"Ты же немолодая уже, Оль!" – эту фразу мне вчера сказал мой муж, Андрюха. Муж, с которым мы 20 лет, блин, вместе. И сказал он это не потому, что я, не знаю, собралась на дискотеку в мини-юбке с люрексом. А потому, что я купила себе новые джинсы, и всё. Я, 41-летняя женщина, видимо, не имею права на штаны, которые, ну, "не по возрасту".
Я не знаю, что с нами случилось. Мы же были нормальные, активные. Сын, Илья, в 18 лет в Москву поступил и живет в общаге. Дом, работа, всё, как у всех. И, наверное, в этом и проблема. Мы так устаканились, что, блин, окаменели.
А я не чувствую себя "немолодой". Мне кажется, что только начинаю жить! Я последние пару лет, как Илья съехал, как будто проснулась, реально. Я похудела на шесть килограмм, просто потому что начала ходить. Сменила прическу, стала чаще укладывать волосы. Смотрю на себя в зеркало – и я себе нравлюсь впервые лет за пятнадцать.
А Андрюха застрял, всё тот же: работа, диван, свой футбол по телеку. Он как будто и не заметил, что я похудела. Зато он замечает всё остальное. Каждое мое новое движение он встречает в штыки. Как будто я предаю наш общий, негласный "пенсионерский союз".
Клоунские штаны
Первый звоночек был как раз с этими джинсами, месяца три назад было. Я пошла в торговый центр, у меня было шикарное настроение, премию как раз дали. И я их увидела. Не классику свою унылую, не скинни эти, в которых уже просто неприлично. А светло-голубые, широкие, с высокой талией. Я померила – блин, так круто! Я в них такая легкая, ноги длинные. Вообще другой человек.
Купила, конечно, прилетела домой, как на крыльях. Переоделась, стою у зеркала в коридоре, кручусь.
– Андрюш, – говорю, – смотри!
Он отлип от своего ноутбука и вышел из комнаты. Осмотрел меня так, ну, не знаю, как ветеринар больную лошадь. И это даже не презрение было, а какая-то усталость.
– Оль, ты серьезно?
– А что? – я сразу сдулась, улыбка сползла. – Модно же.
– Модно, – хмыкнул он. – Для 15-летних. Оль, ну ты же немолодая уже. Куда ты в этом? Как клоун.
Мне было так обидно. Он даже не сказал, что мне не идет. А просто, что "не положено". Понимаете разницу? Не "тебя полнит", а "тебе нельзя".
И пошел обратно к ноутбуку, а я переоделась в домашние треники.
"Заняться тебе нечем"
Второй бой был месяц назад из-за кофе. Я начала ходить в кофейню одну, у нас тут открылась. Там музыка играет, люди сидят с ноутбуками. Я беру себе флэт уайт на кокосовом молоке (да, знаю, смешно) за 350 рублей, сажусь у окна с книжкой и час сижу одна. Это мое личное время, я за него плачу. Андрей узнал и вечером скандал был.
– Ты совсем, что ли? 350 рублей за кофе? У нас дома кофемашина стоит!
– Андрюш, я не за кофе хожу.
– А за чем? – Он прямо фыркнул. – Ерундой страдаешь, заняться тебе нечем. Нам Илье на учебу откладывать, а ты деньги на ветер кидаешь.
И я замолчала. То есть, всё, что "для себя", – это "ерунда" и "ветер". А всё, что для "быта" и "сына" – это "полезно". Я не имею права на "хобби" в виде кофе.
"Не выражайся, ты же мать!"
А добил он меня вчера, это была такая мелочь. Мы смотрели вечером какой-то сериал новый. И там сцена, какой-то парень симпатичный. Я посмеялась, честно, смешно стало. И я прокомментировала в пустоту:
– Да, – говорю, – вайб у него, конечно, мощный.
И тут Андрюха взорвался. Он не кричал, просто взял пульт и выключил звук.
– Оль! Ты можешь нормально говорить?
– А что я сказала? – я не поняла, честно.
– Вайб? – Что это за слова? – Он аж побагровел. – Сегодня "вайб", завтра "краш" скажешь! Ты что, в кофейне этого понахваталась? Ты же мать и... – И он сказал это снова. – немолодая уже! Хватит, это кринж!
Он специально использовал это слово, чтобы уколоть и унизить меня.
Я сидела и смотрела на 43-летнего мужика в растянутых трениках и с пивным пузом, которое он отрастил за последние пять лет. Который запрещает мне, 41-летней женщине, жить.
И я вдруг поняла, это не я старая, а он боится. Он смотрит, как я меняюсь: худею, покупаю модные джинсы. Я хочу учить новые слова и развиваться. А он нет. И на моем фоне он выглядит старым, скучным брюзгой. И ему это не нравится, и он пытается загнать меня обратно в халат и к кастрюлям. Если я "старая", то он рядом со мной еще "ого-го". А если я "живая", то кто тогда он?
Я посмотрела на него.
– Андрюш, – говорю. – Тебе страшно?
– Что страшно?
– Что я уйду.
Он покраснел.
– Дура, что ли? Куда ты денешься?
А я встала и молча пошла в спальню. Не хочу быть "немолодой". Но, блин, не готова я воевать за каждое слово и штаны в своем собственном доме.