Судя по предыдущим публикациям на данную тему, мы видели, что образование периода «просвещённого» абсолютизма представляло из себя кашу, состоявшую из религиозно-мистических, космополитических и культурологических знаний. Подобные знания не приносят никакой пользы людям, призванным управлять государством.
В силу того, что в те времена другое образование отсутствовало, и учитывая нелучшие черты характера нового императора Александра Второго, приходим к выводу, что и этот Романов не был подготовлен к управлению Российской империей.
Этот венценосец был изрядно ветрен и неспособен глубоко вникать в суть того или иного вопроса. Следовательно, он не мог иметь свою выверенную точку зрения, а мыслил лишь поверхностно. К тому же он не имел твёрдой воли своего отца Николая Первого Она всегда была поверхностной, поэтому не мог довести начатое дело до конца.
Как человек увлекающийся, он всегда действовал спонтанно и часто поддавался паническим настроениям. Эти черты характера и неподготовленность к управлению государством, делали его легкоуправляемым для совершенно различных группировок, которые тогда свили себе гнёзда при дворе. Судьбе было угодно, чтобы вот такой человек встал во главе Российской империи, в самый ответственный для неё период времени.
Александр Второй был весьма удручён смертью Николая I. Это горе свалилось на него, как снег на голову. Поэтому он был растерян, подавлен и напуган. Отсутствие волевых черт своего отца, привело к тому, что он оказался неспособным противостоять предложениям своего
масона-канцлера графа Нессельроде, и его своры, стоящей за заключение мира с коалицией в Крымской войне. Даже Александр I не пошёл на заключение мира, когда Наполеон овладел Москвой. Здесь же войска союзников владели только частью Крымского полуострова. До жизненно важных регионов страны им было ещё невообразимо далеко. Следовательно, войну можно было продолжать и продолжать.
Современник Нессельроде, Федор Иванович Тютчев, в 1850 году посвятил ему очень жесткие строки:
Нет, карлик мой! трус беспримерный!
Ты, как ни жмися, как ни трусь,
Своей душою маловерной
Не соблазнишь Святую Русь...
Спустя четыре года, в разгар Крымской войны, историк и публицист славянофильского направления Михаил Петрович Погодин в своей записке на имя государя Николая Павловича сожалел, что российская дипломатия "приносила в жертву все свои самые дорогие, кровные интересы, отказываясь от священнейших чувствований. Все для европейского порядка, который был, кажется, высшею, единственною ея целию...".
Кстати, у современной России был свой Нессельроде – Андрей Козырев. В начале 1990-х он, будучи главой МИД России, на встрече с бывшим президентом США Ричардом Никсоном заявил, что «у России нет национальных интересов, а есть только общечеловеческие интересы». В ответ Никсон только покачал головой. Президент России Владимир Путин, участвовавший в том заседании, на это сказал: «Это говорит о том, что у Никсона есть голова. А у господина Козырева, к сожалению, отсутствует. Коробка есть черепная только. Но головы как таковой нет»…
В марте 1856 года в Париже был заключён мир, который явился расплатой за укрепление самодержавного абсолютизма и реализацию политики Священного Союза. Россия лишалась права иметь флот на Чёрном море, уступала Южную Бессарабию Румынии и возвращала Турции все свои завоевания на Кавказе.
Поражение в Крымской войне со всей очевидностью показало, что европейские страны использовали Священный Союз в интересах ослабления России и усиления своих собственных стран. Казалось, Александр II должен был немедленно пересмотреть внешнюю политику России, решительно отказаться от идеологии Священного Союза, сделать внешнюю политику страны более активной и наступательной.
Определились и главные противники России на данном этапе. Ими стали Австро-Венгрия и Румыния, против которых следовало направить основные усилия своей дипломатии и сосредоточить главные си-лы своей армии, чтобы можно было, используя выгодно складывающуюся международную обстановку, нанести поражение и той, и другой. Что касается международной обстановки, то она действительно складывалась в пользу России. Это, прежде всего, касается Италии. В это время там развёртывалось национально-освободительное движение, которое выступало против габсбургской монархии.
Как показали события 1859 года, восставших поддержала Франция. Так что Австро-Венгрия оказалась почти в кольце враждебных государств. Это был единственный в своём роде момент, когда Россия могла достаточно легко поставить Австро-Венгрию на колени и подчинить себе Румынию.
Однако Александр II этим удобным моментом не воспользовался. И не только потому, что при дворе не было институтов, которые бы скрупулёзно изучали международную обстановку и своевременно учитывали её развитие во внешнеполитических отношениях, сколько потому, что Александр II не пожелал отказаться от идеологии Священного Союза.
Главной причиной здесь явилось нежелание помочь итальянским «карбонариям». Химеры Священного Союза вновь возобладали над национально-государственными интересами страны. Но было бы преждевременно думать, что мы сейчас избавились от разного рода химер.
Очередным примером такого рода является химера о том, что Россия европейская страна и она должна быть в составе Европы. На самом деле Россия — это Россия, а Европа — это Европа. Сотрудничать нужно, но взаимовыгодно. Объединение же возможно только на путях разрушения России, чему примером является гибель Российской империи и распад СССР. И если эти примеры не являются убедительными, значит, эта новая химера действует не менее эффективно, чем химера Священного Союза в образе нынешнего ЕС.
Таким образом,…
...
Вы читали ознакомительный фрагмент статьи. Продолжить чтение можно на нашем сайте, перейдя по ссылке: https://www.razumei.ru/blog/Sinizyn79_/14787/nashu-istoriyu-pytayutsya-sdelat-sluzhankoi-zapada-reformy-aleksandra-ii-i-aleksandra-iii
Подпишитесь на наш канал 'Мировоззрение Русской цивилизации' в Телеграм