Личная жизнь офицера в Российской Империи никогда не была его личным делом. Армейский устав регламентировал все — от возраста до социального статуса невесты. Брак превращался не в романтический союз, а в стратегическую операцию, требующую разрешения командования. Государство считало, что первым долгом офицера является служба, а не устройство личной жизни. Эта установка, закрепленная еще Петром I в Регламенте 1722 года, запрещала морякам жениться ранее 25 лет. В 1866 году планку немного снизили до 23 лет, и этот возрастной порог просуществовал вплоть до начала XX века. Любопытно, что даже достигнув этого возраста, офицер до 28 лет был обязан испрашивать письменное разрешение у начальства. Лишь перешагнув этот рубеж, он получал относительную свободу в матримониальных вопросах. Самым сложным и субъективным этапом была проверка «пристойности» брака. Решение выносили командир полка и, что важнее, командир дивизии. Они оценивали не только моральный облик, но и социальный статус избранницы.