Шестнадцатилетний цесаревич Павел балансировал на грани жизни и смерти почти неделю. Загадочная болезнь, от которой не помогали ни врачи, ни молитвы. Екатерина Великая, обычно холодная к сыну, засуетилась у постели. Наследник выжил, но императрицу охватила новая тревога. Болезненный юноша с расшатанными нервами — способен ли продолжить династию?
Решение нашлось странное. К цесаревичу приставили молодую вдову, фрейлину Софью Ушакову. Её миссия звучала как приговор: проверить мужскую состоятельность будущего императора. Провал означал позор. Успех — тайну на всю жизнь.
Софья до миссии: жизнь замужней вдовы
Софья родилась в семье Степана Ушакова — писателя, губернатора и сенатора. Приличное происхождение, казалось бы, гарантировало достойное замужество. Но судьба матери стала дурным предзнаменованием. Анна Семёновна сбежала от первого мужа к возлюбленному, вызвав церковное осуждение. Общество долго помнило этот грех.
В восемнадцать Софью выдали за генерал-майора Михаила Черторыжского. Брак оказался несчастливым. Муж страдал чахоткой — медленной смертной казнью той эпохи. Детей не появилось, хотя годы шли. Когда супруг умер, вдова осталась одна — без детей, без особого состояния, зато со свободой молодости.
При дворе её знали как "маленькую метрессу" — намек на склонность к романам. Двадцатипятилетняя красавица умела нравиться мужчинам. В обществе, где внебрачные связи были почти нормой, Софья чувствовала себя в своей тарелке. Танцевала на балах, кокетничала с офицерами, жила легко.
Именно такая женщина понадобилась Екатерине. Опытная, свободная от предрассудков, готовая на риск. Императрица через воспитателя Павла, Никиту Панина, передала Софье "предложение", от которого нельзя отказаться.
Драматический контекст: почему Екатерине это было нужно
Екатерина правила со времен свержения мужа Петра III, но вопрос престолонаследия оставался щекотливым. Сын Павел был законным наследником, однако его хрупкое здоровье тревожило окружение. В детстве мальчик перенес тяжелейшую болезнь с судорогами, потребовавшую операции на горле. Нервы у ребенка были расстроены настолько, что он прятался под стол при сильном хлопанье дверями.
Летом 1771-го Павла снова скосила загадочная болезнь. Двор замер. Если наследник умрет, кому достанется корона? На крайний случай императрица держала в запасе сына от фаворита Григория Орлова — Алексея Бобринского. Но объявить его преемником означало признать незаконную связь.
Павел выздоровел, но страхи не рассеялись. Не повредила ли болезнь его способность стать отцом? Официального закона о престолонаследии не существовало. Екатерине нужны были гарантии.
Тогда родилась идея "проверки". Нужна была женщина — не девственница, опытная, способная к зачатию. Софья подходила идеально: недавно овдовела, детей не имела, но была молода. К тому же её репутация позволяла не церемониться. Императрица дала добро. Панин организовал встречи.
"Проверка": как это происходило
Свидания проходили в резиденции Никиты Панина. Воспитатель цесаревича взял на себя роль организатора. Официально Софья просто навещала дом графа, где иногда бывал и его подопечный. Никаких пересудов, всё прилично.
Но за закрытыми дверями разворачивалась деликатная миссия. Софье было двадцать пять, Павлу едва исполнилось семнадцать. Она знала толк в мужчинах, он — робкий юноша с расшатанным здоровьем. Играла ли Софья роль или искренне увлеклась? История молчит. Возможно, ей было приятно чувствовать власть над будущим императором.
Двор замер в ожидании. Императрица молчала, но всё понимала. Панин прикрывал встречи светскими приёмами. Окружение перешептывалось, но вслух никто ничего не говорил. Как в театральной пьесе: все актёры знают сценарий, но притворяются, будто всё происходит спонтанно.
Результат не заставил себя ждать. Софья забеременела. Мальчик родился и получил имя Семён Афанасьевич Великий. Фамилию выбрали красноречивую — прозрачнее намёка не придумаешь.
Екатерина получила нужное доказательство. Наследник здоров и способен продолжить династию. Теперь можно было искать ему законную невесту без страха.
Цена успеха: что случилось после
Младенца забрали из рук матери почти сразу. Императрица взяла воспитание мальчика на себя — честь невиданная даже для царских внуков. Семён стал страховкой на случай смерти Павла. Пока у цесаревича не появятся законные дети, запасной наследник будет под рукой.
Софья почти не видела сына. Екатерина запретила матери общаться с ребёнком, хотя позже немного смягчилась. Материнство превратилось в фикцию. Родила — и отдала. Как суррогатная мать задолго до появления этого термина.
Зато карьера пошла в гору. Через четыре года после рождения Семёна Софью выдали за графа Петра Разумовского. Сын легендарного украинского гетмана, обер-камергер двора — партия блестящая. Павел даже сделал бывшей любовнице свадебный подарок на три тысячи рублей. Щедрый жест от человека, которому она помогла доказать собственную мужскую состоятельность.
Но счастья второй брак не принёс. Софья страдала от тяжёлой болезни — солитёра, который в те времена не умели лечить. Супруги метались по Европе, пытаясь найти хоть какое-то облегчение. То альпийские курорты, то итальянское солнце, то модные парижские лекари. Жизнь превратилась в бесконечную погоню за исцелением, которое так и не наступило. Отец мужа, старый гетман, называл невестку расточительницей и недолюбливал за бесконечные траты на эти медицинские странствия.
Детей больше не было. Болезнь лишила Софью последней надежды стать настоящей матерью. Единственный сын жил при дворе, носил чужую фамилию и не знал, кто его родители.
Судьба сына Семёна Великого
Мальчик рос в императорских покоях, не зная настоящих родителей. Екатерина окружила его заботой, но держала на расстоянии от Павла. Запасной наследник должен был оставаться в тени — на всякий случай.
В 1777-м у цесаревича родился законный сын Александр. Семён мгновенно превратился из страховки в неудобное напоминание о прошлом. Зачем нужен побочный ребёнок, когда есть законный внук? Императрица быстро нашла выход: отправила юношу делать морскую карьеру. Подальше от столицы, подальше от двора, подальше от лишних вопросов.
Семён послушно надел мундир и отправился служить. Флот стал его домом, море — судьбой. Никаких привилегий, никаких напоминаний о высоком происхождении. Просто офицер с говорящей фамилией, которую никто всерьёз не воспринимал.
В двадцать два года Семён погиб в море при загадочных обстоятельствах. Официально — несчастный случай. Но слишком уж вовремя исчез неудобный свидетель императорских тайн. Павел к тому времени уже правил, и лишний "брат" ему был ни к чему. Версий о гибели ходило множество, но истину никто так и не узнал. Море не выдаёт секретов.
Заключение: жертва или героиня
Софья пережила и Павла, и своего тайного сына. Умерла в 1803-м, так и не вернувшись из европейских скитаний. Она выполнила то, что от неё требовалось — доказала, что династия Романовых может продолжиться. Но какой ценой?
Отнятый ребёнок, испорченное здоровье, бесконечные разъезды в поисках исцеления. История не сохранила её собственных слов о той миссии. Была ли она добровольной участницей дворцовой интриги или жертвой, которой не дали выбора?
Скорее всего, истина посередине. Софья приняла правила жестокой игры и сыграла свою роль безупречно. Женщина, пожертвовавшая материнством ради империи, о которой никто не вспомнил с благодарностью.