Меня зовут Томас, мне два года, и я уже телеведущая знаменитость. Ну хорошо, ведущим я не был, но на федеральном канале появлялся. Для моего возраста это почти то же самое. Обычно моя работа — разливать воду по полу, катать машинку и старательно расти. Но однажды папа объявил, что мы едем в Москву сниматься на телевидении. Мама пояснила, что меня покажут в телевизоре, то есть там, где обычно показывают мультики. Я так понял, что мультики отменят и вместо них покажут меня. Эту новость я посчитал справедливой.
Но начну с начала: мой папа очень любит необычные экспедиции, он тоже, как на телевидении, снимает про них кино. Несколько раз он бывал на плато Маньпупунёр. Это одно из семи чудес России и находится в Республике Коми, где живу я. Там стоят камни-великаны,
один из них зовется Шаман. Если его потрогать и загадать желание — оно сбывается. Папа каждый раз загадывал желания — и они, как по заказу, приходили.
И да, меня он тоже загадал. Я — желание с ножками. Впрочем, иногда, когда я разливаю суп на его штаны, он смотрит так, будто загадывал что-то немного другое. Но поздно, я уже сбылся.
Вот поэтому папу пригласили на федеральный канал рассказывать о чудесах России. А меня и маму взяли за компанию. Наверное, чтобы было мило и семейно. Или чтобы папа не сбежал.
Комнатка ожидания: бананы, персики и недоступные сокровища
Начала эфира мы ждали в комнате с диваном, зеркалом и чаем. Там же были были фрукты, и главное — яркие шуршащие обёртки. Вот эти, где внутри что-то вкусное, хрустящее и, по словам родителей, «пока вредное». Они сразу их отодвинули подальше, как будто я не понимаю. Но нет, я хоть и двухлетний, но всё видел и всё знаю. На самом деле я давно нашел способ добывать эти самые конфеты - нужно просто попросить их у детей, ростом выше чем я. С детьми у нас особое взаимопонимание - ни разу они не сказали, что конфеты вредные, а всегда соглашались — они вкусные. Поэтому другие дети мне никогда не отказывают, и всегда помогают достать конфеты. Но в этот раз не повезло — никаких детей на телевидении я не встретил.
Но ничего, бананы и персики — это тоже хорошо.
В гости к Хрюше и его друзьям
Изучать закулисье вне нашей комнатки - тоже было интересно - коридоры, какая-то техника, взрослые, которые смотрят на меня и улыбаются так, будто я сделал что-то особенно гениальное. А я просто ходил, бегал и все на своем пути трогал. Иногда сидел или ползал.
До эфира нас водили в яркую красивую студию. Там снимают программу «Спокойной ночи, малыши». Родители сразу узнали всех персонажей, показывали: «Томас, это Хрюша, а это Каркуша». Я их, честно говоря, не знал, но выглядели они дружелюбно, да и студия была цветной и яркой, поэтому одобрил.
Визажисты и пудра
Потом к папе пришла тётя-визажист, усадила перед зеркалом и начала пудрить ему лицо. Он терпел, как герой. Я стоял рядом и думал: у него что, грязь? Но папу сделали ровным и матовым, как новый мячик.
Потом маму увели в отдельную комнату. Я сразу отправился следом — проверять, не обижают ли. И тут увидел, что и маме тоже пудрят лицо и гладят волосы. Честно, я не понял зачем. Мама и без того самая красивая. Но после пудры стала ещё красивее, я это признал.
Сцена, свет и хлопающие люди
Потом мы ждали за сценой и слышали, как ведущие приглашают нас на сцену. Мы вышли и тут началось — зрители начали хлопать так, будто мы давно знакомы и они соскучились.
Мы с родителями сели на диван и сначала я с любопытством изучал все вокруг: в студии было много света, камеры ездили как поезда по рельсам, зрители громко хлопали и гудели. Честно, к тому времени я сильно устал, очень старался не уснуть и гораздо сильнее, чем сидеть на диване, я хотел бегать! Ведущий (родная душа!) меня отлично понял, и в короткий перерыв я с мамой ушел. Папу мы оставили там, пусть работает. В своей комнатке я снова нашёл бананы. Отличная награда за труд.
Итог
Я, двухлетний Томас, понял, что федеральный канал — это место, где тебе рады и любят, дают фрукты, прячут сладкое, пудрят родителей и хлопают, даже если ты просто стоишь с машинкой.
А на плато Маньпупунёр я ещё поеду. Когда подрасту. Потрогаю камень по имени Шаман и загадаю своё желание. Например, чтобы шуршащие обёртки больше никогда не прятали.