В боях за Красноармейск из-за нелетной погоды главным ударным средством стала артиллерия. Путь штурмовикам расчищает артбригада, в составе которой пушки «Гиацинт» и РСЗО «Град». В «реактивном» дивизионе соединения служат отец и сын. Сын пошел на фронт первым, стал офицером, был ранен, имеет награды. Отец — следом. Корреспондент «Известий» побывал в 268-м самоходном артиллерийском полку 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск «Центр» и увидел, как они служат. Подробнее - в материале «Известий».
«Кто пойдет, если не каждый из нас?»
В День ракетных войск и артиллерии наши части идут вперед, и на позициях пушек «Гиацинт» настроение если и не приподнятое, то достаточно оптимистичное. Один из артиллеристов показывает товарищам заказанную заранее нашивку с изображением самоходного орудия и подписью «Проехал Красноармейск и покатился дальше», которую заготовил себе к освобождению города.
Смена позиций у артиллеристов называется «перекат», и все уже в ожидании скорой передислокации.
И не только они. На прифронтовых дорогах тоже кипит работа. Когда в воздухе чисто, инженеры сразу начинают строительство новых защитных туннелей из сетей, которые с каждой неделей становятся длиннее на сотни метров. Направление одно — на запад!
В реактивном дивизионе полка служат плечом к плечу командир взвода РСЗО «Град» Роман Арманшин и его отец Виталий, водитель боевой машины. Роман участвует в боевых действиях с самого начала СВО, начинал старшим наводчиком.
В 2024 году он прошел обучение и получил офицерское звание и должность. Его отец пришел в армию недавно, подписал контракт в конце июля.
— Мы с ним не советовались, он позвонил и сказал, что подписывает контракт, потом попал ко мне, — вспоминает Роман. — Ну думаю, что вместе с отцом полегче будет, поспокойнее.
Семья в шоке была вначале, но смирилась, признается он.
— Когда он без связи, я могу написать домой, и наоборот, — рассказывает Роман.
Он не планирует останавливаться на достигнутом и после окончания СВО собирается служить дальше и строить военную карьеру.
Его отец Виталий был трактористом, пока не решил пойти вслед за сыном в армию. Конечно, он не планирует долгую службу на много лет вперед, но хочет дойти до победы в СВО.
О том, что Роман проходит военную службу, в родном селе знали и не удивились, узнав, что он с первого дня участвует в СВО. А вот уход на СВО Виталия встретили с удивлением.
— Отец нормально работал и вдруг ушел, как так? — улыбается Виталий. — Но отец сказал: «Кто пойдет, если не каждый из нас?». Кому-то нужно сюда ехать и защищать себя, друг друга и нашу Родину.
Односельчане помогают подразделению гуманитарной помощью.
— Без них никуда мы, — говорит Роман.
Виталий о своей службе рассказывает с юмором.
— Привыкал легко, в деревне тяжелее было, — смеется он. — Хотя, конечно, у нас много молодых ребят, и за ними надо успевать. Но если говорить в общем, в дивизионе у нас служат люди разных возрастов, и отношение ко всем одинаковое, дружно живем.
Сейчас, когда машины РСЗО работают по одной и на удалении друг от друга, даже находясь в одном подразделении, Виталий и Роман видятся нечасто.
Сын говорит, что стараются встречаться, как только выпадает свободное время и возможность, вместе звонят домой.
Во время СВО Роман Арманшин был награжден медалями Суворова, «За боевые отличия», «Участнику специальной военной операции» и за «Укрепление боевого содружества». Отец пока только начинает свой боевой путь.
— На днях только приехал с боевого выезда, — говорит Виталий. — Но какой-то азарт, интерес есть, хотя немножко волнительно: там летают эфпивишки, дроны.
Роман с гордостью добавляет, что отцу больше нравится проводить время на боевых задачах, чем находится в тылу.
Внук гордится
Тем временем начинают работать «Гиацинты». Огневая позиция 152-мм гаубицы «обросла» маскировкой и антидроновой защитой из сетей. Снаряд уже в казеннике, а на лотке лежит гильза усиленного заряда, огонь ведется на большие дальности.
При получении цели остается только навестись. В тумане видно несколько светодиодов: так подсвечивается точка наводки для работы в темноте или в плохую погоду. Командир орудия достает из кармана брелок от сигнализации и включает их. Он это делает, когда наводчик уже наклонился над прицелом, а потом сразу выключает, — одна из незаметных новинок в войсках.
Тяжелые 152-мм снаряды уходят в сторону окруженного врага, туда, где штурмовики дом за домом и подвал за подвалом освобождают шахтерские города Красноармейск и Димитров.
— Мы недавно работали по целям, — рассказывает после стрельбы номер расчета Вячеслав Павлухин. — Штурмовики зашли туда и уже с места нам говорили: «Молодцы, спасибо, помогли!»
Разговор проходит под непрекращающийся гул беспилотников: один за другим в воздух уходят наши ударные дроны «Молния». Видно, как тяжелогруженые машины прорываются через туман наверх, в высоту.
Вячеслав всю жизнь прожил в селе и, несмотря на возраст, не боится тяжелой физической работы. Сейчас он подносит к орудию снаряды.
— В деревне привыкли мешки кидать, здесь такой же мешок, но может чуть тяжелее, — шутит наш собеседник. Он уходил в армию, никому ничего не сказав. Уже став военнослужащим, рассказал семье о принятом решении. Недавно старший внук увидел Вячеслава по телевизору в новостях с фронта и несколько дней рассказывал друзьям и соседям, что его дед герой.
Предлагаю передать в День ракетных войск и артиллерии привет боевым товарищам.
— Победы всем, вернуться живыми и здоровыми! — желает своим коллегам по воинской специальности Вячеслав. Вроде бы обычные слова, но они самые важные. Нашего собеседника ждут дома жена, сын и внуки.
Дожать врага
Противник приутих после неудачной высадки ставшего широко известным вертолетного десанта спецназа ВСУ в Красноармейске. В последние дни гораздо меньше атак с целью пробиться к окруженным гарнизонам Красноармейска и Димитрова. Украинская и западная пресса уже нашли виновника своих поражений — осенний туман.
Плохая видимость действительно снижает возможности ударных БПЛА-камикадзе на передовой. Наша армия ее пассивность компенсирует артогнем.
Артиллерия готова выполнять огневые задачи в любую погоду. Противник, по словам наших бойцов, уже некоторое время испытывает снарядный голод и дефицит орудий. Наши его дожимают.