История доктора Каланити заставила меня по-настоящему задуматься о собственной смертности
Доктор Пол Каланити не заслуживал ранней смерти.
Он жил правильно. Он был здоров, избегал вредных привычек, работал до изнеможения. Он был верен своим пациентам и жене. Его история — одна из самых трагичных и в то же время прекрасных, с какими вам доведётся столкнуться.
«История в деталях» — телеграм канал для тех, кто любит видеть прошлое без прикрас, через неожиданные факты и забытые мелочи. Погружайтесь в историю так, как будто вы там были. Подписывайтесь!
Пол родился в Нью-Йорке, в семье двух умных и невероятно трудолюбивых индийских иммигрантов. Его отец был уважаемым врачом, который приходил на работу на рассвете и возвращался поздней ночью. Мать держала Пола и его братьев в строгой дисциплине и воспитывала в них чувство порядочности.
Как и отец, Пол был одарённым учеником. Он окончил элитную школу в статусе лучшего выпускника. Познакомился со своей будущей женой, Люси, когда учился в Йельской медицинской школе. К моменту окончания он был одним из самых высоко оценённых студентов-медиков в стране.
Тяжёлый разговор
Полу было 35 лет, он проходил последний год резидентуры по нейрохирургии. Уже несколько месяцев он и жена тревожились: не рак ли это. Он худел без видимой причины. Ремень сначала затягивался на одну дырку меньше, затем на две. Появилась необъяснимая боль в спине.
Он сказал:
«Если бы это был вопрос на экзамене, ответ был бы очевиден — С) рак».
Вскоре он сидел в кабинете врача, просматривая свои снимки КТ. Лёгкие были усеяны опухолями. Позвоночник деформирован. Часть печени разрушена.
Его тело было заполнено раком.
Хотя он никогда не курил, у него оказалась редкая форма: метастатический немелкоклеточный рак лёгкого IV стадии. Лишь 4,6% пациентов на этой стадии живут более пяти лет — большинство умирает в течение года.
Пол писал:
«До диагноза я знал, что когда-нибудь умру, но не знал — когда. После диагноза я всё равно знал, что умру когда-нибудь, и всё равно не знал — когда. Но теперь это знание стало острым, почти осязаемым».
Все предыдущие годы доктор Каланити сам проводил бесчисленные тяжёлые разговоры с пациентами. Сообщение ужасных новостей — одна из самых важных задач врача. Но теперь он оказался по другую сторону стола.
Говорить человеку, что он умрёт, сложно. А его собственный врач боялась сказать это ему. Он понимал её.
Пол замечал: есть огромная разница между тем, чтобы сообщить это человеку под девяносто с деменцией, и тридцатипятилетнему врачу, иначе полностью здоровому. Это почти невыносимо.
Он немедленно начал химиотерапию.
Последняя попытка стать отцом
Пол и Люси отправились в банк спермы, зная, что химиотерапия может лишить его фертильности.
Мечта стать отцом сопровождала его всю жизнь. И его жена решила осуществить её, даже понимая, что времени у него мало.
Их дочь, Кэди, была зачата методом экстракорпорального оплодотворения.
И именно в этот период он начал писать свои мемуары — книгу «Когда дыхание становится воздухом». В ней он описал свой путь к собственной смерти, размышляя о том, как меняется жизнь, когда конец становиться определённым фактом.
Он писал:
«Будущее, вместо того чтобы быть лестницей к целям, превращается в бесконечное настоящее. Деньги, статус — все те суетные вещи, о которых говорил Экклезиаст, теряют всякий смысл: погоня за ветром, и правда».
На первую химиотерапию он отреагировал хорошо — получил немного времени и слабую надежду.
Он даже смог закончить резидентуру. Но вскоре рак вернулся — жестокий, неумолимый. Сил работать больше не было.
Книга Пола написана невероятно красиво. Вот кульминационный фрагмент — обращение к его дочери, первый день рождения которой он не доживёт увидеть:
**«Я надеюсь прожить достаточно, чтобы у неё осталось хоть какое-то воспоминание обо мне. Слова живут дольше, чем я.Я думал оставить ей много писем — но что в них сказать?Я не знаю, какой она будет в пятнадцать. Я даже не знаю, понравится ли ей прозвище, которое мы ей дали.Есть, наверное, только одно, что можно сказать младенцу, в котором — одно будущее, и который лишь на мгновение пересекается со мной, чья жизнь, если не случится невозможного, почти закончена.Послание это простое:Когда однажды в жизни тебе придётся дать отчёт — кем ты была, что делала и что значила для мира — прошу тебя, никогда не забывай, что ты наполнила последние дни умирающего человека такой радостью, какой я не знал за все предыдущие годы. Радостью, которая не жаждет всё больше и больше, а просто есть — и ей достаточно.В это время, прямо сейчас, это — огромное».**
Он писал один
Тон книги передает одиночество его борьбы. Но его голос притягивает — как будто сидишь рядом с ним на каждом отрезке пути к смерти.
Он спешил закончить книгу в последние месяцы жизни — печатал даже во время химиотерапии.
Он успел.
Книга стала бестселлером New York Times.
Мысль о смерти
Я стал гораздо чаще думать о смерти. Я всё ещё молод, но раньше смерть казалась чем-то из разряда «если метеор упадёт» — трагичным, невероятно несправедливым, но почти фантастическим. Это детское, самоуверенное мировоззрение, которое многие сохраняют, как тёплое одеяло.
Но смерть — единственное обещание, которое мы получаем при рождении.
Мы приходим в этот мир одни. И уходим одни.
И я надеюсь, что, как Пол Каланити, каждый из нас найдёт в себе мужество посмотреть смерти в глаза.
А пока — сделайте свою жизнь значимой.