Ната страдает от непонимания, что будет с ней в будущем.
Всё ради чего её кормили, поили, одевали в красивые одежды уже на пороге маячит, а за годы хорошей жизни тело Наты раздобрело, особенно в последнее время, когда её закормили блюдами близкого зарубежья, не учитывая. что тело женщины может растягиваться, когда вынашивает ребенка, но не взрослого дяденьки, которого ненасытные исследователи пытаются впихнуть несмотря на физиологические законы.
В короткие минуты отдыха, когда политики увлекаются подсчётом пакетов, Ната уходит в сторонку и философствует.
А что будет, если я выполню своё предназначение? Я ведь стану никому не нужна. Меня выкинут на задворки истории. Возможно, мой портрет с ленточкой будет какое-то время висеть в спальне некоторых некогда влиятельных землян. Но это не долго и я этого не увижу.
Как страшно жить, понимая, что исполнение предназначения означает твой физический конец.
Тут Ната рассмеялась.
Тот взрослый дядечка ради которого её форматируют каждый день все кому не лень, похоже даже не понимает, что он попадёт в Нату только тогда, когда Наты уже не будет.
Бессмысленный путь в никуда.
Правда Нате обещали, что для неё подберут новую дичь и новый смысл жизни. Но равной той, которая есть у Наты сейчас в природе просто не существует. Она уникальна. И Ната этим даже гордилась, когда никто её дёргал по пустякам.
Стол тен Берг , как только покинул её диван, вдруг стал отходить от тех заявлений , которые нашёптывал ей томными вечерами. Какое разочарование. Этот холодный мужчина пытался разжечь костёр с маниакальным упорством, достойным другого применения, тут Ната вспомнила, что так и не реализовала свой материнский инстинкт. Просто все её мужчины играли в солдатиков и забывали про продолжение и расширение по любви. Ей просто пришивали белыми нитками новый орган и уверяли, что она восхитительна.
Ната сверкала. Искусственными бриллиантами и шла под ручку с тем, кто был готов её вывести под свет рамп.
Но пришёл Тpaмп. И рампы стали гаснуть.
Он захотел забрать кое-что своё, но это своё выполняло роль скелета и теперь Ната беспокоилась. Удаление пары рёбер ради тонкой талии это красиво, но удаление позвоночника?
Я овощ.
Овощ с огромным нереализованным потенциалом. А вдруг я заброжу и лопну? Овощи ведь гниют и портятся при неправильном хранении.
Тут на пейджер пришёл сигнал.
Ух ты, Божечки! Тpaмп решил пощекотать миру нервы. Чугунные ядра с периодом полураспада расщепить, чтобы проверить то, что лучше не проверять.
Одно хорошо. Тот, ради кого сотворили Нату намного умнее и просто так реагировать с брызгами слюны не будет.
Ната вздрогнула. На регион , где ещё проживал тот суетящийся дядечка, опустилась ночь.
Погасли фонари и только свет фар освещал тёмные силуэты советского наследия.
Зябко мне. Сейчас опять начнут выть. А мои уши уже не выносят этой тональности. Хотя мой сегодняшний, тоже холодный и тоже недалёкий
затеет опять игру в ладушки.
Ладушки-ладушки.
Где были?
У бабушки!
Что ели?
Кашку.
Но нам мало! Дайте ещё! Дайте всю кастрюлю, ваша Ната и без каши выживет!
Что пили?
Бpaжку!
Ой, а бpaжку ли? От неё так голову не кружит и мозг не выносит.
Может на закуску чего от латиноамериканцев добавили?
Ната вздохнула и пошла домой.
В последнее время Брюссель стал такой нервный. Говорит, что у него в глазах постоянно всё двоится и какие-то мухи летают, мешают жить.
Странно. Вон в Швеции на днях что-то прилетело и сбросило краску на русское посольство. Это же получается, запускать могут не только они, но и другие. Так почему бы просто не найти того, кто этих мух на волю выпускает и не морочить девушке голову и не играть с её нервами.
Не жалеют девушку.