Библия предстаёт нам как метанарратив - большое повествование о Боге и Творении. Это повествование говорит о начале всех вещей и рисует нам грядущий исход всех явлений и процессов.
Библейский метанарратив строится вокруг созвездия историй, где люди взаимодействуют с Богом и друг с другом. В этом взаимодействии люди обретают опыт Бога. Но, свою роль в сюжетах этих историй играют и другие персонажи: животные, деревья и духи (добрые и злые). Солнце, луна и звезды тоже играют свою роль в динамике библейских сюжетов.
Какую роль играет библейский метанарратив? Он рожден в жажде исцеления, распознаваемой в опыте "священного". Он призван исцелить человека, вовлекая его в созвездие историй о великих деяниях Бога. Опыт Бога, хранимый и воспризводимый Библией - исцеляющий опыт.
Мы переживаем исцеляющее действие библейского метанарратива во взаимодействии с персонажами его историй. Пространство нашей жизни становится сценой и древняя история превращается в актуальную драму. На этой сцене рядом с нами - разные персонажи. Сильные и слабые, темные и светлые. Персонажи разного происхождения и значимости.
Есть персонажи, без которых исцеляющая драма теряет свой смысл. Без которых метанарратив рушится, словно карточный домик. А есть персонажи, которые неразрывно связаны с контекстом появления библейских историй. Персонажи, что играют роль сюжетной "подпорки", обусловленной взглядами эпохи. Персонажи, "выпадение" которых влияет на сюжет конкретной истории, но не лишает ее идею смысла и ценности.
Например, уберите из библейского метанарратива Бога и рассыпется весь метанарратив. Уберите диавола, сатану, темных духов - пострадают лишь отдельные сюжеты.
Если говорить о них на языке онтологии, то реальность подобных персонажей - это реальность нарратива, не более.
Можно ли обойтись без подобных персонажей? Мы не можем вычеркнуть их из текста - текст нам дарован. Но, мы можем говорить о Боге без них - возможен дискурс и нарратив, свободные от сюжетных "подпорок" такого рода. К примеру представления о Deus absconditus (Боге сокрытом) и Deus revelatus (Боге явленном) позволяют говорить об отношениях Бога и Творения не используя образы демонических сущностей.
В конце-концов, метафорические "подпорки", помогающие рассуждать об источнике зла в нашем опыте, нужны только нам, а не Богу. Да и то, исключительно, если мы одержимы потребностью теодицеи. Но, нужно ли Богу наше "оправдание" Его воли и деяний?