Если бы мне кто-то сказал раньше, что дети начинают репетировать свои кризисы заранее, я бы, наверное, посмеялась, пожала плечами и спокойно продолжила пить тёплый (!) чай. Серьёзно. До появления ребёнка даже эти словосочетания вызывали у меня смех. Ну какой «кризис двух лет»? У тебя что, ипотека или безответная любовь? Откуда кризис-то?
Но вот у меня растёт дочь — юная барышня, которой год и 8 месяцев. И она уже сейчас решила, что ждать до двух лет скучно, и включила демоверсию кризиса пораньше. Бета-тест, так сказать.
И теперь, сидя с кружкой вчерашнего чая, я пишу вам честную статью о легендарном Terrible Two, или, если по-нашему, кризисе двух лет. А угрожающе оно звучит не просто так. Рассказываю.
Что это вообще за кризис двух лет?
Спокойно, это не вирус. Не кара небесная. И даже не наговоры на ребёнка. Кризис двух лет — это этап, когда у ребёнка появляется собственное «Я», но он пока не знает, как этим «Я» пользоваться.
Представьте себе маленького человека с огромным желанием самостоятельности и малым количеством навыков. Это как если бы вам подарили «Боинг» и сказали: «Давай полетим на Мальдивы!» Но вы не пилот, хотя на Мальдивы очень хочется…
Что происходит внутри ребёнка:
- он понимает, что может делать всё сам;
- он понимает, что родители почему-то всё равно всё за него делают;
- он понимает, что его хотелки часто не совпадают с мнением родителей;
- ещё он понимает, что мир несправедлив и это надо срочно исправлять криком.
А теперь соедините всё это в одной маленькой милой головке. И вот он — кризис.
Приметы приближающегося Terrible Two
Слово «нет» перестаёт быть словом «нет». Если раньше ребёнок мог сказать «нет» по делу, то теперь он говорит его для предотвращения всего потенциального мира.
— Пойдём есть?
— НЕТ.
— Не хочешь есть?
— НЕТ.
— А что ты хочешь?
— НЕТ.
В этот момент вы начинаете чувствовать себя дипломатом, который попал в ситуацию, где дипломатия перестала работать. Переговоры зашли в тупик.
Самостоятельность уровня «Я сама… хотя нет… хотя да… хотя А-А-А-А-А!». Пусть ребёнок ещё не умеет надевать носки, штаны, куртку, но попытка священна. Чаще всего это заканчивается тем, что нога оказывается в рукаве, дочь — в слезах от несправедливости, а я — в дзене, потому что любая реакция только усугубит происходящее. Улыбаемся и машем. А потом отвлекаем ребёнка на «Ой, смотри, какая птичка там в окне летает!».
И да, иногда очень хочется биться головой об стену, но потом ребёнок подходит, обнимает, говорит что-то важное на своём непонятном языке, и ты понимаешь: всё это — часть большого, лучшего пути, на который мне довелось ступить в этой жизни.
Эмоции по принципу кнопки «вкл/выкл». Происходит это примерно так: смех → крик → смех → возмущение → обида → танец. И всё это за 25 секунд. Если бы человечество могло так быстро переключаться между состояниями, мы бы уже строили коттеджные посёлки на Марсе.
Тестирование границ. Академический термин. В переводе на мамский: ребёнок проверяет, насколько крепка ваша нервная система, где предел самообладания и как, наконец, выломать дверь в ванную, где вы иногда прячетесь.
Кризис — это важная стадия развития
Важно понять, что кризис — это нормальная и важная стадия развития. Ребёнок начинает осознавать себя как отдельную личность. Это потрясающе, но одновременно страшно и трудно — и ему, и нам. Я вот до сих пор не могу поверить, что меньше двух лет назад у меня в руках был комочек, который даже голову держать не умел, а сегодня я имею дело с настойчивой барышней, которая серьёзно заявляет: либо даёшь мне яблоко, либо будет ор.
В этом возрасте у детей происходит сразу много процессов. Среди которых:
- развитие речи — растёт желание объяснять мир, но не получается;
- скачок самостоятельности — «я сделаю сама, даже если мир перевернётся»;
- эмоциональный взрыв — маленький мозг учится сложным чувствам: злость, фрустрация, разочарование, стеснение;
- развитие границ — она выясняет, где «можно» и где «мама сказала, но я проверю».
А теперь представьте, что это всё бушует внутри маленького человека, который вчера ещё спокойно лежал в коляске и сосал соску.
Что делать родителям, чтобы не «поехать головой с ярмарки»?
- Принять, что это временно. Серьёзно: временно! Это моя мантра, которую я повторяю всегда, когда сложно. Как у зубов есть период прорезывания, так и у кризиса — период взросления.
- Ограничьте выбор. Не «Ты хочешь гулять? Будем одеваться?», а «Ты хочешь надеть красную шапку или синюю?». Секрет прост: чувство контроля без анархии. И ребёнку хорошо, и маме.
- Сохраняйте спокойствие (или изображайте, что сохраняете). Почему дети так кричат? Потому что не умеют по-другому. Почему родители иногда кричат? Потому что устают. И это нормально. Главное — помнить, что взрослый в этой дуэли всё-таки вы.
- Обнимайте. Помните, да, что дети не умеют выражать негодование? Точнее, умеют, но только слезами и криком. Так вот, иногда истерика — это просто трудный момент, когда ребёнку нужно не объяснение, а обнимашки. Да, он при этом может брыкаться и бить вас ногами и руками. И да, это всё равно помогает.
- Не воспринимайте поведение ребёнка на свой счёт. Он делает это не назло вам. Он просто не умеет иначе. И это огромная разница.
- Смейтесь. Как можно больше. Юмор — лучший инструмент выживания. В моей семье так точно. Если бы мы не переводили всё в шутку, мы бы все уже давно сошли с ума. Правда, иногда единственное, что остаётся, — это смотреть на происходящее как на ситком с закадровым смехом, где вы — главный герой, а ваш ребёнок — приглашённая звезда с неприлично большим гонораром.
Мы — мама и папа — тоже растём в период всех этих кризисов. За почти два года я с уверенностью могу сказать, что научилась:
- терпению;
- гибкости;
- самообладанию;
- умению спокойно говорить «нет»;
- мастерству дипломатии (переговоры с малышом — лучший тренинг для переговоров на работе);
- и тому, что счастье может быть даже в очень громком доме.
И знаете что? Кризис двух лет — это просто новая ступень взросления. И ребёнка, и нас. Terrible Two — это не страшно. Это громко, хаотично, эмоционально, абсурдно и иногда до смешного неожиданно. Но это жизнь рядом с растущей личностью. И да, иногда очень хочется биться головой об стену, но потом ребёнок подходит, обнимает, говорит что-то важное на своём непонятном языке, и ты понимаешь: всё это — часть большого, лучшего пути, на который мне довелось ступить в этой жизни.