Когда я лежала в больнице после операции, муж уехал к друзьям на шашлыки

После четырех лет брака мы с мужем решили завести ребенка. Но перед планированием беременности мне нужно было удалить четыре зуба мудрости, которые никак не вырастали и вызывали сильные боли. Операция в челюстно-лицевой хирургии под общим наркозом звучала пугающе, но я верила, что всё пройдет гладко.

Очнулась я с ощущением адской тошноты. Мир плыл, а мое тело выгибалось в судорожных позывах. Меня рвало, рвало кровью… Сердце бешено стучало, тошнота никак не проходила. В голове промелькнула единственная мысль: «Я умираю». И первое, что я сделала, когда смогла хоть как-то шевелить пальцами — набрала мужа.

— Милый, мне так плохо, — прошептала я в трубку, едва двигая распухшим языком. — Пожалуйста, приезжай.

— Солнышко, я не могу, у меня срочный проект, — голос Егора звучал ровно и спокойно. — Ты же сильная. Держись. Вечером позвоню.

Вечером он не позвонил. Вместо него примчалась моя сестра Лиза с испуганными глазами. Именно и сидела рядом, когда меня всю выворачивало наизнанку…

Буквально через час после операции мое лицо увеличилось в объеме – щеки разнесло так, словно я проглотила улей с осами. Писала жалобные сообщения мужу, но он никак не реагировал.

Около семи вечера Егор сам набрал меня. Он ехал куда-то в машине и был в приподнятом настроении.

— Дорогая, ты как? Я вот еду в машине на дачу к Сергею. Помнишь, мы давно собирались?

— Привези, пожалуйста, мои вещи… Зубную щетку, сменную одежду, — выдавила я, чувствуя, как слезы щиплют глаза.

— Ой, ну я уже почти за городом. Вернусь только в воскресенье вечером, не переживай. Ладно, я тут за рулем!

И он попросту повесил трубку. А через час в соцсетях начался праздник. Он выкладывал сторис: смеющиеся лица друзей, дымящийся мангал, красивые пейзажи. Подписывал их: «Настоящий отдых для души», «Ценим простые моменты». Я лежала в больничной палате, с лицом, которое не могла узнать в зеркале, и каждый его пост был похож на пощечину.

Я писала ему каждый день. Короткие сообщения: «Мне больно», «Я скучаю», «Когда ты приедешь?». Он читал их и не отвечал. Зато стабильно выкладывал новое фото с шашлыком или удочкой у реки.

В ту субботу, глядя на его новое селфи с широкой улыбкой, я поняла одну простую вещь. Моя операция принесла двойную боль – не только физическую, но и моральную. Вся эта ситуация раскрыла мне глаза о браке, о любви, о том, какой у меня муж. Я перестала ему писать. А он даже этого не заметил. Позвонил Егор лишь поздно вечером в воскресенье.

— Привет, солнышко, ты как? Что тебе привезти из дома? — весело говорил он.

— Уже ничего не надо, — ответила я ему и повесила трубку.

Что муж? Он даже не перезвонил. Лишь через два дня поинтересовался, когда меня выпишут. А встретил из больницы как ни в чем не бывало, словно я вернулась с курорта.