Мама предложила нам с дочкой разместиться в гостинице, потому что ее новый мужчина запретил останавливаться у них

Звонок раздался за сутки до нашего запланированного визита. Я уже раскладывала вещи по чемодану.

— Милая, я хотела обсудить один момент… Может, вам будет удобнее в гостинице? — предложила мама. — Аркадий крайне чувствителен к шуму, а с маленьким ребёнком невозможно сохранять идеальную тишину.

— Что?.. Но это была твоя идея, — я невольно присела.

— Знаю, родная, но я не учла его реакцию. Мне казалось, он проявит понимание. Ты должна осознавать, моя жизнь теперь устроена иначе. Я будто зажата с двух сторон.

— Мама… А мы для тебя что-то значим?

В трубке воцарилась немая пауза.

— Ясно. Не беспокойся, — закончила я разговор.

Первое горькое разочарование пришло ко мне в шесть. Спустя неделю после моего дня рождения папа исчез. Позже, от тёти, я узнала, что он обосновался у другой. Мама тогда пропала на целые сутки, оставив меня у соседки.

— Твоя мать тогда всюду искала его, — вспоминала тётя, качая головой. — Устраивала сцены на пороге у той особы, рыдала, молила его вернуться. Жуткое зрелище.

Маминым слабым местом была ненасытная жажда восхищения от сильного пола. Страх остаться одной был её главным кошмаром, поэтому в нашем доме постоянно появлялись новые кавалеры. Одни задерживались на несколько дней, другие — на сезон.

Каждый новый мужчина был для неё возможностью начать всё заново. А для меня — причиной уйти в свою скорлупу. Я не находила с ними общего языка. Кто-то был безразличен, другие — откровенно неприятны. Меня раздражало, как мать растворялась в них, теряя собственное достоинство.

Когда один из них начал отпускать комплименты и прикасаться ко мне, я собрала рюкзак и ушла к тёте. Мама тогда была на седьмом небе от счастья, уверяя, что встретила свою судьбу. Она смотрела на него с обожанием, и я поняла, что в этой истории я лишняя.

Замуж я вышла почти в тридцать. И то, лишь потому что Денис, мой будущий муж, проявил удивительное терпение, ухаживая за мной три года. Ещё два мы прожили вместе, и только потом я согласилась на брак.

Мама, к слову, на торжество не приехала. Была занята новым мужчиной. Больше я её никуда не звала. Ни на выписку, ни на первый день рождения дочери. Она, конечно, знала о рождении внучки, но ограничивалась редкими сообщениями.

Когда Кате исполнилось пять, у матери внезапно проснулся интерес.

— Софочка, мне так не хватает вас! Может, сами навестите меня? Встречу как дорогих гостей! — заверяла она. — У меня и места много, и угощения. Комнаты свободные, даже выбрать сможете!

Во мне шевельнулся робкий огонёк. Может, теперь всё иначе? Она не справилась с ролью матери, но ведь стала бабушкой. А бабушки обычно души не чают во внуках, правда?

Мы начали готовиться. Не просто упаковали сумки, а взяли отпуск, купили билеты на поезд. Катя радовалась, учила для бабушки стихотворение, рисовала картинки. И вот, накануне отъезда, звонок. Нас не ждут.

Катя, увидев, как я разбираю вещи, подошла ближе.

— Мама, а мы не едем к бабушке?

— Нет, родная.

— А почему?

Я замерла. Сказать правду или найти удобную ложь?

— Там… для нас не нашлось комнаты, — ответила я как можно мягче.

Дочь больше не спрашивала, приняв мои слова как данность.

Вечером мы втроём сооружали крепость из стульев и пледов по настоянию Кати. Она смеялась, рассаживала кукол и звала нас в своё «королевство».

— Здесь хватит места всем! — радостно объявила она, натягивая покрывало повыше.

Я смотрела на её счастливое лицо и давала себе обещание. У моей девочки всегда будет дом, в котором ей рады. Место, где она не будет чувствовать себя лишней. Где она навсегда останется желанной и любимой.