Валерий Подмаско
Эта часть статьи целиком посвящена македонцам. За что такая честь?
Дорийское нашествие прервало микенский период истории Древней Греции, и Греция погрузилась во мрак «Темных веков», которые длились с XI до середины VIII века до н.э. За это время произошел катастрофический упадок культуры, была утрачена письменность и полностью разрушена микенская цивилизация, погибли микенские города и царства, возобладала и победила родоплеменная организация общества. Затем последовал архаический период, который длился с середины VIII по VI век до н.э. В течение этого периода Древняя Греция медленно выходила из последорийского упадка, формируя внутри себя основы зарождающейся классической культуры и цивилизации. Начинается деградация родоплеменной организации древнегреческих этносов, в массе возникают города-государства, т.е. «полисы». За архаическим периодом последовал классический период, который длился с V по IV век до н.э. (точнее – с 510 по 323 год до н.э.). В течение классического периода окончательно сформировалась модель греческого полисного государства, разнообразные модели военных и политических союзов греческих полисов, до совершенства была доведена стратегия и тактика межполисных войн. Одновременно с этим наивысшего расцвета достигла полисная экономика, произошел небывалый взлет культуры и искусства, философии и науки.
Однако наступающий кризис полисной государственности привел к кризису во всех сферах жизни Древней Греции классического периода. Древнегреческий полис более не мог быть основой жизни греков. На «повестке дня» стоял вопрос об объединении всех греков в границах одного супер-государства – Империи. И Империя возникла на северных рубежах континентальной Греции – в Македонии. Македонским царям Архелаю I, Филиппу II и его сыну Александру III Великому удалось на излете классического периода создать в своей стране централизованную монархию с мощной профессиональной армией, которая в кратчайший исторический срок смогла подчинить себе всю Грецию, а затем разрушить Персидскую Империю, создав на ее обломках уже даже не македонские, а общегреческие империи.
Завоевания Александра Великого открыли новый период в истории Древней Греции – эллинистический, отсчет которого историки обычно начинают от смерти Александра Великого (10/13 июня 323 года до н.э.) и завершают римским завоеванием Греции. В течение этого периода греческая культура, греческая философия и наука сделали новый рывок вперед. Границы Греческого мира расширились как никогда раньше. Возникли новые уже общегреческие центры греческой культуры и цивилизации – Александрия Египетская и Антиохия на Оронте. В это время общегреческая идентичность приобретает новое значение и особую ценность. И все это благодаря македонцам, которых греки всегда считали полу-варварами и полу-греками.
Так кем же были македонцы до рождения Александра Великого?
Македонский этногенез
Македонцы – это античный этнос (не путать с современными «македонцами»), который занимает особое положение в истории Древней Греции и всего Восточного Средиземноморья. По сей день идут споры ученых по поводу того, можно ли причислить македонцев к грекам или нет. Тем не менее, все большее количество ученых считает древних македонцев греческим народом, относящимся к той самой северо-западной диалектной группе, но с сильными собственными культурно-политическими особенностями, которые выделяли их на фоне других греческих этносов.
Как я уже сказал, македонский диалект относится к северо-западной группе греческих диалектов, родственной дорийскому. Однако в отличие от других этносов зоны северо-западных диалектов, македонцы как один из греческих этносов формировались на очень сложном этническом субстрате. Все исследователи упоминают среди предков македонцев иллирийцев (пеонов), живших когда-то в горной (западной и северо-западной) части Македонии, и фракийцев, которые в прошлом населяли всю равнинную (центральную и восточную) часть Македонии. Ряд крупнейших горных племен Македонии имели иллирийские корни (линкесты, пелаготы, оресты и пр.). Причем многие из этих племен сохранили старые иллирийские самоназвания. Даже области Верхней (горной) Македонии носили названия древних иллирийских племен – Парфиния, Пенестия и конечно же Линкестида и Пелагония.
Часть македонских племен Верхней (горной) Македонии имели иллиро-греческие или даже греческие (эпиротские) корни. Так, некоторые историки считают, что племя орестов, которое я уже упомянул, имело не иллирийские, а эпиро-иллирийские корни. Эпиротами, родственниками молоссов, были тимфайцы, жившие на границе Македонии, Эпира и Фессалии, через земли которых проходили сухопутные дороги, которые связывали Македонию с Центральной Грецией и Пелопоннесом.
Всю центральную (равнинную) и южную часть Македонии когда-то населяли фракийцы. Названия областей в этой части Македонии происходили от названия древних фракийских племен. Так, центральное место в Нижней (равнинной) части Македонии занимала область Мигдония (от мигдонов). На юге Македонии (севернее горы Олимп) находилась область Пиерия (от пиеров). В этой области в городе Дион у подножия горы Олимп находилось общемакедонское святилище Зевса Олимпийского. Особенно много фракийских племен было поглощено македонцами на восточном берегу реки Эхедор в Западной Фракии (амфакситы, крестоны, бисалты и эдоны). Родственниками фракийцев были пеоны, жившие севернее Македонии. Македонцы подчинили себе и со временем ассимилировали пограничное пеонское племя альмопиев. Позднее македонцы завоевали пеонскую область Дисаретию (от дисаретов).
В период нашествия греков (ахейцев, ионийцев и эолийцев) на Пеласгию (Грецию) Македония находилась на пути их движения по восточному маршруту, и на ее территории могло остаться «арьергардное» эолийское население, то самое, которое составило большинство населения Фессалии, граничившей с Македонией с юга. Позднее в эпоху Великой греческой колонизации в Халкидике, под самым боком у македонцев, появились ионийские колонии, с которыми македонцы активно общались и торговали, что, видимо, и объясняет довольно сильное культурное влияние ионийцев на македонцев.
Македония послужила и дорийцам, которые использовали ее как плацдарм для нападения на Северо-западную Грецию. Дорийцы были в Македонии. Иначе македонский диалект не приобрел бы дорийские черты, которые характерны всем диалектам северо-западной диалектной группы. К тому же, Македонией с VIII века до н.э. правила династия Аргеадов (Теменидов), представители которой, как и дорийская знать, возводили свой род к Гераклу.
Борьба за признание
Македонцы в течение многих столетий находились под сильнейшим греческим влиянием – религиозным, языковым и культурным. Македонцы поклонялись тем же богам, что и все греки: Зевсу, Гере, Афине, Дионису и т.д., позволяя себе лишь отличия в тех эпитетах, которые они им давали. Сами себе и всей Греции македонцы доказывали, что они – это самые настоящие эллины. Однако греки их эллинами не считали и не допускали их ко всем своим святыням, религиозным празднествам и играм. Самым жестким был запрет на участие македонцев в Олимпийских играх, который македонцы всегда оспаривали.
Только македонский царь Александр I Филэллин (ок. 498-454 годов до н.э.) после Греко-персидских войн сумел доказать свою принадлежность к эллинам в олимпийском суде, доказав (каким-то образом), что его род Аргеады восходит к легендарному царю Аргоса – Темену, который был правнуком самого Геракла. Понятно, что Геракл был истинным эллином. Кстати, слово «аргеады» или «аргивяне» – это всего-навсего жители Аргоса. Судьи – элланодики (гор. Ἑλλανοδίκαι – буквально «судьи греков), удовлетворились аргументами македонского царя и допустили его к соревнованиям. Получается, что, признав Александра I эллином, суд признал его дорийцем. Так или иначе, после Александра I не только его потомки, но и вся македонская аристократия получила право участвовать в Олимпийских играх.
Однако македонцев не принимали в состав греческих амфиктионий, т.е. священных союзов по управлению общегреческими святилищами, хотя их и допускали для поклонения в общегреческие святилища и к главным оракулам Греции за предсказаниями. Что особенно интересно, наиболее популярным и важнейшим религиозным центром для македонцев было Додонское святилище Зевса в Эпире. Это говорит о том, что македонцы все-таки тяготели не к эолийцам Фессалии, не к ионийцам Халкидики или дорийцам Пелопоннеса. Македонцы были близки к своим западным соседям – к эпиротам, говорившим, как и они сами, на одном из северо-западных диалектов древнегреческого языка.
Македонские племена
Македонцы, как и эпироты, долго сохраняли родоплеменное устройство своего общества. В Македонии, в отличие от других областей Греции, никогда не было развитых городов-государств. Города, такие как Пелла или Эги, были либо царскими резиденциями, либо административными центрами, но не самостоятельными политическими образованиями. Одним словом, запоздалый вариант микенской Греции.
Македонские племена всегда делились на две большие группы: собственно македонцы (нижняя равнинная Македония) и верхнемакедонцы (нагорная Македония). Последние долгое время сохраняли полунезависимый статус. Нижнюю (равнинную) Македонию населяло три племени – (1) аргеады, давшие правящую династию македонских царей, (2) элимиоты или элимиеи, чья знать всегда занимала высокие посты при дворе, и (3) боттиеи. Ареалы этих племен окружали столицы Македонского царства города Эги и Пеллу и составляли опору Македонского трона. Элимиоты когда-то жили в южной части Верхней Македонии – на границе с Фессалией, но затем спустились на равнину. Аргеады и элимиоты были «чистокровными» македонцами, а вот боттиеев подозревали и подозревают в том, что они имели смешанные фракийско-македонские корни. Как бы то ни было, боттиеи вместе с аргеадами и элимиотами составили этническое ядро Македонского царства.
Верхняя (горная) Македония охватывала западные и северные горные районы страны. Известно о существовании в верхней Македонии пяти главных племен: (1) оресты (Юго-западная Македония), одно из самых воинственных племен, (2) линкесты (Северо-западная Македония), давние конкуренты аргеадов, (3) эорды (Западная Македония), (4) пелаготы (Северо-западная Македония), (5) тимфайцы (Южная Македония – граница с Эпиром и Фессалией). Все эти племена говорили на диалектах, близких к диалектам нижних македонцев, но имели своих собственных царей или династов и к V-IV вв. до н.э. были объединены под властью Аргеадов. Верхнюю Македонию окончательно интегрировал в единое государство с Нижней Македонией только Филипп II (383/382 – 336 годы до н.э.) – отец Александра Великого (356-323 годы до н.э.). В политическом отношении племена Верхней Македонии недалеко ушли от микенской Греции, в чем они также были близки эпиротам и фессалийцам. В Македонии, как и в Эпире, была сильна патриархальная монархия с сильной родовой аристократией, что вызывало нарекания и пренебрежение южан, особенно афинян, которые клеймили македонян за их примитивный монархизм «варварами».
Македонские цари
Изначально цари были верховными вождями конфедерации македонских племен подобно тагам в Фессалии. Но и позднее власть македонских царей не была абсолютной. Она сдерживалась двумя ключевыми институтами: советом знати и вооруженным народом, который и был Народным собранием Македонии. Царь был «первым среди равных» в кругу македонской аристократии. Знатные македоняне – «спутники» (гр. «ἑταῖροι» – «гетайры») царя, имели право высказывать при нем своё мнение, спорить с ним и влиять на важнейшие решения. Из аристократической молодежи Македонии формировалась элитная македонская кавалерия гетайров, которые в бою всегда были рядом со своим царем. Кстати, среди македонской аристократии убийство неугодного царя не считалось каким-то ужасным преступлением. Постоянные опасения возможного убийства своим же окружением делали македонских царей сговорчивее. Войско, состоявшее из свободных македонян, способных носить оружие, тоже могло многое. Оно утверждало нового царя, объявляло войну и вершило суд над изменниками. С этой архаической монархией македонцы прожили весь архаический и классический период истории Древней Греции.
От македонских царей потребовались огромные усилия, чтобы изменить своё положение в македонском обществе и упрочить свою власть. Масштабные реформы начал царь Архелай I (правил с 413 по 399 год до н.э.). Он провёл важнейшие внутренние реформы: построил крепости, проложил стратегические дороги, реорганизовал армию, перенёс столицу из Эги в Пеллу, которая стала крупным культурным центром, и это стало еще одним шагом в направлении эллинизация Македонии. Он приглашал к своему двору знаменитых художников и поэтов, например, Еврипида (около 480-406 года до н.э.), который жил в Македонии два последних года совей жизни.
После убийства Архелая начался период смут, междоусобиц и вторжений соседей. Казалось, Македония снова погрузилась в хаос. Кризис и упадок проявился и в том, что будущий великий царь Филипп II в юности провел несколько лет в Фивах (Беотия) будучи заложником. Но когда он занял македонский трон, он вывел страну из мрака безнадежности.
Филипп II и Александр Великий
Филипп II окончательно подчинил себе племена Верхней Македонии, ликвидировав их полунезависимое состояние. Он сломал архаичную систему народовластия и олигархии родовой знати. Он отказался от древнего македонского всенародного ополчения, создав постоянную профессиональную армию. Он ввел в арсенал македонской пехоты «сариссу» (гр. «σάρισσα») – копье длиной до 6-7 метров, которое стало главным оружием знаменитой македонской фаланги, беспримерно глубокой и неуязвимой для фронтальных атак противника. Филипп усовершенствовал конницу гетайров, превратив её в главную ударную силу своей армии. В своей внешней и внутренней политике он широко использовал дипломатию, подкуп, брачные союзы и религию (куда без нее?). Например, именно ему принадлежит знаменитый принцип «осёл, нагруженный золотом, возьмёт любую крепость». Что касается браков, то он женился на представительницах знатных родов целых 7 раз, а любовниц и любовников никто не считал.
Внутренние реформы дали очевидный внешний эффект: Филипп разбил иллирийцев и установил контроль над территорией своих западных соседей, подчинил Фракию и греческие города на северном побережье Эгейского моря. Постепенно распространил свое влияние на всю Фессалию. В 338 году до н.э. в битве при Херонее его армия наголову разгромила объединённое войско Афин и Фив. Это положило конец независимости греческих полисов и их федераций и союзов. В 337 году до н.э. он создал Коринфский союз, объединив все греческие государства (кроме Спарты) под своим верховенством. Формальной целью Союза был объявлен поход против Персии, но в реальности вся Греция оказалась во власти македонского царя.
Кончилось все довольно бесславно: в 336 году до н.э. Филипп II был убит своим телохранителем во время свадьбы дочери. После его гибели царём был объявлен 20-летний Александр, который взошел на престол как Александр III. Он тут же подавил восстание фракийцев и заново подчинил всю Грецию, разрушив мятежные Фивы, а уже в 334 году до н.э. он во главе македонской армии переправился в Малую Азию, вступив в войну с огромной Персидской империей, которую он разрушил, подчинив себе ее народы. Но что бы значил Александр Великий без своего отца Филиппа II Македонского.
Святыни македонцев
В целом, из-за отсутствия полноценных полисов в Македонии не было такой развитой сети святилищ, как в Центральной Греции и Пелопоннеса. В Македонии преобладали местные племенные и родовые (клановые) святилища, о которых мы практически ничего не знаем. Эллинизация религиозного ландшафта Македонии происходила по инициативе исключительно македонских царей, которые с помощью религии стремились укрепить свою власть и легитимизировать ее в глазах всех греков.
Главным общемакедонским религиозным центром была древняя столица Македонии и династический центр династии Аргеадов – Эги (современная Вергина в Греции). Здесь находилось место погребения македонских царей этой династии. Святилище Зевса в Эгах было главным святилищем династии. Филипп II активно поддерживал культ предков и подчёркивал свою связь с легендарными правителями. В Эгах от погиб, и в Эгах его похоронили. Кстати, его гробница найдена и изучена.
Помимо святилища Зевса в Эгах, существовало святилище Геракла, мифического предка Аргеадов, и храм Эвклеи – богини славы и хорошей репутации (была и такая). Филипп II построил в Эгах огромный дворец площадью 15 тыс. кв. м. В наше время этот дворец является самым большим из известных нам зданий классической Греции, а по своему историческому значению он сопоставим с Парфеноном. Дворец был ключевым элементом грандиозной программы строительства Филиппа II в древней столице Македонии. Кроме него, после победы при Херонее был построен «Филиппейон» – круглое культовое здание, где установили статуи «божественной» семьи Филиппа II, сделанные из золота и слоновой кости. Как видите, отец Александра Великого тоже от скромности не страдал.
Не обделили македонцы святилищами и свою новую столицу – Пеллу. Этот город стал наполняться святилищами и храмами различных богов, как только приобрел статус столицы. Здесь чтили Афину, Деметру, Диониса и Кибелу (малоазиатская богиня). Однако святилища эти богов и богинь не были общемакедонскими. Они скорее имели сугубо городское и придворное значение.
Общемакедонский религиозный центр, который приобрел и общегреческое значение, находился у подножия горы Олимп в Дионе. В конце V века до н.э. македонский царь Архелай I (я его уже упоминал) учредил здесь «Македонскую Олимпиаду», дав начало девятидневным спортивным и театральным праздничным состязаниям, посвященным Зевсу и Музам. Дионские игры были очень популярны в Македонии, и вся македонская аристократия съезжалась на них либо в качестве участников состязаний, либо в качестве зрителей. Филипп II превратил Дион в демонстрацию мощи и единства Македонии. После битвы при Херонеи по его повелению в городе воздвигли помпезную групповую статую, изображавшую самого Филиппа, Олимпиаду, Александра в компании двенадцати Олимпийских богов. Что такое современная пропаганда по сравнению с этим?
Другой очень важный для македонцев религиозный центр находился вне Македонии – на острове Самофракия в северо-восточной части Эгейского моря недалеко от Фракийского побережья. Здесь располагалось общегреческое святилище многочисленных хтонических (подземных) божеств Кабиров (гр. Κάβειροι) или «Великих Богов» (гр. Μεγάλοι Θεοί). Центральной фигурой культа Кабиров была (как ни странно) Великая Мать (тайное имя – Аксиэрос). Культ Кабиров был очень древним и плохо понятным для греков классического и эллинистического периодов. По мнению Геродота, культ имел пеласгийское происхождение. Святилищ Кабиров в Древней Греции было много, но сохранились они только в Беотии (Фивы и Амфедония) и на островах Дилос, Лемнос и конечно же на Самофракии. Между прочим, на Самофракии Кабирам поклонялись как покровителям мореплавания и спасителям на море.
В основе самофракийского культа Кабиров были мистерии – тайные религиозные обряды, сулившие покровительство этих самых «Великих Богов». Мистерии были очень популярны, причем не только среди моряков, но и среди македонской аристократии. Хотя какое отношение македонцы имели к мореплаванию, лично мне непонятно. Филипп II не обошел своим вниманием и Самофракию, тем более что именно здесь, видимо, в ходе мистерий он познакомился с Олимпиадой. Позже, около 340 года до н.э., он построил на острове монументальный круглый храм-ротонду, известный как «Толос Арсинои», который был одним из крупнейшим толосов в Греции. Это была еще одна заявка Филиппа II на высочайший статус героя и покровителя всего Греческого мира.
Экономика Македонии
Верхняя Македония, как и любая горная область Древней Греции, обладала развитым животноводством. На ее горных лугах паслись стада овец и коз, в дубравах – стада свиней. Нижняя Македония обладала обширными плодородными долинами, особенно вокруг Пеллы, где выращивали зерновые, а также виноград, оливки и инжир. Сельское хозяйство Македонии легко кормило не только народ, но и многочисленную македонскую армию, и еще хватало зерна, масла, шести и кожи на экспорт. Нижняя Македония, как и соседняя Фессалия, славилась своим коневодством. Однако если в Фессалии коневодство было развито еще в глубокой древности, в Македонии оно начало развиваться сравнительно поздно. Господствует мнение о том, что македонское коневодство происходит от фессалийского. Во всяком случае знаменитый конь Александра Великого Буцефал (гр. Βουκεφάλας– Бычьеголовый), видимо, был именно фессалийских кровей.
Однако некоторые историки полагают, что македонское коневодство имеет не фессалийские, а персидские корни. Появление персидских коней и персидских технологий коневодства в Македонии связывают с Греко-персидскими войнами (499–449 годы до н.э.). Ещё во время похода персидского полководца Мардония в 492 году до н.э. Македония, как и многие другие народы Балкан, признала верховную власть персидского «Великого царя». По всей видимости, именно тогда в Македонию попали персидские скаковые жеребцы, которые и стали родоначальниками македонских табунов, этого стратегического ресурса македонской конницы, которая спустя почти 200 лет разрушила Персидскую Империю. Когда в 480 году до н.э. гигантская армия Ксеркса двинулась через Фракию на Грецию, она прошла по территории Македонии, и она была превращена в базу или одну из баз снабжения персидской армии продовольствием и, видимо, кавалерийскими конями. Получается, что именно персы, на свою голову, создали в Македонии коневодство и кавалерию, за что позднее поплатились.
Македония славилась своими дубовыми и еловыми лесами, в которых заготавливали строевой и корабельный лес, имевший огромный спрос во всех морских полисах Древней Греции. Он был нужен для строительства торговых и военных флотов. Филипп II даже македонские леса превратил в инструмент своей внешней политики: он установил государственный контроль за вырубкой и экспортом леса. Это давало ему рычаг давления на морские державы, прежде всего Афины, которые кровно зависели от поставок леса для своего флота.
Последовательный захват Филиппом II греческих колоний на северном побережье Эгейского моря (Амфиполь, Мефона, Потидея) и установление контроля Македонии над важными гаванями региона позволяло контролировать торговые пути в Северной Эгеиде. Наконец, венцом экономических достижений Македонии при Филиппе II явился захват у фракийцев в 356 году до н.э. города Крениды. Филипп не только переименовал город в Филиппы, но, что самое главное, прибрал к рукам богатейшие золотые и серебряные рудники у горы Пангея, принадлежавшие Кренидам.
По некоторым оценкам эти рудники приносили ему более 1000 талантов серебра в год. Для сравнения: годовой доход Афинского морского союза в период расцвета составлял около 400-600 талантов. Захват рудников Пангеи дал Филиппу полную независимость от налогов, взимаемых с его поданных, и от македонской аристократии с ее интригами и своекорыстием, а также дал ему возможность чеканки высококачественных золотых «филиппиков» и серебряных монет, которые очень быстро вытеснили персидские «дарики» и афинские «совы» с рынков Северной Эгеиды, став сильным инструментом экономического влияния Македонии в регионе. Наконец, Филипп получил практически неисчерпаемый источник финансирования своей армии.
Заключение
Как видите, секрет удивительных побед Александра Великого не только в его целеустремленности и полководческом гении, но и поразительных достижениях его отца Филиппа II. Смог бы Александр разрушить Персидскую Империю, если бы начал, как и его отец Филипп II – заложником в Фивах? Смог бы он создать централизованную и преуспевающую Македонию, сильную сверхбоеспособную армию, подчинить себе всю Грецию, а затем еще и разгромить персов? Боюсь, что все это невозможно для одного человека. Феномен Александра Великого во многом объясняется феноменом Филиппа II.
Благодаря своему отцу и своему полководческому гению Александр Великий создал огромную Империю, хотя она и погибла сразу после его смерти (323 год до н.э.), разорванная на части его генералами – диадохами (последователями). Но в итоге, на социальной и религиозной основе двух древних империй возникли две эллинистические империи – Египетская империя Птолемеев (305–30 годы до н. э.) и Сирийско-вавилонско-персидская империя Селевкидов (312-64 годы до н.э.), а Греция вновь погрузилась в непрекращающуюся борьбу городов-государств и их союзов (федераций) за независимость друг от друга.