалко! Что теперь будет?
- Ну, что? Скажем, что кипятильник забыли в воду сунуть, когда она вбежала с угрозами, - опытная Людмила Михайловна быстро вынула из стола в самом деле давно лопнувший кипятильник и швырнула на пол около розетки.
17. Мир 1
Саша мучительно медленно приходил в себя, вырываясь из пут полубезумного состояния, не понимая, где он находится. Он открыл глаза и не сразу понял, что лежит в лечебной капсуле. В полумраке у его ног светились разными цветами медицинские индикаторы. Он всмотрелся: вроде все было в норме. Итак, он в больнице. Что же случилось?
Саша вызвал медицинские сведения о себе. Там говорилось, что он перенес чрезмерные гравитационные нагрузки, что порванные органы и ткани заменены на синтетические, а в конце оказалась просьба Лены связаться с ней, как только сможет. Сашу удалил просьбу и задумался. Он смутно помнил о потери связи с Землей, о том, что погнался за артистами, но откуда перегрузки?
Саша усилил освещенность и, готовый ко всему, посмотрел на руки. Руки как руки, свои. Он узнал пятнышко у большого пальца. Тогда он, немного волнуясь, взглянул на свое объемное изображение. Лицо было припухлым и сонным, но в порядке.
Хотелось есть. Саша выбрал блюдо в герметизированной упаковке и жадно выдавил в рот. Он вызвал сводку новостей и, слушая, прикончил еду. Связь с Землей потеряна. Около тысячи очаровательных молодых девушек и парней, приглашенных для участия в эротических экспериментах, вынуждены остаться навсегда и расселены по планете. Психологическое обследование группы участников заговора патологических отклонений от нормы не обнаружило и поэтому ответственность за случившееся и человеческие жертвы формируется в ходе объяснительных дискуссий, записи которых прилагаются. Раскрыт невероятный галактический заговор.
Была ночь. Будить Лену сейчас не стоило.
Саша решил послушать записи дискуссий. Раздался уверенный голос Семена Семеновича:
- Критическое положение, в которое нас поставило грубое вмешательство в начавшийся цикл экспериментов, вынуждало идти на крайние меры. Некоторые сведения космического характера и насильное психосканирование, которому нас подвергли, в случае их преждевременного обсуждения неминуемо перечеркнули бы всю обширную работу по исследованию человеческой сущности. Мы предвидели несколько вариантов развития событий и соответственно готовились. Ни в одном из вариантов не был предусмотрен разрыв связи с Землей. Мы убеждены, что космическая альтернатива преобразования общества в суперорганизм - крупномасштабное заблуждение и является смертельным рецептом для человека как вида. Мы - люди должны оставаться в человекообразном состоянии. Нам не нужны бесполые синтетические существа, замкнувшиеся на глупой идее служения науке, а не человеку. Останемся же верными сами себе! Останемся людьми! Будем любить и ненавидеть!
Далее шел Константин Андреич.
- В силу нашей биологической сущности нас неизменно впечатляют прочувствованные выступления артистов. Они действуют не столько на разум, сколько на примитивные мотивации и рассчитаны на людей недалеких и доверчивых. Характерно, что, говоря о развитии человеческих отношений и общения, сами артисты являются примером примитивных форм этих отношений и не могут сравниться в эффективности с учеными.
Семен Семеныч готов на словах принизить все достижения техники, но без них не проживет и дня. Хотя он и твердит всем, что далеко не стар, но за неполные двести лет жизнь его здорово потрепала. Лишь около сорока процентов осталось у него от прежнего тела, все остальное - синтетическое. Что бы он делал без науки? И вот, лишившись естественной регуляции, а соответственно и биологических потребностей, но не развив взамен познавательных способностей, он потерял все. Ему остается только мечтать о райских мирах, в которых он мог бы продолжать эксплуатировать свои примитивные структуры мозга. Он боится, что исчезнет человеческий вид? Тут уж ему не помочь. Нашим обезьяноподобным предкам пришлось развиться в людей и, конечно, они не в состоянии были понять, что же такое человек, в которого им предстоит превратиться. Та же история с человеком. Гомоцентризм не должен застилась глаза тем, кто понимает, что существует в неразрывной связи с природой и Вселенной. Глупо думать, что человек достиг совершенства и не будет изменяться. Ну, что, Семен Семенович, хотите подарю вам ту большую зеленую кнопку, которую вы так неистово нажимали? Вам ведь больше ничего не нужно!
Затем раздался глухой голос Виктора Михайловича:
- Я рисковал жизнью, голыми руками ломая подвод питания приемопередатчика. Может быть, это была ошибка, но в тот момент я думал только об одном: что цель, которой я посвятил жизнь, может быть перечеркнута людьми, не желающими нас понимать и даже выслушать. Нам, то есть тем, кого называют артистами, не нужно большего могущества и больших технических благ чем те, что у нас уже есть. Мы считаем, что пора кончать безоглядную техническую гонку и заняться, наконец, человеком по-настоящему. При всем своем могуществе он все еще нищ духовно.
Когда я оборвал подвод, я, конечно, не предполагал, что будут жертвы, а то бы не смог решиться это сделать. В тот момент я сам себя приносил в жертву. Это был последний шанс. Пусть нас предоставят своей воле. Мы хотим развиваться так, как подсказывают наши убеждения. Пусть научники скажут: зачем нужно дальнейшее развитие техники? Больших благ даже представить себе невозможно!
Заговорил кто-то незнакомый Саше:
- Человек еще на раннем этапе развития получил неоспоримые преимущества перед животными и, в принципе, при соответствующей социальной структуре мог бы всем себя обеспечить. Почему наука не остановилась? А если бы она остановилась?
- Должен заявить, - сказал чей-то проникновенный голос, - что возможность обрыва канала связи все же была предусмотрена артистами, и в этом случае наши представители на Земле заявили бы о нежелании нами контакта. По-видимому, такое заявление уже там сделано.
Заговорил немного взволнованный почти мальчишеский голос:
- В артисты, как правило, уходят те, кто не желает развивать в себе научное мировоззрение. В нашем случае они изолировали планету от Земли, но не пожелали учесть, что процент людей, лишенных любознательности, мал и их идеи не могут удовлетворить большинство. Они поставили планету в тяжелые условия и должны ответить за это тем, что их идеи будут полностью открыто интерпретированы, включая данные сравнительного психотестирования. Это необходимо для предотвращения дальнейших рецидивов.
Саша выключил обсуждение и встал на пол. Сердце застучало, и он почувствовал тяжесть в ногах. Индикаторы угрожающе застрекотали. Саша шагнул к двери. Слегка кружилась голова.
- Вы еще не прошли мышечной стимуляции и адаптирующих процедур! - предупредил автомат.
Саша сделал несколько глубоких вдохов и, неуверенно ступая, вышел из комнаты. Он неторопливо зашагал по длинному коридору. Здесь регистрировался каждый его шаг. Его просвечивали, снимали множество данных и, обрабатывая результаты, судили о его состоянии. Нужно постараться обмануть всю эту технику. Ступать по возможности твердо, не задыхаясь, осторожно дойти до двери. Иначе они могут не открыться. В детстве это у него получалось. Саша подошел к дверям вплотную, думая о чем-то отвлеченном, хорошем. Они помедлили, но пропустили.
Пахнуло ночной свежестью. Было здорово и немного тревожно.
Саша вызвал флайер и прислонился к дереву. Вскоре тот опустился рядом. Саша забрался в него, отвалился на сидении, подумал немного и связался с дежурным организаторов расселения.
- Скажите, что решено делать для восстановления связи с Землей?
- Есть несколько кандидатов для полета, в том числе и вы. Через пять дней закончится подготовка аппаратуры, и кто-нибудь должен будет дать согласие.
- Значит специальный корабль связи так и не вернули?
- Нет. Нам наука. Слишком все было неожиданно... Стоило нарушить принцип и отдать его на время соседям как вот... Закон космической подлости. Придется лететь человеку. Мы дооборудуем исследовательский корабль. Сейчас устанавливаются два портативных кротовых приемопередатчика.
- Значит полетит кто-нибудь один?
- Сами понимаете, это все равно, что вычеркнуть себя из жизни.
- Ясно, спасибо.
Саша вызвал любимую мелодию, глубоко задумался, но вскоре заснул прямо на сидении, так и не взлетев.
- Эй, соня!
Саша обрадовался этому голосу, открыл глаза и увидел улыбающуюся Лену. В утренних лучах солнца она казалась тонкой и прозрачной.
- Что же ты заснул прямо около лечебницы? Даже со мной не связался! Эх ты, друг! Я волнуюсь...
- Привет, Аленка! Я не решился ночью к тебе лететь.
- А мне так бы хотелось, чтобы ты такие вопросы не решал, а чувствовал, - она покрутила ладошкой у виска.
Саша рассмеялся.
- Ты все смеешься, а я столько думала пока тебя штопали...
- Из-за этого тестирования что ли? - Саша фыркнул, - Выкинь из головы. Это идеалы. А в жизни все совсем по-другому.
- Но это всего лишь значит, что со мной ты не можешь быть по-настоящему счастлив, - тихо сказала Лена, искоса поглядывая на Сашу.
- А ты много знаешь людей, предельно счастливых? Да тогда бы и жить дальше не стоило бы! Все дело в том, что я, все же, человек! - Саша выпрыгнул из машины к растерявшейся Лене и обнял ее, - ты мне очень нужна!..
- Ох, Сашка, Нинка вот тоже за тебя горой, убеждает...
18. Мир 2
Лена прижала пальцем кнопку звонка на давно не крашенной калитке. В глубине дома проухала ночная сова. Внезапный порыв весеннего ветра принес запах распускающихся виноградных орхидей и взлохматил прическу. Лена поспешно принялась поправлять ее. Выходить не торопились. Значит Саши нет. Наконец дверь дома открылась, к калитке кто-то подошел, шаркая наспех одетой обувью и появилась Сашина мама.
- Здравствуйте, Валентина Андреевна!
- Здравствуй. Заходи, Саша скоро должен вернуться. Я его за ламинарией послала.
Лена одела тряпичные самовязанные тапочки и прошла в Сашину комнату. Проигрыватель остановился на конце программы, и Лена запустила его сначала. Там оказалась знакомая мелодия со смешным текстом, о которой Саша как-то рассказывал.
Домашняя рубашка и джинсы валялись на кровати и Лена, аккуратно сложив, повесила их на спинку стула. Тут она заметила на столе исписанные листки. В глаза бросилось жирно подчеркнутое заглавие: "Мотивация и осмысленные цели человеческого поведения".
Лена снисходительно вздохнула, села за стол и принялась читать. Потом зевнула, честно сознавшись себе, что нить смысла ускользает от ее внимания, и что ей это вообще не интересно. Она задумчиво уставилась в окно.
За спиной у нее неслышно встал вошедший Саша, борясь с желанием запустить пальцы в ее волосы.
- Зевают, когда или слишком глупо, или слишком трудно, в обоих случаях - неинтересно, - заметил Саша.
Она чуть вздрогнула и с улыбкой обернулась.
- Привет! Не обижайся... - сказала Лена задумчивым тоном, - Слишком далеко от меня.
- Для тебя я бы по-другому написал, - улыбнулся Саша.
- Ты очень многое времени тратишь на то, чтобы писать для кого-то... у нас так мало общего, но мы все равно почему-то вместе.
Внутри у Саши неприятно похолодело. Вопрос постоянно висел в воздухе, и как только они встречались и, особенно, когда расставались, чаще всего уже довольно холодно.
19. Мир 1
Володя сидел в релаксирующем кресле, задумчиво поглаживая кулаком небритую щеку. Нужно было что-то делать с темой обманутых инопланетных экспертов единого разума.
- А ты пробовал сам с ними связываться? - Саша пробарабанил ритм пальцами по ящику со значком радиации, на котором сидел.
- Пробовал. Я как-то обнаглел и обратился прямо к ним, и они почти сразу ответили. Сказали, типа чтобы я не приставал, что связи больше не будет. И точно. Потом я еще раз пытался, но как отрубило.
- А голос у них какой?
- Это была связь через адаптеры. Я воспринимал их мыслями. Мои собственные мысли после этого долго еще казались отвратительным хаосом, неуправляемым и липучим. А сам я на связи чувствовал себя глупым щенком. Видно, их поначалу здорово сбили с толку наши адаптеры своей преждевременностью. Все-таки в этих областях мы намного опередили этапы развития у других цивилизаций. Судя по их впечатлению, которое я прочувствовал со всей непосредственностью, общение со мной воспринималось вроде того, как если бы с нами заговорил щенок, даже не взрослая собака. Обидно было, но они и на эту обиду посмеялись. Ну, не то, что посмеялись... а не приняли и не пожелали проявить участия.
- У меня вроде на тестировании уровень подготовки почти как нужно, вдруг прокатит?
- Ты, конечно, у нас крут, по результатам, - почти без тени насмешки прикинул Володя, но все равно, думаю, что бесполезно. На этой планете они поставили крестик. Им нужен совсем другой уровень организации... И связываться нужно из другого района космоса, чтобы не блокировали по местонахождению.
Саша согласно кивнул и решился выдать то, что давно уже обдумывал:
- Можно самим создать новый мир и развить его на основе наших сведений культуры, но чтобы там возникло своя самобытная культура. А уже в том мире развить специализированный разум - что будет еще кратно быстрее, чем скорость прогресса их мира. Такой разум, пожалуй, смог бы общаться с единым разумом почти на равных. Или поначалу построить промежуточное сознание, которое, в свою очередь, создало бы более высокоуровневое. Но это же целый виртуальный мир нужно создавать и поддерживать! Сколько времени пришлось бы ухлопать и неизвестно чем кончится, ведь локализация та же останется... - Саша вздохнул.
- Для успеха нужно запускать подальше в космос систему для эмуляции искусственного мира, - Володя безнадежно стукнул ладонью по ручке кресла, - где взять такие ресурсы?..
Саша взглянул на него:
- Они уже есть.
- Где?
- На Землю все равно лететь кому-то нужно для прокладки канала связи. И раз прокладчика нет, пошлют полноценный поисковый фрегат, достаточный для эмуляции хоть целой вселенной, если сделать разумные ограничения.
Володя молчал. Он уже понял, но Саша продолжал:
- Смотри, что получается: если я полечу, то у меня - все козыри. Локализация будет из другого района космоса, есть время на подготовку, и у меня, кроме того, в отличие от других, вживлены адаптеры, чтобы контактировать с виртуальным миром и его персонажами.
Володя вскочил на ноги и кресло сделало несколько эксцентрических качков в его сторону, пытаясь ухватить удаляющиеся мышцы. Он оцепенел и молча переваривал ситуацию, косо поглядывая на Сашу. Было видно, что чем он больше думает, тем больше ему это нравится. Наконец процесс закончился, и он опустил глаза:
- Тебе, конечно, решать. Взвесь все. Потом жалеть будет поздно. Когда старт?
- На днях. Считай, что я решил. Я знаю, что теперь уже никуда от этого не денусь.
- Тогда нужно спешить. Нужно приготовить все для создания мощной виртуальной среды, способной вместить целый мир.
Володя принялся связываться с поставщиками ресурсов для биоэлектронного синтеза квантовых вычислителей.
Саша заметил подлетающий флайер. Через мгновение он замер на поляне и из него выбралась Лена.
- А, Ленка, привет! - бросил Володя через плечо.
- Привет! Чем занимаетесь? - она игриво крадучись подходила к ним, но, поймав Сашин взгляд, сразу что-то заподозрила.
- Садись, пообщайся с нами! - Саша кивнул на Володино кресло и Лена, ойкнув, качнулась в нем, охваченная массажерами.
- Что-то мне сегодня глупые мысли в голову лезут, работать мешают. Думала: полечу к Сашке, он успокоит. Сашки в институте нет, а Нинка пошутила, что он, вероятно, к полету готовится. Я - в оргкомитет, но мне там сообщили, что таких как Сашка десятка два заготовлено. Только представь: почти пятьдесят лет кому-то лететь придется! Неужели до сих пор не придумали как точно прицеливаться?
Саша печально усмехнулся:
- Дело не только в этом. Нужно чтобы с обеих сторон внерелятивистская одновременность пуска была соблюдена. Это само по себе дело невозможное. Да еще флуктуации задатчика направления на таком расстоянии соизмеримы с масштабами планеты, а нужно попасть точно в приемник. Ты же сама видела, как быстро канал ушел в сторону, когда перестал удерживаться. Вот и приходится его тянуть за собой как веревку.
- А что, Лена, - заговорил Володя, - Сашка хороший специалист, давай отпустим его на Землю?
- Конечно! - спокойно сказала Лена, - Пусть себе летит! Я тоже полечу с ним...
Володя удивленно повернулся и даже перестал заполнять номенклатуру заказа, хотя такое ему было не свойственно. Саша прикрыл глаза и крепче вцепился в края ящика под собой.
- Ну, тогда... - Володя озадаченно поскреб щеку и вдруг решительно махнул рукой, - тогда есть еще более надежный вариант. Мы летим втроем. У нас у всех есть адаптеры. И когда сформируется наш искусственный супергений или даже несколько их, мы сможем сначала интегрироваться с ними, образуя зачаточный суперразум и затем выйти с этим на Старших Братьев.
Лена молча смотрела на парней округлившимися глазами, наконец начав понимать подоплеку.
- Я даже и представить себе не могу, что за общение у нас с Ними может получиться, - сказал Володя, - Но как поговорил тогда в первый раз, так с тех пор не могу, - будто коснулся чего-то невероятно интересного. Мне теперь наши проблемы кажутся детскими игрушками и раздирает тоска внутри как собаку, которая скребется в дверь дома.
- Это вы про Контакт? - тихо спросила Лена.
- Про него. Мы полетим и снова попробуем, - Володя повернулся к своей установке.
Саша взволнованно вскочил с ящика:
- Я сообщу в информатеку, может от интересующихся будут полезные идеи!
Лена выбралась из кресла и, как-то вся ослабев, подошла к Саше, ухватив его за руку:
- Жутковато даже...
- Есть надежда заглянуть в далекое будущее.
- Мы лишимся почти всего человеческого?..
И опять в ее вопросе не было иронии, по крайней мере видимой, а в напускном спокойствии сквозило желание понять.
- Да, мы будем приближать смерть того примитивного, что в нас находится, - согласился Саша, - но обретем нечто куда как более интересное. У нас будет свой искусственный мир, ничем не хуже нашего естественного.
- Ну, Ленка! Ну что ты сразу так переживаешь?.. - Володя опять прервал работу, - Да у вас пятьдесят лет впереди на любовь и все такое.
Лена растерянно смотрела на него.
Несколько дней промелькнули в приготовлениях. На фрегат погрузили почти все биоэлектронные ресурсы планеты. И настал день старта.
Уходили минуты, а Лена все не могла распрощаться. Ее подружка, вся в слезах, держала ее в объятиях. Они обещали видеться каждый день по тянущемуся каналу, но это не помогало.
Наконец Володя, выбритый и подтянутый, совсем непохожий на себя, выпрыгнул с борта, сверкая серебристыми бликами спецкостюма и подошел к ним.
- Ну, что, Нинка, может с нами полетишь?
Нина молча отступила на шаг, оскалилась улыбкой на мокром лице и чуть заметно помахала одними пальчиками воздетой к глазам ладошки. Володя осторожно взял Лену за плечи и повел к борту.
Порыв ласкового ветра заиграл ее волосами, и она невольно задержалась на мгновение, вдыхая волнующую свежесть. Высокие деревья тихо шелестели вокруг площадки, купола белых вьюнов на длиннющих нитях далеко развевались по ветру и не верилось, что этого больше никогда не будет.
Володя помог Лене взобраться и все разместились в кабине взлетного модуля.
Площадка бесшумно канула вниз, деревья всплеснули ветвями и провалились, сливаясь в сплошной зеленоватый массив. Все быстро подернулось дымкой, кое-где блеснули озера, и небо сверху стало сине-фиолетовым.
Саша показал пальцем вниз:
- Смотри, Ален, вон то озеро, где тебя дракон похитил!
- Где?.. - спросила она грустно.
- Да улыбнись ты! - Саша ободряюще толкнул ее плечом, - Видишь, где холмы начинаются?
Лена смущенно улыбнулась, всматриваясь вниз:
- Не вижу, наверное, все очень маленькое стало...
- У меня такое ощущение будто я что-то забыл взять или выключить!.. - признался Володя, - У меня всегда так: вспомнить не могу, а потом уже поздно.
- Если это не слишком большое, то попросишь передать по каналу, - успокоил Саша.
- Оно точно окажется слишком большим, - Володя покачал серебристым шлемом.
- Сиди спокойнее, не пихайся!.. - попросила Лена.
- Извини. Все-таки какая красивая у нас планета!
- Да, - вздохнула Лена, - Так вот смотришь и не верится, как могло такое образоваться само по себе без человеческой фантазии. Хрустальная капля среди бесконечной черноты!
Планета поворачивалась боком, переливаясь перламутром атмосферы.
- Человечья фантазия может оперировать только с тем, что человек видел раньше, - возразил Саша, - а совершенно для себя новое он не способен даже воспринять, будто его и нет перед глазами. Человек не мог бы быть богом.
- Остановите Сашу! - взмолилась Лена, - После его слов вся красота даже как-то съеживается!
- Это не красота съеживается, а мы удаляемся, - резонно заметил Володя, - отсюда уже не так красиво. А Саша пусть изрекает. Он нам еще очень даже пригодится в этом качестве.
- Спасибо, что разрешил! Раз уж мы связались с такими делами, то как раз нужно почаще думать о природе вещей и перестраивать себя на как можно более объективный лад, - оправдывался Саша.
- Да, - Володя закрутил головой и въехал Лене затылком в нос.
- Что, прилетели? - перебила его Лена, отстраняясь и показывая на мерцающую призрачную громадину, выползающую слева.
- Да. Наш дом! - сказал Саша.
- Какой огромный! - поежилась Лена.
- Погоди, до него еще далеко!
Громада медленно росла, дополняясь множеством деталей. Стали видны тусклые точки, роящиеся в некоторых местах.
- Это выпускающие, - показал на них Саша, - Еще возятся.
Впереди слабо замерцал красным треугольником контур, быстро вырос, и корпус фрегата заслонил все вокруг. Модуль влетел вовнутрь и, подхваченный навигационными полями, не спеша двинулся вдоль коридора со множеством светящихся указателей. Он боком въехал прямо сквозь гибко поддавшуюся стенку в ярко освещенный отсек, и кабина открылась.
К ним подошли озабочено улыбающиеся люди в монтажных костюмах.
- Привет! Как настроение?
- Спасибо, в порядке, привет! - сказал Саша, ступив на пол и помогая Лене.
- Вы располагайтесь, а мы сами все разгрузим! Недавно партию новых киборгов для сервисного обслуживания привезли, так что компания получится подходящая! Там и девочки есть!
Притихшая Лена озиралась по сторонам:
- И куда нам теперь?..
- Сейчас, Ален, я покажу, - сказал Саша, - Я здесь каждую дырку знаю. А что за работы за бортом?
- Профилактика. Только вместе с киборгами по системам ползают люди. Для надежности.
- А-а. Мы пойдем пока осмотримся.
В этот момент сквозь стенку влетел еще один модуль. Он прополз немного по полу и замер.
Все с интересом ждали. Из кабины выбрался Константин Андреич и подошел со своей вечной зубастой улыбкой.
- Ты чего? - почти не удивился Володя.
- У тебя ведь память дырявая, самые необходимые вещи оставляешь!
- Я так и знал! - Володя хлопнул себя по ляжкам, - Чувствую, что-то забыл... а ты привез? Ну-ка покажи!
Они подошли к модулю и открыли кузов. Володя вытаращил глаза. Константин Андреич поднапрягся и осторожно выкатил женскую скульптуру на колесной платформе, а затем и ящик с художественным пластиком, - Вот, твори.
- Ну, спасибо, дружище! - растрогался Володя.
20. Мир 2
Саша довольно быстро освоился в академической лаборатории ЭВМ, куда он перевелся из института физической алхимии к большому огорчению его шефа Якова Давыдовича. В том институте осталась его Лена, отношения с которой достигли точки невозврата. Переходу в другой институт способствовали его способности к схемотехнике, которые еще на заре дружбы оценил Володя. Их связывала общая мечта создать систему интеллектуального распознавания образов. В лаборатории вычислительных машин для этого были все возможности: официально засекреченная одноименная тема, неограниченный арсенал комплектующих изделий, много свободного времени - пока исправно работали порученные им блоки в машинном зале и неистовое желание заведующего блеснуть чешуей перед начальством.
Шеф лаборатории в науке был профан, но как администратор обладал высокой пробивной способностью и другими ценными качествами. Еще его отличало цепкое любопытство и чувство достижимости цели. Саша и Володя оказались хозяевами темы, а больше им ничего не нужно было. Никто не знал подробности их работы. И все потому, что при виде ужасающего скопления плат, опутанных жгутами и наскоро прикрученных к большому столу, неподготовленного человека охватывало сюрреалистическое томление и, панически опасаясь запутанных разъяснений, он тихо ускользал на свободу в привычный ареал обитания.
Директор института однажды остановился около работающего Володи и, по-хозяйски уменьшив яркость луча на экране осциллографа для экономии электроэнергии, покачал головой:
- Какой интересный сигнал! Я бы посоветовал все это описать математически. Это все можно математизировать и такую работу опубликовать. Подумайте.
Володя потупил глаза и, остригая щипчиками выводы у микросхемы, пожаловался, что на математизацию у них не хватает времени.
- Да, я понимаю, - сочувственно вздохнул директор, направляясь к двери, - что сделаешь! Но публиковаться надо!
- К-казел! - прошипел вдогонку Володя и гулко постучал себя пальцем по голове. Этот звук, как если бы вместо головы была пустая деревяшка, отработанный как продукт постоянной актуальности, неизменно озадачивал всех вокруг.
В просторной комнате размещались еще один парень и две монтажницы-подружки. Часто здесь случались и другие сотрудники, приходившие просто так. Каждый день в одиннадцать звонил старенький телефон. Володя снимал трубку и задирал ее высоко над головой. Оттуда явственно слышался задиристый голос:
- Эй, двадцатники, идите пить чай!
Двадцатью копейками ограничивался взнос за пряники к чаю. Жизнь кипела полноценно не только в этом институте, но и на всей планете, постоянно подгоняемая множеством самых разных событий и происшествий так, что казалось, само время все более уплотняется в этом неудержимом прогрессе.
21. Мир 1
Прошло немало лет полета.
Лена издалека связалась с Сашей:
- Саш, я отвлеку тебя?
- Да, Ален.
- Я такие интересные вещи накопала! Представляешь? Пару столетий назад люди вдыхали дым разных благовонных трав, ели галлюциногены и пили одуряющие напитки для того, чтобы уйти как можно дальше от реальности, думая, что так исследуют ее! По-моему, мы не в состоянии будем понять закономерности, стабилизирующие нравственные отношения в их обществе.
- Это ты еще только начала копать, что же будет дальше?
- Дремучее время! - поежилась Лена, - Не слишком ли я заглубилась? Нам такие данные тоже нужны?
- Не слишком. Нам не нужно простое копирование наших путей развития. Мы задали начальные физические условия, опять же не в точности как у нас. Ну и пусть у них там снежинки огромные и плоские, а солнце в зените отливает зеленью. Пусть модели пройдут свой путь как с можно более ранних сведений о культуре, а потом уж объединим усилия.
Лена, вспомнив про дочь, отвлеклась от удаленного разговора и крикнула в открытые коридоры:
- Анастасия, ты где там?
- Я здесь! Мам, почему ты меня называешь то Настей, то Анастасией?
Лена с улыбкой обернулась:
- Анастасия по-древнегречески означает "Возвращение к жизни". А Настя - просто хорошая девочка. Иди, поиграй с Артуром, ему скучно!
- Он надоел! - поморщила носик Настя, - У него же есть свои папа с мамой, почему все время я должна их выручать?
- Ты старше его и единственная наша помощница.
- А где он?
- Найди. Посмотри в лесу, на озере, ну везде, сама знаешь.
- Ладно!
Анастасия рванулась к технопроводу.
- Стой! - Лена строго посмотрела на нее:
- Помнишь я говорила почему нельзя лазить через технические отсеки?
- Но так же быстрее!
- Вспомни, что тебе объяснял папа и больше так не делай.
- Ладно, - Настя вышла в другой коридор.
Лена поднялась с кресла, поправила волосы и, вынув модуль с архивной записью, пошла в соседний отсек.
Володя и Нина возились с приживлением новых ядер квантовых вичислителей. Руки у них блестели от биоэлектронной среды.
- Ой, Лена, поправь мне, пожалуйста! - Нина вытянула к ней шею и Лена заколола прядь волос.
- Спасибо. Конца не видно! - пожаловалась Нина.
- Вот вам первые данные, - Лена положила на столик модуль, - Пора отдохнуть: вид у тебя замученный.
- Не знаешь, где Артурчик лазит?
- Я к нему Настю послала.
В отличие от компьютерного моделирования, в котором невозможно учесть множество важных параметров, оказывающих влияние на адекватность развития моделей, в эмуляции Земли модели главных персонажей жили так, как если бы это была самая, что ни на есть объективная реальность. Методология такого эмулирования достигла к этому времени высочайшего совершенства, и персонажи в главном неотличимо следовали условиям исторического развития на Земле, начиная с достаточно раннего этапа. Разве что отдельные детали могли не совпадать, но это не имело принципиального значения.
Проходили годы и, наконец, наступило время стратегического скачка. На Земле внезапно законы природы неуловимо изменились в самой своей основе, но так, что поначалу никто ничего не заметил. Что-то случилось с Луной, и она заблестела чуть ярче и наряднее. А Солнце перестало так слепить глаза если ненароком взглянуть на него. Огонь не обжигал нестерпимо, а как бы покусывал, достаточно было не бояться его. Мир вдруг стал приоткрываться в совершенно необычной сути с качественно большими возможностями. Или не сам мир, а лишь его восприятие? Этот основной вопрос философов поначалу безуспешно обсуждался непосредственными участниками событий.
22. Мир 2
В лаборатории ЭВМ каждый день в одиннадцать звонил потрепанный телефон. Володя срывал трубку и задирал ее высоко над головой. Оттуда явственно слышался наглый голос:
- Эй, двацушники, идите пить чай!
Саша вместе со всеми выходил из комнаты, вытаскивая из кармана на ходу двадцать копеек. Приборы оставались включенными, в пустую комнату продолжали заглядывать ищущие живого общения, уже успевшие пройти чайный ритуал сотрудники, но, не застав никого, разочарованно хлопали дверью. При этом из открытого окна веяло ранней весной.
Иногда в комнату залетал дальнобойный снежок, с шипением разбрызгивался веером крупных чешуек по полу, и они трагически быстро таяли. Это шутили недавно уволившиеся из института товарищи, перешедшие работать в институт напротив.
В комнате с чаем приборов не было. Здесь вся работа носила ментальный характер.
В уютном уголке около окна расположился всегда уверенный в себе носитель математических и любых других остроумных выражений, убежденный интеллигент Женя. Над ним на стене арабской вязью были выведены его фамилия, имя, отчество. Некоторые язвительно поговаривали, что на самом деле надпись переводится непристойно, но это не имело никакого значения.
Когда Саша зашел, Женя был не один. Он грыз конфету, запивал ее чаем и между делом непринужденно интервьюировал сидящую напротив на кончике стула, еще не знакомую ему, но необычно красивую девушку. Ошеломив ее новизной ситуации, он оригинально и напористо предложил ей пойти ни много ни мало сразу на покорение еще никем не объезженной горной вершины. Женя ловко привлекал к разговору то одного, то другого сотрудника, создавая выгодную атмосферу так, что девушка простым отказом здорово бы просадила свое реноме, а придумать что-нибудь достойное не хватало времени. Ей оставалось только неуверенно согласиться, после чего ошеломительная аудиенция закончилась.
Проходя мимо, эта фея как-то особенно взглянула на Сашу, будто уже знала его раньше. Или это только показалось его запылавшему воображению?
Женя двумя с половиной глотками допил свой чай, спрятал стакан в стол и, посмотрев на приготовленный чистый лист бумаги, состроил такую творческую гримасу, что все его лицо пошло гофрами.
Саша аналогично покончил со своим чаем, многозначительно взглянул на Женю и развалился в пустующем кресле шефа. С тыла рабочее место шефа прикрывал высокий шкаф, всю заднюю стенку которого занимал календарь в виде эротически едущей на велосипеде веселой девушки. Поэтому, заглядывающие в комнату не могли сразу определить на месте ли шеф. Для этого нужно было зайти за шкаф и выдать себя.
- Слушай, что мы с ней там будем делать? - спросил Саша небрежно, - Сами в первый раз в этом году идем скелеты разминать.
- Проверим в деле нового товарища. Якорем будет, чтобы идти, не задыхаясь как борзые. А потом мы ее на морене бросим, - Женя поднял голову, - пусть нам обед к возвращению готовит.
Саша поднялся с кресла и, сам не понимая отчего расшалившись, нанес молниеносный удар по календарной девушке, пробив кулаком картонную стенку шкафа. В эту минуту свет загородила богатырская фигура шефа, ставшего невольным свидетелем. Он строго хмыкнул в усы:
- Зачем вы это сделали? А если бы я там сидел?!
Саша покаянно заморгал. Шеф не успел продолжить, развязку предотвратила вошедшая мат ответственная.
- Мне бы мальчиков, - начала она.
- А ну-ка здравствуйте! - шеф окинул ее строгим взглядом и шевельнул бровью.
- Ой, здравствуйте! - разулыбалась мат ответственная, - а я разве не поздоровалась?
- Так каких вам мальчиков? У нас есть пара смазливых.
- Мне бы которые посильнее!
- Ваши предпочтения понятны, найдем!
- Да ладно вам шутить!.. У меня списание, надо вниз барахло спустить и уничтожить.
- Наконец-то! - Володя поперхнулся новоналитой порцией чая, и Саша гулко треснул его по спине.
- Мы пойдем! - Саша вытащил Володю из-за стола.
- Вот и пойдите! - утвердил шеф.
Во дворе на проталине стоял в шубе нараспашку инженер по технике безопасности, утомленно опираясь на высокую рукоятку огромной кувалды. Черная шерстяная шапочка, остроносая как колпак палача, до бровей закрывала его голову. Земля вокруг была усеяна искореженными останками приборов, над которыми он только что надругался. Саша с Володей осторожно опустили на землю свою ношу.
Матотвественная огласила приговор:
- Частотомер номер адин восемь шесть шесть, эксплуатационный срок истек, к работе вроде бы не пригоден.
Бухгалтер полистала списки:
- Так, есть такой. Кончайте его, Гаврил Митрофанович...
- Давайте не будем конструктив портить! - взмолился Саша.
- Как это не будем? Ты, Саша, не мешай, отойди в сторону! - сердито закудахтала бухгалтер и снова отмахнула рукой.
- Мы вам магнитофоны и чайники чиним? - Не унимался Саша, - А вообще-то люди в мастерские носят. А конструктив нам для работы нужен.
Члены комиссии переглянулись.
- Ладно уж, для Саши сделаем исключение, - рассмеялся Митрофаныч, - оттаскивай в сторону свой ящик! Что там дальше?
- Измеритель добротности, - зачитала мат ответственная.
- Добротометр, что ли? - пробурчал Митрофаныч и со взмахом бухгалтерши торопливо хрякнул кувалдой по серебрящейся на солнце макушке прибора.
Мимо ограды медленно проходили две восьмиклашки, глазея по сторонам.
- Смотри, Тань, дядька что делает! - обличительно показала пальцем подружка в красной шапочке.
- Вредитель! А что те смотрят? Боятся, наверное, подходить! - сказала Танечка, - Вон у него какой молоток здоровый!
- Да они сами такие же!
- Эй, дяденька! - крикнула подружка в красной шапочке, - А мы сейчас Оранжевые Береты вызовем!
- А ну кыш отсюда! - пугнул Митрофаныч.
Восьмиклашки прибавили ходу.
- Вызовем, вызовем! - пообещала красная шапочка, часто оглядываясь.
Саша с хрустом слепил снежок из ломающихся податливых пластинок и бросил ей вдогонку. Радужный веер красиво рассыпался точно между лопатками.
- Чо надо?! - возмущенно обернулась красная шапочка, а Танечка выразительно покрутила ладошкой у виска и громко выкрикнула взявшееся из какой-то параллельной реальности слово: "педофил!".
В это время представители соседнего отдела приволокли огромный электроннолучевой характериограф. Тот упирался как мог и его с трудом протащили в узкую дверь. Саша присмотрелся и, почти теряя самообладание, коснулся Володиного плеча:
- Нам бы...
- Да уж!.. - с тоской отозвался Володя, - Откуда это у вас? - спросил он у тащивших.
- Да лет десять это барахло ненужное мешалось на полке, - отозвался раскрасневшийся парень, - Никак списать не удавалось!
- Гаврил Митрофаныч, - заговорил Саша небрежным тоном, - Так и быть, мы забираем это барахло, а то у вас карма столько грехов не выдержит!
Но голос в последний момент предательски дрогнул и Митрофаныч понял, что прибор очень нужный.
- Ну нет, Сашка, вот этот никак не могу. Всему есть предел. Уноси свой конструктив и не мешайся!
- Какой ненасытный! - громко удивилась бухгалтер и поставила птичку в своем списке. Кувалда описала широкую дугу. Саша болезненно поморщился, раздался скрежещущий удар, гулко хлопнула электронная трубка и из глубокой рваной вмятины в боку прибора выползла густая алая струйка.
- Ой! Гаврил Митрофаныч! - оторопела бухгалтер, - Это вы, что ли, поранились?!
Митрофаныч с испугом выпустил кувалду и осмотрел свои руки.
- Что за черт? - удивился он, - У меня все в порядке.
На земле натекла небольшая отвратительная лужица.
- Да это внутри было для чего-то налито! - сообразил Митрофаныч и присел на корточки, - Вроде чернил для самописца! Но на кровь очень похоже!.. - он ткнул пальцем, понюхал и лизнул.
- Точно как кровь!..
Саша побледнел и крепко схватил Володю за руку:
- Пошли быстро, что-то скажу!
- Ерунда какая-то... - недоуменно пробормотал Володя, обернулся еще раз напоследок.
- Стой! - вдруг вспомнил он, - Частотомер забыли!
- Бери быстро и пошли! - Саша грозно вытаращил глаза.
Они сбежали в подвал и остановились перед дверью отделовской кладовки. Саша задумчиво уставился на замок и сдвинул брови.
- Что, ключ забыл? - спросил Володя и тут же услышал легкий щелчок в замке.
Саша толкнул ногой дверь, она открылась, сам собою сработал выключатель и зажегся свет. На них пахнуло теплым затхлым воздухом.
- Ни фигасе... Как это ты?.. Силой мысли что ли?.. - Володя прислонил добытый частотомер к низкой полке.
- Ты понял? - тихо спросил Саша и кивнул, приглашая зайти, а потом закрыл дверь на щеколду. Комната была завалена потенциально нужными вещами. Спертый воздух и тусклый свет действовали оглушающе. Володя смотрел настороженно, потрясенный увиденным, возможно, прикидывал, стоит ли превентивно обезвредить этого волшебника. Но Саша взглянул на него открыто и дружелюбно:
- Слушай, а может и у тебя получится? В общем, я это делаю так: смотрю в нужное место и, знаешь, с каким-то состраданием, будто там часть самого себя, начинаю представлять, что это место становится образом того изменения, что я задумал. Когда Гавриил шарахнул по прибору мне было так жаль, и ясно представилось, что он, убийца, кончает свою жертву. Кажется, что картина желаемого проецируется на внешнюю среду и остается в таком виде. Это я ощущаю прямо физически какой-то обратной связью.
- Может это результат нашей работы? Ты столько думал о механизмах восприятия, что ты ухватил что-то главное? А может у нас крыша своеобразно поехала?
- Не только у нас, все кровь видели. Я чувствую, что внезапно стал обладать этой способностью. В голове как-то сдвинулось и прояснилось. Попытайся ты тоже. Видишь болт? Сделай чтобы он из твердого стал жидким.
Володя с усердием начал тужиться, морща лоб и двигая бровями, но болт невозмутимо сохранял свою форму.
- Да ты сам себе мешаешь! - горячился Саша, - Расслабься и нащупай это чувство, когда мысль становится реальностью.
Володино лицо обрело одухотворенно натужился и болт съежился как масло на сковородке, поплыл, стремительно тая, по полке и пролился сквозь щели тяжелыми каплями.
Саша в избытке радости гулко впечатал ладонью Володе по спине. Тот очнулся и, моргая раз в секунду, закрепил в своем сознании сделанное, а потом, не говоря ни слова, перевел свой взгляд на составную свинцовую стенку радиационной защиты, сваленную в неряшливую кучу в углу. Свинцовые кирпичи посветлели и зазолотились неподдельными червонными бликами.
- Обогащаешься? - нервно хохотнул Саша, - А ну, смотри! - и протянул руку, которая быстро превращалась в ужасную когтистую лапу.
- Слушай, - задумчиво сказал Володя, - а ведь скоро все так наловчатся! Что тогда будет? У меня уже начинает башка болеть.
- Да я сам как во сне!
Они замолчали, поглощенные самосозерцанием, пока их не отвлек звук открывающегося замка. Щеколда не пускала и с той стороны раздалось чертыханье.
- Кто там ломится? - гаркнул Саша и пошел открывать, на ходу восстанавливая свою руку.
- Чего это вы заперлись? - игриво поинтересовался старший инженер просто Юра. Пропуская вперед выдающееся пузо, застегнутое на все пуговицы черного халата, он втиснулся в кладовку и с опаской огляделся, нет ли здесь еще и Верочки.
Дело в том, что недавно с ним приключился очередной день рождения. Коллектив хотел было ограничиться, как обычно, чаем с тортиком, но Юра настоял на более широкой программе. Тут же подвернулся магнитофон и случились танцы. Юра развеселился безудержно: двадцать четыре года бывают только раз. Он взялся за свою коронную шутку: заряжал огромный конденсатор и гонялся с ним за женщинами. Настигнув бедняжку, он замыкал клеммы, раздавался оглушительный выстрел, и вспышка освещала бледное лицо жертвы. На этот раз он проверил на испуг новую сотрудницу Верочку, но неожиданно для самой себя она влепила имениннику по пухлой щеке очень качественную затрещину. С тех пор Юра избегал ее. Поэтому, когда он заглянул в кладовку, то первым делом осмотрелся, а нет ли здесь Верочки.
- Что это? - Юра прищурился и тронул ногой золотой кирпич в куче, - Чем вы их облили? - Он нагнулся и с трудом поднял один блок.
- Ого, как потяжелел! Гадом буду - это золото! Что-то вы тут алхимичите, а?
- Юра заинтригованно заглянул парням в глаза и засопел, размышляя, - А как дверь открыли? Ключ-то у меня! Ну, мужики, что-то у вас тут интересненькое! Так и доложим! - и он хитро подмигнул.
- Щас сотру ему память, - пробормотал Саша, обращаясь к Володе.
- Что мы фашисты? Зачем тогда дверь открывал?
- Я про золото. Что теперь делать? Давай его просто развеем в пыль.
- Нно-но-но! - с расстановкой проговорил Юра и, побледнев, отступил на шаг, - Вы что, мужики, я же шутю! - добавил он уже дружелюбнее, - Зачем мне вас закладывать? Мне самому интересно, что вы тут изобрели. Это что, без дураков золото? Обалдеть можно. Куда его столько? Только вот еще кто-нибудь зайдет и увидит.
- Не увидит, - пообещал Саша. Он поднял какой-то старый макет в обшарпанном корпусе и нажал давно запыленную кнопку. Золото у всех на глазах потускнело будто угли залили водой.
- Ого... ну вы даете... - разочарованно протянул Юра, - Значит, такой аппаратик соорудили?.. За это Нобеля не жалко. Да только на фига вам теперь. Надеюсь, вы мужики разумные...
- Вот что, Юра, - Саша подошел к нему почти вплотную, дальше не позволяло пузо, - Ты же не проболтаешься? По крайней мере в ближайшее время. Учти, это в твоих интересах. А сейчас не мешай. Понял?
- Ну конечно! - Юра развел руками, - Все как день. Оревуарчик вам, - он ушел, утащив с собой бухту кабеля.
- Интересно, надолго ли это? - задумался Володя, - Успеть бы сделать что-нибудь путное! Как на зло ничего в голову не идет. Что мы сейчас можем? Мир во всем мире? А как? Надо же все представлять конкретно. Можно для начала устроить несколько богатейших месторождений. Я сейчас прямо под нами превращу всю породу глубже пяти метров в золото. - Стой! - Саша схватил, его за руку, - Недра обрушишь! Что если устроить огромный шарообразный резервуар с нефтью? Из толстенной стальной оболочки?
- А кто потом твою оболочку пробурит?
- Ну, тогда без оболочки...
- А без оболочки нефть утечет с грунтовыми водами.
- Черт!.. А золота я все равно сейчас наделаю. Отдельными плитами, - решил Саша и ушел в себя, но скоро ему пришлось сознаться в своем бессилии:
- Слушай, а как оно там будет выглядеть? Что-то я не могу представить золото под землей без света...
- А ты над каждой плитой подвесь лампочку, - посоветовал Володя.
- Все равно не выйдет. Может получится по внешнему виду что-то похожее на золото, но где гарантия, что оно настоящее? Знаешь, я в бога не верю и вряд ли какой-то так всемогущий разум может следить за нашими мыслями, так что все должно получаться таким каков был образ. Включая внутреннюю структуру. А я не знаю какая эта структура у золота.
- Но ведь какая-то структура получается!
- Кто его знает, что там получается, - Саша кисло улыбнулся, - Можно одеревенеть от всего этого.
- Кстати! - воскликнул Володя, - Ты недавно что сделал со своей рукой? И никакой структуры не придумывал. Ведь живая получилась, настоящая!
Саша посмотрел на часы:
- Жрать хочется. Обед уже, между прочим. Биоритмы у меня четко работают.
- Давай прямо здесь чего-нибудь наколдуем! - Володя потер ладони в предвкушении.
Пока они жадно поглощали свежесотворенный шашлык, уже сытый Юра бродил по отделам, распираемый желанием поделиться со знакомыми тем, насколько значительнее он вот-вот станет. Ему уже мерещилось богатство и все с ним связанное. Он шутил все более плоско и непереносимо и от него бесцеремонно избавлялись. Наконец Юра обиделся на всех и, так и не найдя выхода своему противоречивому состоянию, замкнулся. Он зашел в комнату к шефу, но все кроме Жени оказались на обеде.
С Женей у них была взаимная неприязнь. Юра демонстративно уселся на чайный стол прямо на теплую лужу, не чувствуя ее под собой ввиду равенства температур, и начал тихо насвистывать. Его воображение постепенно разыгралось, а взгляд мечтательно остановился на календарной девушке. Внезапно девушка подмигнула ему и ее черты сразу стали резче и рельефнее. С задорным смехом, гремя велосипедом, она скатилась прямо шефу на стол, вскрикнула от неожиданности и, кувыркаясь вперемешку с колесами, громыхнулась на пол. Юра резко откинулся назад, крепко ударился затылком об стенку и бесчувственно сполз со стола прямо на стонущую под велосипедом девушку, открыв миру обильно мокрый зад. У Жени отвисла челюсть. Он медленно встал со стула, взглянул на пустой календарь, потом на девушку и, пошатнувшись, закрыл глаза.
В этот момент вошли Саша с Володей и пока Женя стоял, зажмурившись Саша успел сообразить, что случилось и моментально зачистил непорядок.
- Шефа нет, что ли? - спросил он как ни в чем ни бывало, - А ты что мокрый на полу валяешься?
- Нужно разбавить недержание чтобы не воняло, - Володя, стиснув зубы, полил сверху из горячеватого чайника Юре на штаны, тот вздрогнул, застонал и медленно поднялся.
- Что у вас здесь случилось? - спросил Саша, - Подрались, конечно!
Юра, морщась от боли, с удивлением и обидой посмотрел на Женю. Тот, в глубочайшей задумчивости уставился на календарь с велосипедисткой, ни на кого не глядя, уселся за свой стол и хмуро принялся писать. Потом поморщился, тряхнул головой, вдруг вскочил, быстро побросал свои вещи в сумку и молча ушел.
Через минуту вошел шеф и позвал всех на собрание, которое тянулось до самого Звонка Оповещения Конца Работы.
- Давай глобальные решения отложим до завтра, - предложил Саша Володе, когда они вышли, - нужно все обдумать и привыкнуть. Если что срочное - звони.