Начала уборку, выхожу на балкон. И в нос мне шибает вонища, будто у меня там обоссанный бомж лежит! Я давай искать источник амбре.
– Мася! –ору,– ты офонарела?! Ты где налила тут?
Прискакала Мася, потыкалась вслед за мной во все углы, цапнула за лодыжку в ответ на мои гнусные инсинуации и гордо удалилась. Луж никаких и пятен я не нашла. Вонь стоит адская.
Потом я додумалась выглянуть в окно. Этажом ниже на верёвках криво разложены штаны с оранжевыми нашивками – ну как у дорожных рабочих, у сантехников, в общем, рабочие. Грязные, мокрые, и смердят просто до слез и рвоты!
Окно я закрыла, но вонища все равно просачивается.
Потопала вниз, к соседям. Звоню. Тишина. Повернулась спиной и немножко поколотила в дверь ногами. Безрезультатно. Или там умерли от вони, или никого нет.
Вернулась домой. Воняет нестерпимо.
Вообще под нами жила учительница. Потом – ее сын с щенком, рассел-терьером. Очень такой рафинированный парень, заподозрить его в родстве с этими штанами у меня не получалось. Но вот же они, штаны-то, на их верёвках!
Припомнила, что парня и пёселя недели две уже не видела. Может, квартиру сдали какому-то маргиналу? И что теперь делать?
Спустилась ещё раз, опять поколотилась в эту долбанную дверь. Тишина.
Замотав лицо платком, высунулась в окно, прикинула, не получится ли сбить эти штаны вниз. Нет. Даже если к швабре щётку примотать, не достану. И как мне жить с этими штанами буквально под носом?!!
В общем, набрала я в ведро воды, вылила туда полфлакона Доместоса. И начала поливать эти смердящие штаны. Брызги во все стороны, но выстирать их таким макаром явно не получится. Водонепроницаемые!
Набрала ещё ведро. И кааак опрокинула, пока соседи снизу меня за этот хлорный дождь не убили!
Такого напора штаны не выдержали и, слава богу, свалились вниз.
Я вооружилась пакетом, перчатками, спустилась со своего пятого и отнесла этот ужас на помойку. Пришла домой, отдышалась, отмылась, проветрила всё и домыла полы. С Доместосом. Теперь дома воняет как в больнице, под окном как в вытрезвителе, а этот обоссун остался без штанов. Нашла телефон хозяйки вонючей квартиры, написала ей ябеду с кучей восклицательных знаков.
Через часик слышу во дворе разговор на визгливо-повышенных, вычленяю слова "штаны" и "х.. его знает". Скатываюсь вниз. Стоит соседка с 4 этажа с грозным щенком рассел-терьера, способным в припадке дружелюбия зализать до смерти. И ещё одна соседка, которая, как оказалось, должна была приглядывать за квартирой. На моё счастье, она тоже видела те штаны на верёвке и ещё раньше меня известила хозяйку квартиры.
Выяснилось, что сын хозяйки уехал в Черногорию, щенка подбросил маме, квартира пустая и вонючим штанам там взяться неоткуда. Но идти в нехорошую квартиру соседка боится. Даже с грозным щенком рассел-терьера. Дождались мужчину, тоже из нашего подъезда. Уговорили подняться вместе.
Открыли дверь, сосед опасливо прошёл по квартире и успокоил: голых обоссунов в квартире не наблюдается, всё в порядке.
Квартиру закрыли, загадка смердящих штанов зависла в атмосфере облегчения и некоторого недовольства, исходящего от хозяйки квартиры. Искать обоссуна женщины отказались наотрез и моё робкое предположение, что он, возможно, на крыше и, возможно, немножко мёртвый, дамы проигнорировали.
Выход на крышу как раз над моей дверью. Надо взобраться по лесенке из арматурин, отомкнуть висячий замок и откинуть люк. Я посмотрела на замок. Вроде защёлкнут. Опасливо принюхалась. Пахло Доместосом из моей квартиры и вроде больше ничем. В смысле, трупом с крыши не пахло.
Моё неуёмное и неумное воображение начало рисовать картины одна прелестнее другой: голый труп. Или стонущий, опять же голый, мужик, которого кто-то затащил на крышу. Возможно, бил, пытал, раздел и сбросил штаны вниз. Но... Лезть над лестницей по этим арматуринам я боюсь...
Позвонила своим мужикам, обрисовала ситуацию. Мне было рекомендовано выбросить из головы эту хрень, сидеть дома, никому не звонить и никуда не лезть. И ещё много всяких слов, вы умные, додумайте их сами.
Вечером мужики лезть куда бы то ни было категорически отказались и мне запретили. Снова сказали мне много разных ненужных слов. Я сама их знаю, могли б не утруждаться.
Утром уехали на работу, а я опять тщательно обнюхала площадку и щель от люка на крышу.
Воображение подкидывало мне картины вроде запытанного и умершего по моей вине в долгих муках голого человека.
Я полезла на лесенку. Трясущейся рукой подёргала замок. И он открылся! То есть, люк не заперт и замок только для виду!
Но крышка люка тяжеленная и одной рукой я ее поднять не могу. А отцепить от арматурины вторую руку я себя заставить не смогла.
Устав трястись на лесенке, которая послушно содрогалась вместе со мной, я решила слезть. Замок защёлкнуть одной рукой, потной от страха, было почти невозможно, но как-то я справилась.
Слезла. И что делать? Звонить в полицию, рассказывать про штаны, которых уже нет? Про замок, который для вида? Выслушать опять выученные наизусть слова ещё и от людей, облачённых в форму? Спасибо, пожалуйста, не надо.
На крышу последний раз залезали дворники, чтоб сшибать сосульки. До зимы ещё пол-осени. Столько я не вынесу. Но героиня из меня тоже не получается. Что делать?!
Признаюсь. Я трусливо и малодушно несколько дней пыталась забыть. Принюхиваться на площадке у двери стало привычкой.
Однажды во дворе меня окликнула соседка:
– Слышь, нашёлся твой труп!
–.... ?!!
–Приходил, искал свои штаны!
–... ???
Дело было так. Соседи мои, которые через стенку, но из соседнего подъезда, те, что по пьяни плачут под песни Бременских музыкантов, отмечали ДР. Погас у них свет. Вызвали электрика, он починил и остался в гостеприимном доме. Принял огненной воды, не донес не до унитаза и слил в свои рабочие штаны. Добрые хозяева электрика переодели и вывесили ссаньё за балконом, хотя верёвки у них натянуты с другой стороны дома. Ну, это мелочи, конечно. Осквернённые штаны не захотели лететь на ту сторону искать верёвки, а припарковались на ближайших найденных на 4 этаже. Под моим носом.
Проспавшись, но не вполне протрезвев, электрик ушёл в хозяйских штанах. Когда вышел на работу, понял, что форменные штаны покинули его где-то на днях. Стал искать. Вычислил квартиру, куда его вызывали. Пришёл. Выпили. И пошли искать штаны. Где? Конечно, под верёвками, которые натянуты с противоположной стороны. Искали долго и громко, там соседка их и услышала.
– Но ты не бойся, – великодушно успокоила она меня.– Я не выдала, что это ты их выкинула. Просто сказала, что они воняли внизу и кто-то, наверное, на помойку снёс.
А ты – труп на крыше, труп... Вона он, труп твой, живёхонек!
Соседку поблагодарила.
Привычку
принюхиваться под люком пока не изжила.
Всё.