Вискантс, Друггис и Айра присоединились к остальным. Холод пронзал до костей, но они знали, что этот холод не от ветра, а от чего-то более глубокого – от предчувствия разлуки. Корабельные доски у причала тихо скрипели под натиском мелких волн, словно старые кости, нехотя соглашаясь с неизбежным.
И тогда Вискантс (его голос поначалу дрожал, но затем окреп) начал петь. А за
ним – остальные. Это был древний напев, который пели, прощаясь с домом.
Dāncaus per panzdauman rēizan
Ikkai wāras dēlis gurga,
Gremjais per panzdauman rēizan -
Aulaūsenis ni ast per kuslins.
Танцуй в последний раз,
Пока старые доски скрипят.
Пой в последний раз —
Смерть не для робких ребят.
Айра взяла Друггиса за руку. Её пальцы были ледяными.
— Смерть не для робких, – прошептала она, глядя на Друггиса. – Значит, мы не должны быть робкими, Другги.
Друггис лишь кивнул, его взгляд был прикован к силуэту корабля. Он знал: быть робким в этом мире означало быть легкой добычей.
