... Продолжение...
В мае 1942 года в дом семьи Клепчиновых ворвались немцы, выгнали всю семью во двор и стали избивать на глазах детей Клепчинову Ольгу Ефимовну. Её муж был партизаном. Хотели сжечь дом, но староста сказал, что дом колхозный. После их ухода Ольга Ефимовна пролежала до августа и потом умерла. Дети остались сиротами. В июне 1942 года немцы расстреляли около церкви Ташко Игната Кузьмича и и его брата Павла Кузьмича за связь с партизанами и за то, что дочери тоже были в партизанах. Схватили их около мельницы, куда они повезли зерно на обмолот. За связь с партизанами был убит в августе 1942 года во дворе своего дома на посёлке Ольховка Карзюков Алексей Харитонович. 26 декабря 1942 года партизанами был убит староста Пугачёв Тимофей, за то, что без разрешения партизан стал старостой, и жену Агриппину убили за её «длинный язык». А через день, 28 декабря 1942 года, по улице вели под конвоем немцев Маршеню Марию Моисеевну, державшую на руках новорождённую девочку. Хата горела, а старшую дочь спрятали соседи. Вели на расстрел, как жену партизана. Не доходя до церкви Рябая Марина Сидоровна метнулась к ней и забрала из её рук ребёнка. Из глаз обречённой молодой женщины потекли слёзы благодарности. У церкви уже находился избитый старый дед — Пугачёв Филипп Фёдорович, по прозвищу микоян. Привели его на расстрел за то, что у него в партизанах были два сына и невестка. Расстреляли. Почти сутки немцы не давали их похоронить. Хижного Федоса Максимовича арестовали в начале 1943 года и убили за то, что его дети воевали на фронте и были в партизанах. Евсеенко Ивана Васильевича, Евсеенко Захара Сергеевича и Медведева Василия Лукича арестовали в январе 1943 года за связь с партизанами. Расстреляли их 19 января на Климовских торфяниках. Летом 1943 года был убит полицаями Евсеенко Евтех Максимович, по прозвищу люкляч. Перед убийством его заставили вырыть себе могилу. Дети Медведева Дмитрия Иоволевича, который был в партизанах командиром, долго прятались в лесу от немцев и полицаев. Набрели на партизанский отряд и их доставили к отцу. Так они стали юными партизанами. Вся их семья была партизанской.
Жители села тайно помогали партизанам всем, чем могли. Гладышко Пётр Павлович, по прозвищу евжак, был портным и шил партизанам безрукавки. Партизаны привозили ему шкуры, а потом забирали готовые изделия. Салов Денис Никитич, по прозвищу соленок, помог партизанке Хижной Прасковье Федосовне при облаве немцев выбраться из села. Она вывез её на санях, накрыв зипуном и сенной трухой, кружным путём через Крапивенский лес. А когда приехал домой, то долго лежал без еды, так перепугался, но не струсил. Сама же Прасковья Федосовна была арестована в октябре 1942 года немцами и сидела тюрьме в Гомеле. Там её освободили белорусские партизаны и она некоторое время партизанила там. А её брата, глухонемого Павла, который тоже был в партизанах, убили в 1944 году недоброжелатели. Многие погибли под бомбёжками села и посёлков: Бондарь Анна Яковлевна, Самосват Ульяна Ивановна вместе с мужем Захаром. Дети остались сиротами.
Не обошлось и без зависти людей, которые решили по тем или другим причинам избавиться от «своих врагов» чужими руками. По доносу были убиты Болотный Евтех Кондратьевич, Пугачёв Виктор Ефимович, Кузюков Василий Ларионович, Короткий Алексей Михайлович (подросток 12 лет), Хатуницкий Григорий Матвеевич.
После освобождения села староста, Шрамко Илья Прохорович, по прозвищу зайчик, прятался в яме, сверху которой стояла большая копна соломы. Весной 1944 года он вылез и стал помогать соседу с постройкой дома. Его арестовали и повели в Климово. Вместе с ним пошла и его жена Агафья. У села Крапивное их расстреляли за попытку побега. В 1945 году старосту Хатуницкого Василия Матвеевича повезли в Брянск, по дороге от него избавились.
Закончилась оккупация села, начали восстанавливать село и посёлки. Многие партизаны остались в селе. Молодёжь пошла воевать на фронт.