ЕЁ ВЕЛИЧЕСТВО. (9 часть).
Марго получила корочки, но что делать дальше? Искать работу? А кто будет присматривать за Лидией Ивановной? Готовить, убирать, стирать, добывать продукты? Снова круг замкнулся на Баррикадной. Марго погрустнела. Ей хотелось жить, а не существовать. Есть эту жизнь ложками, всё самое лучшее. Впитывать кожей яркие эмоции. Вместо этого унылое существование с безумной старухой и грустным стариком. Опять же деньги. Она взрослая девушка, а до сих пор на иждивении родителей. Она понимала, что маме с папой нелегко, ещё ей помогают. Мать высылала ей небольшие суммы каждый месяц. Марго покупала себе по мелочи: колготки, крем для лица, глицерин в аптеке для рук, пару свежих трусиков или бюстгальтер и обязательно шампунь. Импортный Head & Shoulders. Только он мог вернуть её волосам блеск и шелковистость. На более крупные покупки денег увы не хватало. Приличные духи не купишь, затасканную куртку и сапоги не заменишь. Надо было что-то решать. Марго медлила, не понимая выхода из ситуации. Снова вмешались высшие силы.
Эдуард Владимирович возвращался с работы. Переходя дорогу его сбил пьяный водитель и скрылся с места аварии. Прохожие вызвали скорую, но помочь уже ни чем нельзя было. Несчастный старик отправился к праотцам.
Страшную новость принесла соседка Рая. Она как раз возвращалась домой с работы и видела как Эдуарда Владимировича увозила труповозка.
Марго заплакала. Она привыкла к старику, даже полюбила его за доброту и хорошее отношение к ней. А ещё Марго не на что было его хоронить. Пенсия Лидии Ивановны еще не пришла, а зарплату Эдуарда Владимировича она уже потратила на коммуналку, лекарства и еду. Помогли соседи. Рая пробежалась по квартирам с просьбой помочь. Почти все откликнулись. Они прожили в соседстве с Эдуардом Владимировичем не один десяток лет, очень его уважали и ценили.
Лидию Ивановну увели к Рае. Бедная женщина уже мало, что соображала, впала в детство и почти не помнила, что когда-то была замужем, что у неё был сын Саша. Она называла Марго мамой и просила конфет, а мужа пугалась, не пускала в супружескую кровать, так что Эдуард Владимирович последние пол года спал на кухне, на раскладушке.
Если Сашу провожали в последний путь одноклассники, родня, соседи, то у гроба его отца стояла только Марго.
Кладбищенские парни ловко опустили гроб с телом, закидали землёй, сформировали холмик, установили небольшую металлическую пирамидку, на которой черной краской было написано имя, отчество, фамилия и даты рождения и смерти. Марго отдала последние деньги работягам и положила на могилу поздние осенние цветы, купленные возле кладбищенских ворот у бабульки.
"Прощайте, Эдуард Владимирович. Спите спокойно" –сказала Марго, развернулась и быстро пошла к выходу.
"Слишком много гробов, слишком много горя"-подумала она–"когда радоваться то буду".
Дома соседка Рая приготовила поминальный обед. Пришли Найденовы и ещё пару соседей. Лидия Ивановна жадно и неаккуратно ела не обращая внимания на других. Насытившись она спросила Марго–"Мама, можно я пойду поиграю во двор? ".
Соседи переглянулись. Марго мягко ответила, что уже поздно гулять и дождик собирается. Лидия Ивановна кивнула, стащила из сахарницы кусочек сахару и ушла к себе в комнату вырезать картинки из старых журналов. Это её успокаивало.
Рая наклонилась к Марго и зашептала–"Как теперь жить то будете? Лидка то вообще не в себе. Её одну не оставишь, на работу не пойдёшь".
Марго не ответила, но задумалась. Действительно, как теперь жить? Зарплаты Эдуарда Владимировича и пенсии Лидии Ивановны еле-еле хватало, чтоб свести концы с концами, мамины переводы не в счёт. Суммы от мамы были небольшие, не прокормишься.
Теперь Марго не тратила переводы на дорогую шампунь или косметику. Экономила на всём, но денег всё равно не хватало. Выручала Рая. Приносила картошку с дачи, кабачки, огурцы. Марго варила жидкие супы и для густоты добавляла пшено. Научилась печь простые булочки, что очень выручало. Пару плюшек с чаем- вот и сыт. Она уже не строила радужные планы на будущее. День прошёл и слава Богу.
Спустя месяц на пороге квартиры возникла сестра Лидии Ивановны Татьяна с дочкой Анжелкой. До неё дошли слухи, что муж сестры умер, но она не приехала на похороны, так как копала картошку, делала закрутки, резали свинью, надо было насолить сала, продать полтуши мяса на базаре, чтоб выручить денег. Татьяна жила в деревне откуда собственно была родом и она и её сестра. Рано вышла замуж, родила четверых детей. Анжелка была поздним ребёнком, как говорила сама Татьяна поскребышем. Лидии повезло больше. Она лучше училась в школе, поступила в институт, познакомилась с москвичом и зажила горожанкой, столичной штучкой. Татьяна иногда приезжала к ней, но на долго не задерживалась. Муж сестры её терпеть не мог, хоть и скрывал это. Танька побегав по столичным магазинам, накупив дефицита, уезжала обратно в деревню, оставив в подарок шмат деревенского сала и топлёное масло. Ни разу она не побывала на Красной площади, в музее, на выставке, не свозила детей в зоопарк или цирк. Татьяна считала, что культурно просвятиться можно и по телевизору, не чего время тратить на ерунду, лучше в очереди постоять за финскими плащами или сапогами.
Марго опешила от шумной, громкоголосой Татьяны.
"Чего рот раскрыла? Я Татьяна, сестра Лидкина. Вот приехала за сестрой ухаживать, а ты ,девка,собирай чемоданы и уматывай. Пожила на халяву и будет. Мне главное никто не сказал, что Эдька помер. Хорошо, что Симкина дочка работает в том же Доме быта, что и этот идиот. Приехала и ко мне. Танька, говорит, ты знаешь, что зять то твой помер, а у вас в квартире теперь какая-то проныра поселилась, вроде как за Лидкой ухаживает. Виданное ли дело при живых то родственниках брать какую-то девку в дом. Что ты мне паспортом в лицо тычешь? Прописка? Облапошила этих дураков, прописали тебя! Ну это мы быстро поправим! Я в суд на тебя подам, хапуга! Собирай манатки и вали отсюда по добру, по здорову! Ишь ты, выискалась какая краля! Анжелка, что стоишь столбом? Заноси вещи! "–кричала сестра Лидии Ивановны.
Бедная старушка Лидия Ивановна испуганно выглядывала из комнаты и шептала–" Мама, я боюсь тётю. Убери её отсюда, убери".
Татьяна повернулась к сестре.
"Ой, сеструля, совсем кукухой поехала? Не узнаешь? Это я, сестра твоя единоутробная, а там дочка моя Анжелка. Ну, вспомнила? Ох, беда, беда. Это у тебя от учёности. Все книжки читала, вот мозгами и поплыла"–резюмировала Татьяна.
Марго поняла, что она не сможет тягаться с хабалистой родственницей. Всё равно выживет. Лучше уж самой уйти высоко подняв голову.
Покидая дом в котором она прожила три года, Марго ощутила облегчение и растерянность. Облегчение от того, что теперь она свободна и растерянность от непонимания, что теперь делать.
Марго нашла телефонную будку и позвонила Любке. Та с радостью согласилась принять её на несколько дней.
"Хорошо, ночлег есть. Завтра подумаю, что делать дальше, а сейчас надо добраться до Химок" –думала Марго навсегда покидая старый двор на Баррикадной.
Продолжение следует...