История гибели Александры Бондаренко из Сергиева Посада — это долгий путь через тернии боли и поисков справедливости. На протяжении десяти лет отец девушки, Дмитрий Максимов, не прекращал бороться за то, чтобы правда о смерти его 23‑летней дочери вышла на свет. Эту драматическую хронику освещали журналисты издания «АиФ».
Недавний поворот в деле привнёс в затянувшееся расследование новую волну потрясения. Сосед Дмитрия принёс известие, которое не могло остаться без внимания: Иван Букин* (один из фигурантов дела) погиб под колёсами поезда. Собеседник не стал скрывать своих чувств — в его словах сквозила едва уловимая удовлетворённость. Он напрямую связал гибель Ивана с давней трагедией, намекнув, что судьба свершила свой суд за столько жуткую участь Александры.
— Слышал, на Семхозе парень попал под поезд, погиб мгновенно, — поделился тогда сосед. — Знаешь, кто это? Ваня Букин! Справедливость восторжествовала! За твою Сашеньку отплата пришла, пусть земля ей будет пухом.
Новость оглушила Максимова. Взгляд мужчины непроизвольно упал на фотографию дочери. На снимке — юная Александра: светлые волосы, открытая улыбка, беззаботный взгляд. Образ девушки, жестоко убитой десять лет назад, вновь ожил в памяти Дмитрия, словно время повернулось вспять.
Телефон Дмитрия не умолкал: звонки поступали один за другим. Знакомые спешили поделиться новостью о гибели Ивана, каждый раз акцентируя внимание на загадочном совпадении. В разговорах всё чаще звучала мысль о некой высшей справедливости, настигшей подозреваемого спустя долгие годы.
Девушки нигде нет, телефон молчит
Хронология трагедии начинается с 10 августа 2015 года — в этот день родители в последний раз слышали голос дочери. Александра позвонила с работы, сообщив, что утром заберёт трёхлетнего сына. Девушка работала продавцом в секс‑шопе — место ей помогла найти подруга матери. Несмотря на неоднозначный характер работы, это был вынужденный шаг: после развода с мужем Александра осталась одна с ребёнком на руках, а бывший супруг не выплачивал алименты.
По образованию Александра была дизайнером одежды — окончила местный художественный колледж, обладала художественным талантом и мечтала о карьере модельера. Однако жизненные обстоятельства перечеркнули эти планы: в 18 лет она вышла замуж, родила ребёнка, а через два года развелась.
11 августа Александра не появилась дома, несмотря на то, что она обещала прийти за ребенком. Её телефон молчал. Днём родителям позвонила начальница девушки — она только что опознала тело сотрудницы. Трагедия раскрылась утром, когда местный житель, выгуливая собаку у котельной на улице Бероунской, обнаружил на траве тело девушки. Прибывшие правоохранители констатировали: смерть наступила от множественных ножевых ранений. Рядом с телом лежали визитки секс‑шопа — по ним и вышли на владелицу магазина, которая подтвердила личность погибшей.
Двое знакомых утверждали: они оставили девушку одну, и что с ней было дальше, не знают
Судебно‑медицинская экспертиза установила: перед смертью девушку подвергли жестокому избиению и изнасилованию, причём преступление совершали несколько человек.
Следствие восстановило хронологию событий того вечера. После работы Александре позвонил знакомый и пригласил на день рождения друга, компания веселилась до двух часов ночи. Позже Александра осталась в сопровождении Андрея Доброва* и Ивана Букина, молодые люди зашли в круглосуточный магазин за пивом — этот факт зафиксирован камерами наблюдения, а вот дальнейшие события остаются неясными. Букин и Добров утверждали, что оставили Александру одну в состоянии сильного алкогольного опьянения, а сами отправились домой. Утром тело девушки нашёл случайный прохожий.
В ходе расследования всплыли неоднозначные детали:
- паспорт погибшей обнаружили у знакомого Букина — тот объяснил, что Иван случайно забрал документ и попросил вернуть его утром;
- Иван признался, что изъял из сумки девушки не только паспорт, но и телефон, который выбросил после известия об убийстве (дело о краже закрыли за истечением срока давности);
- ДНК Букина совпало с одним из биологических следов на теле и одежде жертвы.
Под давлением улик Иван признал интимную связь с Александрой, но настаивал: всё произошло по взаимному согласию, а он ушёл домой задолго до времени смерти, установленного экспертизой. Его алиби подтвердила девушка. При этом, как подчёркивает отец убитой Дмитрий Максимов, образцы ДНК Андрея Доброва даже не были взяты для экспертизы.
В деле официально появился подозреваемый
Спустя год после убийства у следствия появился другой подозреваемый — Кирилл Кротов, находившийся в СИЗО за угон автомобиля. Мужчина имел криминальное прошлое: неоднократно судим за кражи и угоны.
Согласно материалам дел, его «метод» был однообразен: он вскрывал автомобили, заводил их и катался по городу, а затем оставлял машину на парковке и возвращался домой.
Несмотря на появление нового фигуранта, отец погибшей не верит в его причастность к убийству дочери и продолжает настаивать на виновности Букина и Доброва. Материалы дела Кротова указывали на его непростой жизненный путь: мужчина состоял на учёте у нарколога, а также в психоневрологическом диспансере. Окружающие характеризовали его как человека, заметно отличавшегося от большинства.
В ходе следствия у Кротова взяли образцы ДНК, которые совпали с одним из биологических следов, обнаруженных на теле погибшей. Однако ряд обстоятельств вызывал серьёзные вопросы относительно его причастности к преступлению. Кирилл имел инвалидность второй группы по туберкулёзу. В мае 2015 года ему провели операцию по удалению правого лёгкого. На момент предполагаемого преступления мужчина ещё не восстановился: при росте 190 см он весил всего 59 кг, а медицинская документация подтверждала диагноз «дистрофия».
Судебно‑медицинская экспертиза установила, что Александра отчаянно сопротивлялась нападавшему — под её ногтями обнаружили частицы кожи Кирилла. Тем не менее лечащий врач Кротова настаивала: каждое утро, включая 11 августа, он посещал туберкулёзный диспансер для прохождения терапии, и на его теле не было никаких свежих повреждений.
Вердикт суда — виновен
Отчим Кротова, Михаил Воронов, настаивал на невиновности пасынка. По его словам, Кирилл никогда не проявлял агрессии, а его физическое состояние не позволяло совершить подобное преступление. Мужчина страдал от одышки и даже не мог пользоваться общественным транспортом. Воронов сомневался, что ослабленный Кротов физически способен был одолеть здоровую молодую женщину, совершить насилие и убийство.
Защита представила и алиби: вечером накануне преступления Михаил вместе с женой и дочерью помогал Кириллу собирать шкаф. К ним зашёл сосед, который также остался помочь. По свидетельствам очевидцев, Кротов был крайне слаб — после закручивания одного шурупа ему требовался получасовой отдых. После завершения сборки сосед ушёл, а семья Воронова осталась у Кирилла на ночь.
Однако суд не принял эти показания во внимание, сочтя свидетелей заинтересованными лицами.
Расследование затянулось на несколько лет. В 2018 году дело направили в Мособлсуд, но судья вернул его на доследование, посчитав недостаточно обоснованным. Прокуратура обжаловала это решение, и процесс возобновился. В рамках повторного рассмотрения у Кротова вновь взяли биоматериал для ДНК‑анализа — процедура проходила в присутствии адвоката. Результат вновь подтвердил совпадение с одним из образцов, обнаруженных на теле жертвы. Это доказательство оказалось решающим для суда.
В 2021 году Мособлсуд признал Кирилла Кротова виновным в изнасиловании и убийстве Александры Бондаренко, приговорив его к 17 годам лишения свободы. Апелляционная и кассационная инстанции оставили приговор без изменений.
Что случилось с двумя парнями, которых подозревал отец убитой?
Жизненные траектории Ивана Букина и Андрея Доброва после трагических событий развивались независимо друг от друга. Оба мужчины сумели построить личную жизнь: создали семьи, обустроили быт. В семье Доброва случилось радостное событие — рождение ребёнка, что, казалось, открывало новую главу его биографии. Однако в 2019 году судьба Андрея резко изменилась: он оказался на скамье подсудимых. Суд признал его виновным в хранении крупной партии наркотических веществ и приговорил к 15 годам лишения свободы.
Позднее Добров принял решение отправиться на передовую. Весной 2023 года его официально признали пропавшим без вести — статус, оставляющий место для неопределённости и мучительных ожиданий. Год спустя поиски завершились: были обнаружены останки, которые удалось идентифицировать благодаря личному жетону. Тело Андрея доставили в Сергиев Посад, где его предали земле. Примечательно, что место последнего упокоения Доброва оказалось на том же кладбище, на котором расположена могила Александры Бондаренко.
Иван Букин ушёл из жизни иначе: его смерть наступила в результате несчастного случая — он попал под поезд. Для Дмитрия Максимова, отца погибшей Александры, это означало окончательное закрытие возможности добиться официального привлечения кого‑либо к ответственности за преступление десятилетней давности.
Мать Андрея Доброва на протяжении всего следствия придерживалась твёрдой позиции: она категорически отрицала причастность сына к преступлению. В беседах с журналистами женщина неоднократно подчёркивала, что её ребёнок физически не мог находиться на месте преступления. Её отказ от сотрудничества со следствием лишь усилил атмосферу недосказанности, окутавшую это дело.
Несмотря на уже вынесенный судебный приговор, Дмитрий Максимов не прекращает попыток добиться пересмотра дела Кирилла Кротова. В его сознании по‑прежнему живут сомнения в виновности осуждённого. Отец погибшей девушки убеждён: материалы дела содержат слишком много противоречий и несостыковок, которые требуют тщательного анализа и дополнительного расследования. Его упорство — не просто стремление к формальной справедливости, а попытка найти ответы на вопросы, не дающие покоя уже долгие годы.
*Имена изменены.