По этому поводу бытует немало спекуляций в публицистике и сомнительных гипотез в научных работах. Некоторые исследователи пытаются максимально удревнить его происхождение, ссылаясь на археологические находки X века в раскопах Новгорода. Однако для убедительных утверждений одних предположений мало. Нужно чтобы разные источники подтверждали друг друга — археологические, документальные, изобразительные и т.д.
Было отрадно узнать, что исследовательница кокошника и автор самой основательной книги о нем Елена Мадлевская придерживается того же мнения.
Еще одно заблуждение строится на предположении непрерывного генезиса этого типа головного убора. Мол, прототип появился рано, а слово возникло позже. Но это не так — появление предмета всегда связано с появлением его названия. А значит, единственная достоверная точка отсчета — появление слова «кокошник» в письменных источниках.
Про документы XVII века вы можете прочитать в разных текстах, но обычно авторы не указывают источники. Логика понятна: блогеры просто переписывают друг у друга, не проверяя информацию. И поэтому мы решили проверить и отыскать источники самостоятельно. Слово «кокошник» действительно появляется в конце XVII века, а с XVIII прочно входит в оборот.
Вот несколько примеров, которые мы нашли в актах юридического быта древней России. Там кокошник фигурирует в описях приданого дочерям:
• «четыре кокошника золотых» (1690 год);
• «кокошник низаной; пять кокошников, шитых с галунами и с канетелью по камкам и по атласу» (1694 год);
• «кокошник низоной; кокошник шитой тафтяной с круживом серебреным, кокошник тафтяной желтой с лентами золотными, да восемь кокошников шитых, белых» (1695).
А, например, в словаре лексики пермских источников XVI — начала XVIII века «кокошник» появляется только с XVIII века:
· «взяли... кокошник золотной да фату шелковую» (1705 год);
· «кокошник китаешный шыт золотом» (1705) (китаешный — изготовленный из китайки).
Отметим, что там описывается, из чего сшит кокошник. Иногда речь идет о его составных частях (очелье), но ничего нет о форме. Это очень важно, потому что о кокошнике мы можем судить в основном по сохранившимся образцам второй половины XVIII века, а большей частью XIX века. А каким он был в своей исходной форме — неизвестно. Вариантов — море.
В литературе помимо сравнения с плоским чепцом (о котором говорили в прошлый раз), можно встретить и самые разные описания. Например, в «Путешественных записках Василия Зуева от С. Петербурга до Херсона в 1781 и 1782 году» говорится:
«На голове носят кокошники горизонтальные с острыми назади углами, которые напротив того в Калуге носят стоймя, а сверх оных обертываются белыми кисеями».
В повести Владимира Измайлова «Прекрасная Татьяна, живущая у подошвы Воробьевых гор» 1804 года есть такой пассаж:
«Явились две женщины, принесли богатую телогрею, жемчугом усыпанный кокошник, бриллиантовые серьги и подали робкой красавице, которая, не смея противиться, удалилась в угол комнаты, чтобы там переодеться».
Примечательно, что в XVIII веке уже была развитая индустрия по созданию кокошников, существовали центры его производства, от которых зависел и стиль окрестных деревень и городов. А что самое интересное, возникла новая профессия, причем женская, — кокошница.
Первую часть о кокошнике читайте тут.
А о том, какой кокошник носил Гоголь (!) мы писали здесь.