Найти в Дзене
Записки актёра

Раньше мы их презирали, а теперь гордимся: в чём феномен новых русских сериалов?

Здравствуйте, дорогие читатели. Честно говоря, ещё лет пять назад, если бы мне кто-то сказал, что наши сериалы будут скупать на Netflix, я бы, наверное, просто рассмеялся. Мы же и сами к ним относились с опаской: то актёры играют как на школьном утреннике, то сюжет разваливается на второй серии, то картинка такая, будто снимали на старый телефон. А сегодня — пожалуйста. Netflix закупает наши проекты, а западные зрители их смотрят. И не просто смотрят, а обсуждают, хвалят и даже советуют друзьям. Как так вышло? И что они там, за бугром, увидели в наших историях? Давайте разберёмся. Мне кажется, именно с «Эпидемии» всё и началось. Именно этот сериал открыл для наших проектов дверь на Запад. Павел Костомаров снял историю не просто про вирус и выживание. Он снял историю про семью. Про обычных, неидеальных людей, которые пытаются не поубивать друг друга, пока вокруг рушится мир. И западный зритель вдруг увидел не клюкву про медведей и водку, а что-то очень человеческое. В комментариях писал
Оглавление

Здравствуйте, дорогие читатели.

Честно говоря, ещё лет пять назад, если бы мне кто-то сказал, что наши сериалы будут скупать на Netflix, я бы, наверное, просто рассмеялся. Мы же и сами к ним относились с опаской: то актёры играют как на школьном утреннике, то сюжет разваливается на второй серии, то картинка такая, будто снимали на старый телефон.

А сегодня — пожалуйста. Netflix закупает наши проекты, а западные зрители их смотрят. И не просто смотрят, а обсуждают, хвалят и даже советуют друзьям.

Как так вышло? И что они там, за бугром, увидели в наших историях? Давайте разберёмся.

«Эпидемия» (2019) — сериал, который пробил стену

Мне кажется, именно с «Эпидемии» всё и началось. Именно этот сериал открыл для наших проектов дверь на Запад. Павел Костомаров снял историю не просто про вирус и выживание. Он снял историю про семью. Про обычных, неидеальных людей, которые пытаются не поубивать друг друга, пока вокруг рушится мир.

И западный зритель вдруг увидел не клюкву про медведей и водку, а что-то очень человеческое. В комментариях писали, что их поразила эта наша русская хмурость, эти холодные, бесконечные пейзажи и какая-то отчаянная, звериная нежность, которая пробивается сквозь весь этот мрак. А мы-то думали, что это только нам понятно.

«Спарта» (2015) — мрачный киберпанк по-русски

А вот этот проект Егора Баранова — это что-то совсем странное, тягучее, атмосферное. История про школьников, которые втянулись в какую-то виртуальную игру. Это не попытка скопировать Голливуд. Это что-то своё, наше, с этим щемящим ощущением безысходности.

Артём Ткаченко и ещё совсем молодой Александр Петров создали такой дуэт, что от экрана невозможно оторваться. Неудивительно, Lчто на Западе сериал зашёл у любителей всякого нуара и артхауса.

«Фарца» (2015) — ностальгия по СССР

Это редкий случай, когда сериал про Советский Союз получился не пафосным и не грязным, а каким-то... лёгким. История про четырёх друзей, которые в 60-е пытаются как-то выжить и заработать. Фарцовщики, стиляги, поэты... И всё это — без карикатур, без осуждения. Просто портрет времени. Сериал о том, как менялась страна, и как люди пытались за ней угнаться.

«Троцкий» (2017) — когда биография сделана как голливудский блокбастер

Да, у нас этот сериал много ругали. За идеологию, за вольное обращение с фактами. Но давайте будем честны: Хабенский в роли Троцкого — это мощь. Он создал такой сложный, противоречивый, почти демонический образ, что его невозможно забыть.

-2

И западный зритель, который привык к качественным биографическим драмам, оценил именно это. Яркого героя, сильную картинку, крутую драматургию. Это не учебник истории. Это кино. И как кино — оно сделано блестяще.

«Метод» (2015) — наш ответ «Декстеру», только мрачнее

Юрий Быков снял историю, от которой реально становится не по себе. Его следователь Родион Меглин (опять Хабенский, куда же без него) — это один из самых жутких и притягательных персонажей в нашем кино. Страшный, больной, раненый, но с какой-то своей, извращённой правдой. А Паулина Андреева в роли его ученицы — как лучик света в этом тёмном царстве.

На Западе обожают такие парочки: маньяк и ученица, хищник и жертва. И, судя по отзывам, эта формула сработала на ура.

«Мажор» (2014) — сериал, который смотрят «взапой»

История про богатенького мальчика, которого папа отправил на перевоспитание в полицию, казалась до банального простой. Но именно эта простота и какая-то подкупающая честность героев и зацепила зрителей Netflix.

-3

Ну и, конечно, бешеная энергетика Павла Прилучного. Он не играет. Он живёт в этой роли. Наглый, упрямый, но в нужный момент — такой настоящий, что ему веришь.

Так почему же наши сериалы вдруг стали популярны?

Да потому что они стали лучше. Честнее. Пропала эта картонность, эта «казёнщина». Появились живые люди, настоящие эмоции, хорошая картинка. Наши режиссёры перестали бояться экспериментов. Кто-то снимает нуар, кто-то — постапокалипсис, кто-то — бытовую драму. И всё это наконец-то выглядит современно.

И самое главное — мы научились рассказывать истории, в которых есть правда. А правда — она универсальна. Её понимают и в России, и в Америке, и где угодно.

А какие российские сериалы нравятся вам?

И как вы думаете, могут ли наши сериалы на равных конкурировать с западными?

Удачи вам и до встречи.
С уважением, Дмитрий.

Если вам понравилось, прочтите также мою прошлую статью: