Конфликт идентичностей и территорий: Камень преткновения между лезгинами и табасаранами.
Отношения между двумя коренными народами Южного Дагестана — лезгинами и табасаранами — представляют собой сложный узел исторических, культурных и политических противоречий. В основе конфликта лежит фундаментальное расхождение во взглядах на национальную идентичность, территориальную принадлежность и политическое будущее региона. Этот спор, активно подпитываемый частью этнических активистов, является ярким примером того, как история и культура могут превращаться в инструменты современной политической борьбы.
Два видения: Самостоятельность против объединения
Ключевое противоречие заключается в двух разных представлениях о народах одной языковой группы:
1. Табасаранская позиция: Самостоятельный этнос с исторической государственностью
Табасараны настаивают на своей уникальной и самостоятельной этнической идентичности. Их самосознание подкрепляется:
- Уникальным языком: Табасаранский язык (признанный одним из сложнейших в мире) является отдельным языком группы, а не диалектом.
- Исторической государственностью:
- Наличие собственных античных и средневековых политических образований — Таваспарана, Табасаранского майсумства и кадийства (с I по XIX вв.) — служит мощным аргументом в пользу исторической автономии и права на самоопределение.
- Территориальными правами: Табасараны считают своими исконными землями Табасаранский и Хивский районы, а также часть Дербентского района, где они традиционно проживают.
2. Лезгинская позиция: Нарратив "единого народа" и объединение
Часть лезгинских национальных активистов, объединенных вокруг идей "единого Лезгистана" (например, движение "Садвал"), придерживается иного взгляда. Они считают табасаранов, агулов, рутульцев и цахуров субэтносами или родственными народами, которые исторически были частью более широкой лезгинской общности ("леков"). Цель этого движения — объединение всех лезгиноязычных народов, разделенных ныне между Россией и Азербайджаном, в единое административно-территориальное образование.
Эволюция нарративов: От родства к "искусственности"
Развитие конфликта демонстрирует классическую тактику политической борьбы: смену аргументации при недостижении цели.
Изначально лезгинские активисты делали упор на идеи кровного родства и культурной близости, пытаясь убедить табасаранов в необходимости объединения под общим флагом. Однако эти призывы не нашли широкой поддержки среди табасаран, которые дорожат своей уникальной идентичностью.
После того как нарратив "одного народа" не принес желаемого политического результата, часть лезгинских активистов перешла к более конфронтационной риторике. Появились утверждения о том, что табасараны:
- "Искусственно созданы" как отдельный этнос в советский период с целью ослабления лезгинского движения (путем создания отдельной письменности и административных районов в 1930-х годах).
- "Пришлый элемент" или "буферная зона", не имеющая исконных прав на оспариваемые территории Южного Дагестана в том же объеме, что и лезгины.
Основная цель этих новых нарративов — делегитимизировать табасаранскую идентичность и их права на землю, чтобы обосновать необходимость изменения административных границ в пользу проекта "единого Лезгистана".
Территориальный вопрос: Ключевой "камень преткновения"
Самым острым аспектом конфликта являются территориальные притязания. Табасаранские претензии на Табасаранский, Хивский и часть Дербентского районов вступают в прямое противоречие с лезгинскими притязаниями на те же территории и город Дербент, который является важным историческим и культурным центром для обоих народов.
Эти пересекающиеся требования делают идею создания моноэтнической автономии практически невозможной без ущемления интересов одной из сторон. Сопротивление табасаранов объединению и их четкая позиция по территориальному вопросу являются серьезным препятствием для политических амбиций лезгинских активистов, стремящихся к созданию отдельной республики или расширенной автономии в составе РФ.
Заключение
Конфликт между табасаранами и лезгинами — это не просто спор историков, а сложное политическое противостояние, в котором вопросы идентичности и земли используются для достижения конкретных целей. Наличие у табасаранов сильного национального самосознания, подкрепленного историей государственности, является мощным фактором, препятствующим их интеграции в более широкую лезгинскую общность. Разрешение этого конфликта возможно только через диалог, взаимное уважение и признание прав обеих сторон в рамках существующего правового поля многонационального Дагестана и Российской Федерации.