Под Новый год случаются чудеса. Их все ждут и в них все верят. Хоть в этом и не многие сознаются, но каждый из нас хотя бы раз в жизни мечтал, чтобы с ним произошло настоящее чудо. Но вот беда – чудес на всех не хватает. Да оно и понятно. Если бы каждый день со всеми из нас происходило какое-нибудь магическое событие, то этой манящей магии бы просто не стало. Она бы обесценилась – и волшебство пропало.
В том декабре чёрное выпало Геннадию. На календаре было тридцатое декабря. Он сидел в своей скромной квартире и ощущал, как его поглощает пустота. Первый брак, казавшийся когда-то прочным и долговечным, рассыпался как карточный домик, оставив после себя лишь горький привкус разочарования и тишину, которую ничто не могло заглушить. И вот в последние дни уходящего года, когда предпраздничная суета полностью охватила город, он, с некоторой долей отчаяния, решил прибегнуть к помощи сайта знакомств. Его цель была довольно проста – найти спутницу, с кем можно было бы разделить хотя бы новогоднюю ночь, а если повезёт, то и зажечь искру всей оставшейся жизни.
Однако, как это часто бывает, реальность оказалась куда прозаичнее: сообщения либо оставались без ответов, либо календари потенциальных избранниц пестрели уже давно намеченными планами. И вот тогда, сидя у чугунной батареи, которая притягивала своим уютным теплом, Гена придумал хитрый план. Он решил воссоздать атмосферу, которая бы пленила, притягивала и заставляла забыть о рутине, окутывая миром романтики. Этой декорацией нового начала стал загородный дом, в который он намеревался заманить какую-нибудь одинокую, как и он, женщину.
Именно в этот момент, когда надежда почти угасла, пришло сообщение от Ольги. Она была воплощением спонтанности, человеком, чьи глаза горели живым огнём, и чья жизнь, подобно Гениной, недавно прошла через болезненное расставание. Её собственный Новый год тоже грозил пройти в одиночестве, в тишине, нарушаемой лишь вибрацией телефона и тиканьем часов. Отзывчивость на предложение мужчины с сайта знакомств, её готовность окунуться в неизвестность, говорила о силе духа и желании не сдаваться перед лицом перемен. Она, как и Гена, искала не просто компанию, а возможность снова почувствовать, что мир полон сюрпризов, и что даже в самое холодное время года может зародиться тёплое чувство.
И вот, тридцать первого декабря, в самый разгар предновогодней кутерьмы, Гена, в своей верной, хоть и видавшей виды, Ладе, забрал Ольгу, и они вдвоём отправились навстречу наступающему новому году. Путь предстоял неблизкий. В машине, под мерное урчание старенького двигателя и новогоднюю музыку, они открывались друг другу. Разговоры текли легко, переплетаясь с рассказами о прошлом и мечтах о будущем. В глазах Гены мелькали искорки восхищения, когда он слушал Ольгу, и, кажется, симпатия была взаимной – в её ответах, в том, как она улыбалась ему, читалось явное притяжение.
Прибыли к вечеру. Узкая заснеженная дорога, еле различимая под плотным одеялом снега, казалось, вела в другой мир. И вот, перед Ольгой предстал дом. Но не тот, который она себе представляла. Старая покосившаяся халупа, навеки застывшая во времени, когда-то принадлежала Гениным родителям. Деревня, где этот дом стоял, уже давно опустела, последний житель покинул её в прошлом году, оставив лишь призрачные воспоминания.
Ольга, облачённая в элегантное лёгкое платье и тонкие чулки, словно сошедшая с обложки модного журнала, обомлела. Холодный воздух, пропитанный запахом сырости и старого дерева, мгновенно сковал её. От лютого мороза, проникающего сквозь тонкую ткань, кожа покрылась мурашками, а зубы застучали. «Гена, здесь как в холодильнике! Ты обещал романтику, а не полярную экспедицию!» – попыталась она пошутить, но голос предательски дрожал. Дом встретил их ледяным дыханием, словно жалуясь на свою заброшенность. До нового года оставалось четыре часа.
«Ничего! Сейчас всё исправлю!» – пообещал Гена и тут же принялся за дело. Натаскал дров и ловко забросил их в старую печку. Щёлкнул зажигалкой – и тепло пошло. Каждый треск полена, каждая искорка, вылетавшая из топки, казались Ольге приближением чуда, которого ей так хотелось, и на которое она так надеялась, отправляясь с первым встречным в новогоднее путешествие.
Однако в суете Гена упустил важную деталь – забыл открыть заслонку. И в комнату повалил густой дым. Едкие клубы мгновенно заполнили все уголки, заставляя глаза слезиться. Ольга кашляла и чихала, а Гена носился вокруг неё с полотенцем, пытаясь хоть как-то спасти ситуацию. «Ну, по крайней мере, теперь тепло», – съязвила она, когда обстановка вокруг снова стала пригодной для жизни.
Но тут же, словно злой рок, неумолимо преследующий Гену в этот вечер, всплыла новая, куда более существенная проблема. Оказалось, что он забыл дома пакеты с продуктами. Это было как удар под дых. Бутылка шампанского, одиноко лежащая в багажнике, казалась насмешкой судьбы. Близлежащие магазины, разумеется, давно были закрыты. В глазах Гены на мгновение промелькнул страх – страх испорченного праздника, страх разочарования Ольги. Страх тотального невезения и ощущение безвыходности положения. В этот момент он почувствовал себя школьником, который оставил дома дневник.
«Ничего, что-нибудь найдём!» – бодро сказал Гена, но внутри запаниковал. Пока Ольга, своими природными способностями, старалась создать хоть какое-то подобие уюта в этом богом забытом месте, наводя порядок и расставляя найденную в доме посуду, Гена отправился на разведку. Он буквально прочесал соседние, давно заброшенные дома, и, к своему удивлению, обнаружил ценные запасы: две банки консервов, пачку печенья и банку солёных огурцов. В принципе, новогодний стол был готов. Не сказать чтобы Ольга была довольна, но всё-таки настроение её значительно улучшилось. Или она просто расслабилась, смирившись с тем, что умудрилась вляпаться в эту скверную историю.
Итак, наступил новый год. Ольга, признаться, не испытывала бурного восторга, но чувство неловкости и разочарования рассеялось, уступив место чему-то другому, более тёплому. Гена, видя это, удвоил свои усилия. Он фонтанировал рассказами, которые, возможно, и не имели особого смысла – «чепуха», «несусветная чушь» – но несли искреннее стремление расположить к себе Ольгу, показать ей свою лучшую сторону. Его слова, как тёплый плед, окутывали её, стараясь развеять остатки холода и сомнений.
Они сидели вдвоём возле печки, пили шампанское и ели печенье, стрелки часов словно замерли. Разговоры текли легко, переплетаясь с шутками и искренним смехом, который эхом разносился по пустым комнатам старого дома. Время от времени они умолкали, чтобы просто посмотреть в окно, на медленно падающие снежинки, на очертания заснеженных деревьев, на далёкие звёздные огоньки, обещающие наступление лучшего периода жизни.
В какой-то момент, в порыве доверия и близости, Ольга прижалась к Гене, положив голову ему на плечо. Это было естественное, тёплое движение, полное умиротворения. И в этот миг, несмотря на окружающую их разруху, холод и глухую деревню, она почувствовала себя самой счастливой женщиной на всём белом свете. Все проблемы, все прошлые обиды, казалось, растворились в этой тихой, но такой значимой близости.
Солнце всходило над горизонтом, окрашивая небо в нежные розовые оттенки, предвещая ясный холодный день. Пара, не смыкавшая глаз всю ночь, начала собираться домой. Гена отправился прогревать автомобиль, предвкушая спокойную дорогу. Но тут его ждал новый удар судьбы: машина, как назло, отказалась заводиться. Видимо, мороз тоже решил сыграть злую шутку, разрядив за ночь старенький аккумулятор. «Придётся идти до станции электрички. Минут сорок пешком», – тяжело вздохнул Гена и развёл руками, чувствуя, как симпатия к нему стремительно тает.
Для Ольги это стало пределом. Её терпение, которое она так старательно сохраняла всё это время, иссякло. Одетая в роскошную шубу до пола и элегантные сапоги на каблуках, она оказалась в совершенно дурацкой ситуации. Каждый шаг по глубоким сугробам превращался для неё в настоящее испытание. Злость нарастала, но сил на скандал не осталось. Она шла молча, а Гена, чувствуя её гнев, но не зная, как его унять, лишь неуверенно бурчал оправдания, словно пытаясь убедить в первую очередь себя, что случившееся – лишь досадное недоразумение.
В электричке они сели в разные вагоны. Ольга, с застывшим на лице выражением обиды, не желала ни видеть, ни слышать Гену. Его извинения казались ей пустым звуком, не способным исправить испорченный праздник и омрачённое утро. Она смотрела в окно, на проносящиеся мимо пейзажи, и в её душе томилась горечь, смешанная с проклятиями себя, да и всех окружающих, за эту глупую авантюру, за согласие на этот явно сомнительный новогодний праздник.
Вернувшись домой, Ольга сразу же сделала расслабляющую ванну. Горячая вода медленно прогоняла остатки холода, пропитавшего всё её тело, а бокал вина, налитый с оттенком надежды, помогал приходить в себя. Тем не менее, ещё долгое время она ощущала себя потерянной, словно призраком, бродящим по собственному дому. Прошли дни, и постепенно, по мере того, как эмоции утихали, Ольга начала осмысливать произошедшее. Злость уступила место размышлениям. Она поняла, что, несмотря на все злоключения, праздник был не таким уж плохим, как показался на первый взгляд.
Главное – они остались живы и невредимы. И, как ни странно, этот необычный Новый год действительно стал незабываемым. Она осознала, что такие ощущения, такой опыт, не купишь ни за какие деньги. И Гена… Гена оказался вовсе не таким уж ужасным мужчиной. В его неуклюжих попытках, в его находчивости, в его искреннем старании она увидела чуткого и заботливого человека. Да, он был немного невезучим, но разве это так плохо? У кого из нас нет своих «скелетов в шкафу»?
С этими мыслями Ольга решилась. Она взяла телефон и написала ему сообщение: «Спасибо, Геннадий, за этот незабываемый Новый год». А затем, набравшись смелости, отправила второе, приглашая его на свидание. В итоге, как это часто бывает (не только в сказках, но и в жизни!), всё закончилось хорошо. Они поженились и, пережив такое начало, их было трудно напугать другими семейными испытаниями. И да, они стали верить в настоящее чудо, которое, как они сами считали, и случилось с ними в ту злополучную ночь.
Правда, пережитый опыт оказал на них такое влияние, что Новый год они больше никогда не встречали за городом. Их традиции изменились: только светлая просторная квартира, полный холодильник продуктов и, конечно же, надёжное центральное отопление, чтобы никакой мороз не смог нарушить их уют. «Ещё раз такое приключение я просто не переживу», – смеялась Ольга, нежно прижимаясь к Гениному плечу. Он смущённо улыбался, молча соглашаясь с любимой женой.