Прокурор Дигорского района Северной Осетии утвердил обвинительное заключение по уголовному делу в отношении 40-летнего жителя села Дур-Дур. Мужчина обвиняется в незаконном изготовлении и хранении наркотического средства в крупном размере (ч. 2 ст. 228 УК РФ). Препарат он хранил в сарайном помещении своего домовладения для личного употребления, без цели сбыта. После вручения копии обвинительного заключения уголовное дело направлено в Дигорский межрайонный суд для рассмотрения по существу. Максимальное наказание по указанной статье — лишение свободы сроком до 10 лет. Комментарий редакции: Статья 228 — одна из самых «жёстких» в Уголовном кодексе, и судьбы людей под ней ломаются не реже, чем судьбы тех, кто действительно торгует наркотиками. Ситуация в Дур-Дуре — ещё один пример: 13 граммов масла — по закону «крупный размер», по человеческим меркам — ничтожное количество, но уголовная ответственность при этом максимальная. Это не оправдание обвиняемого — закон есть закон. Но каждый раз воз
Прокурор Дигорского района Северной Осетии утвердил обвинительное заключение по уголовному делу в отношении 40-летнего жителя села Дур-Дур. Мужчина обвиняется в незаконном изготовлении и хранении наркотического средства в крупном размере (ч. 2 ст. 228 УК РФ).
По версии следствия, в сентябре 2024 года обвиняемый изготовил наркотическое средство — масло каннабиса (гашишное масло) массой 13,03 грамма.
Препарат он хранил в сарайном помещении своего домовладения для личного употребления, без цели сбыта. После вручения копии обвинительного заключения уголовное дело направлено в Дигорский межрайонный суд для рассмотрения по существу. Максимальное наказание по указанной статье — лишение свободы сроком до 10 лет. Комментарий редакции:
Статья 228 — одна из самых «жёстких» в Уголовном кодексе, и судьбы людей под ней ломаются не реже, чем судьбы тех, кто действительно торгует наркотиками. Ситуация в Дур-Дуре — ещё один пример: 13 граммов масла — по закону «крупный размер», по человеческим меркам — ничтожное количество, но уголовная ответственность при этом максимальная. Это не оправдание обвиняемого — закон есть закон. Но каждый раз возникает вопрос: насколько адекватно уголовная система различает потребителя, изготовителя «для себя» и настоящего торговца? И будет ли суд разбираться в контексте, а не только в граммах? Ответы на эти вопросы важны куда больше, чем сухое упоминание «до 10 лет».