Ночь, на часах 00:47, Дима просыпается от странного шума и не может понять, откуда он идёт, какое-то время просто лежит, прислушивается и понимает, что звук идёт из коридора, он встаёт, немного встревоженный, парень знает, что дома никого нет, кроме него, не считая черепахи, но та уже давно спит в своём любимом месте под батареей. Дима просит Алису включить свет в коридоре и выходит из комнаты. В коридоре тишина, у соседей за стеной тоже. Он решил, что ему это просто приснилось. Дима сходил попил воды и снова лёг в кровать, уснул очень быстро. Но сон не продлился долго.
На часах 02:15, опять его разбудил шум, который в этот раз был гораздо громче, звук, похожий на скрежет металла вперемешку с то ли воем, то ли плачем. Тут уже он испугался не на шутку. Включил свет, решил чем-то вооружиться, но ничего подходящего не нашёл. Дима подошёл к двери. Было очень страшно смотреть в глазок, да он и не хотел этого делать, поэтому прислонился ухом к двери и пытался прислушаться, но снова ничего не услышал. Тут он собрал все страхи в кулак и взглянул в глазок. Но ожидаемо ничего не увидел. Дело в том, что свет у них в подъезде реагировал на движение, поэтому в глазке была кромешная тьма. Открыть дверь он не решился. Дима отошёл от двери, чтобы перевести дух. Облокотился рукой о стену и начал обдумывать, что это могло быть.
«Может, это молодёжь», - тихо сказал он.
«А может, у кого убежала собака и ищет свою квартиру», - также тихо пробормотал.
На часах уже 02.55, парень вновь лёг в кровать, но глаз уже не смог сомкнуть до самого утра.
На следующий день он сходил на работу, после этого заехал к родителям, завёз лекарства для отца. Мама, как всегда, приготовила еды с собой, и он поехал домой, но по дороге ему позвонила Вика и предложила встретиться, подруга или девушка, он ещё и сам не знает, как к ней относится. Короче, дома он был к полуночи.
Придя домой, парень залип в компьютер, он играл с друзьями в одну онлайновую игру. Лёг спать в третьем часу ночи.
3:35. Диму разбудил громкий звук, похожий на хруст костей, но усиленный раз в десять. Он вскочил, сердце колотилось так, что, казалось, готово было вырваться из груди. В комнате было темно - он забыл оставить ночник включённым. Дыхание участилось, в висках застучало.
Звук повторился - на этот раз ближе, будто прямо за спиной. Дима резко обернулся, всматриваясь в темноту. Ничего. Только очертания мебели, знакомые до мелочей, теперь казались чужими, искажёнными.
Он потянулся к телефону на тумбочке, но рука наткнулась на что‑то холодное и скользкое. Дима отдёрнул руку, словно обжёгся. Что‑то шевелилось на тумбочке. Он включил фонарик на телефоне - и едва сдержал крик.
По поверхности ползло нечто, напоминающее переплетение тонких, блестящих костей. Оно извивалось, щёлкало, медленно формируя очертания… лица? Дима отшатнулся, телефон выпал из рук, осветив на мгновение пол - тот был покрыт странными узорами, будто нарисованными чем‑то тёмным и вязким.
Звук вернулся - теперь это был не просто хруст. Это был смех, прерывистый, скрипучий, будто кто‑то пытался смеяться, не имея для этого нужных органов. Он раздавался отовсюду - из стен, из потолка, из самого воздуха.
Дима бросился к двери, но та оказалась ледяной на ощупь, а ручка не поддавалась. Он колотил по ней, кричал, но звук тонул в этом всепроникающем смехе. Обернувшись, он увидел, как из темноты выступают фигуры - нечёткие, дрожащие, словно составленные из осколков реальности.
Одна из них приблизилась. Дима разглядел нечто, напоминающее человеческую руку, но с длинными, изогнутыми когтями, покрытыми чем‑то похожим на высохшую кровь. Фигура наклонилась, и в свете, пробивающемся сквозь щель в шторах, он увидел лицо - пустые глазницы, растянутый в вечной усмешке рот, из которого сочилась тёмная жидкость.
«Ты слышал нас», - прошелестел голос, будто исходящий из миллиона крошечных ртов. «Ты заметил нас. Теперь ты - наш».
Дима закричал, но крик утонул в нарастающем шуме - это смеялись все они, фигуры, тени, сами стены. Он почувствовал, как что‑то обхватило его лодыжки - холодные, костлявые пальцы, тянущие вниз. Он упал, пытаясь отбиться, но их становилось всё больше.
Последнее, что он увидел, - это как одна из фигур склонилась над ним, её рот раскрылся шире, так широко, что тьма поглотила его целиком.
На следующее утро соседи вызвали участкового - из квартиры Димы несколько часов доносился странный стук, а потом всё стихло. Когда дверь вскрыли, в комнате было пусто. Только на полу остались странные узоры, будто нарисованные чем‑то тёмным, и одинокий телефон с разряженной батареей, на экране которого застыло последнее фото - размытое, но различимое: десятки глаз, смотрящих из темноты.