Этот дом на бывшей Пантелеимоновской улице знают благодаря немного курьезной традиции украшать цветами имеющиеся здесь фасадные скульптуры Марса и Венеры.
Впрочем, внушительное доходное здание, выполнение в стилистике монументальной неоклассики и странно выглядящее в старом эклектичном окружении небольшой улицы, интересно не только этим. История его появления – один из ярких и любопытных примеров затейливого переплетения различных обстоятельств, связей и знакомств, зачастую игравших определяющую роль в судьбе многих талантливых архитекторов Петербурга.
В 1910-м участок на Пантелеимоновской со старым трехэтажным домом приобрел статский советник Михаил Альбертович Соловейчик. Недвижимость сия конечно была не первой и не единственной для Михаила Альбертовича, но, уже принадлежавшие ему здания располагались либо на Петербургской стороне, либо на Васильевском острове (сам он, в силу семейной традиции, жил именно на Васильевском). Построить дом в двух шагах от набережной Фонтанки Соловейчик решил можно сказать к собственному юбилею. Ему исполнилось ровно 40. При этом, проект возведения в этом месте модного, комфортабельного и отнюдь не дешевого доходного жилья, был для заказчика чисто инвестиционным, а в потенциальной доходности инвестиций он разбирался как никто другой…
Михаил Альбертович Соловейчик был человеком весьма влиятельным среди финансистов столичной еврейской диаспоры. В то время он занимал должность директора-распорядителя Сибирского торгового банка который, по объему основного капитала занимал седьмое место среди всех коммерческих банков империи. Головной офис банка в столице специализировался на биржевых операциях и операциях с ценными бумагами, а Михаил Альбертович входил в правление доброго десятка акционерных предприятий среди которых были и железные дороги, и пароходства, и металлические заводы. Такой человек в принципе мог себе многое позволить, хотя в данном случае к имеющимся возможностям добавились еще и сложившиеся обстоятельства. В 1908-м на Невском проспекте начались работы по капитальной перестройке здания Сибирского торгового банка в характерной для того времени стилистике, которую условно можно назвать «банковским классицизмом». Проектом занимался, имевший большой опыт подобного строительства и хорошо известный в еврейской диаспоре, Борис Ионович Гиршович. Правда к тому времени у Бориса Ионовича уже были проблемы со здоровьем и в работе над банковским заказом принял активное участие молодой, но имевший хороший опыт проектной и практической деятельности, Мариан Станиславович Лялевич. Новое здание банка открылось в 1910-м, было высоко оценено специалистами и вполне логично, что уже через год Мариан Станиславович получил от директора-распорядителя этого банка персональный заказ на строительство доходного дома на Пантелеимоновской…
Полагаю Лялевич прекрасно понимал, что работа для такого заказчика как Соловейчик может стать солидным «выигрышным билетом» в дальнейшем развитии профессиональной карьеры. И он использовал в этом, в общем и целом довольно обычном, проекте практически весь творческий арсенал, которым к тому времени располагал. Впрочем тут уместнее говорить об оригинальных архитектурных «декорациях», нежели об особенностях планировочных решений. Простоватый и компактный жилой «квадрат» на пять этажей с мансардой Мариан Станиславович украсил изящным сочетанием мотивов своего любимого палладианства с «изобретениями» ранее популярного столичного модерна.
Его «фирменная» тройная аркада с характерными колоннами, тематическими декоративными панно, маскаронами и внушительными ростовыми скульптурами (авторства Василия Васильевича Кузнецова с которым Лялевич работал над банковским проектом) стала центральной доминантой фасада в остальном лишенного каких либо особенных изысков. При этом, Мариан Станиславович использовал для общей отделки и части декоративных элементов материалы с разной фактурой, что было конечно характерно для модерна, но в данном случае создавало свой оригинальный колорит визуально «облегчавший» массивные классические формы. И фасадом, выходившим на красную линию дело не ограничилось. Вновь оттолкнувшись от опытов времен модерна по декорированию унылых замкнутых дворов Лялевич решил оформить дворовое пространство не менее основательно чем лицевой корпус.
Более того. Он не стал ограничивать дело облицовкой. Тут, совершенно неожиданно, тоже появились внушительные колонны и даже вазоны с оригинальными путти. Во двор выходили и имевшиеся в доме балконы.
Это конечно вызывало удивление, но, с другой стороны, решало и совершенно прагматические задачи, давая возможность повышать стоимость жилья в корпусах здания, ориентированных на двор. Не трудно предположить, что заказчик изначально планировал строительство дома для арендаторов с приличным достатком и все «ухищрения» Мариана Станиславовича опирались именно на такое техническое задание. Хотя, надо сказать, что вся оригинальность этого проекта «внешностью» по сути и исчерпывалась. Центральная парадная имела простую традиционную планировку. Относительно просторный холл, чуть ране вошедшие в моду большие прямоугольные окна с мелкой расстекловкой (сейчас это пластиковая реплика) и компактные лестничные площадки, пусть и рассчитанные только на две квартиры на каждом этаже. Безусловно тут был весь непременный стилистический набор.
От обязательных колонн в холле и лепного фриза до строгих лестничных ограждений и чрезвычайно популярного тогда дизайна дверей.
Но в общем и целом все было сделано максимально рационально, без лишний затей, но и без ущерба для существовавших требований к комфорту. Добился ли всем этим архитектор нужного результата? Полагаю да. Даже сегодня это необычное здание производит впечатление и выделяется среди работ мастера.
Строительство дома было завершено в 1913-м и одним из первых его жильцов стал сам Мариан Станиславович Лялевич. А это говорило о многом. Как и тот факт, что место жительства Мариан Станиславович не меня вплоть до самой революции, хотя такие возможности у него безусловно были. В 1918-м Лялевич вернулся в родную Польшу, но это уже совсем другая тема. Владелец дома Михаил Альбертович Соловейчик продавать сию недвижимость не собирался и владел ей до самой смерти. Скончался он рано и внезапно. В 1916-м. Ему было всего 46 лет. Дом перешел в собственность наследников коими были его супруга Алиса Яковлевна (урожденная Глазер), сын Георгий и дочери-двойняшки Елена и Лидия. Через два года после вступления в права наследования все семейство Соловейчиков навсегда покинуло Санкт-Петербруг и Россию…
P.S. Думаю тут будет уместным коротко напомнить историю семейства Соловейчик о которой я как-то писал подробно. «Финансовая биография» семейства началась с харьковского фармацевта Альберта Михайловича Соловейчика, который женился на Екатерине Сергеевне Розенталь - племяннице Леона Моисеевича Розенталя – компаньона знаменитого банкирского дома «И. Е. Гинцбург» и одного из создателей…Сибирского торгового банка. После этого у Альберта Михайловича открылись таланты в сфере финансовых операций. Он перебрался в Петербург, умудрился выиграть в Правительствующем Сенате дело о дозволении проживать за пределами «черты оседлости» и стал членом правления, а в последствии и директором-распорядителем Сибирского торгового банка. Михаил Альбертович был его сыном. Примечательно, что строительство первого дома семейства Соловейчик в Петербурге, который был оформлен на имя Екатерины Сергеевны, стало первой крупной самостоятельной работой Бориса Ионовича Гиршовича, который, как уже отмечалось ранее, познакомил Михаила Альбертовича Соловейчика с Марианом Станиславовичем Лялевичем который… Такая вот история.