Жил-был в одном панельном муравейнике прыщавый юнец по имени Петя. Лицо его напоминало лунную поверхность, а душа жаждала великих открытий. Пока одноклассники гоняли мяч и пытались понять, как разговаривать с девушками, Петя пропадал на балконе, среди паяльников, транзисторов и банок с канифолью. Запах там стоял, как в коммунальном аду: жженый пластик, пот и вечная пыль.
Однажды, вдохновленный тремя литрами «Дюшеса» и схемой из журнала «Радио» за 1982 год, Петя собрал нечто. Это не было ни передатчиком, ни приемником. Это был акт технического вандализма, клубок проводов и предрассудков, скрепленный благими намерениями и кривыми руками. В довершение ко всему, вместо вакуумной лампы Петя впаял проржавевший диод от бабушкиного телевизора «Рекорд».
Ровно в полночь, когда соседи сверху с особой яростью принялись выяснять отношения, Петя в отчаянии крутанул ручку настройки. Раздался щелчок, и аппарат вспыхнул синим огнем. Петя уже приготовился к героической смерти радиолюбителя, но вместо взрыва из динамика послышалось шипение, а затем тихий, мелодичный голос:
«…точка входа в секторе 7-Галактика-42… Обнаружена примитивная модулированная волна. Установим контакт».
Петя, вытерев ладонью пот со лба (и раздавив прыщ на виске), прошептал в самодельный микрофон: «Э-э-э… Кто на связи?»
«Это цивилизация с планеты Ксиннокс. Судя по точке выхода сигнала, ты находишься на планете, что вы называете Землёй. Мы — существа чистого разума, не имеющие физической оболочки. Мы постигли великие тайны Вселенной. Ответь, о дитя Земли, каково твое самое сокровенное желание?»
Сердце Пети заколотилось. Перед ним открывались бесконечные горизонты. Знания! Технологии! Власть! Он мог попросить что угодно. Но мозг шестнадцатилетнего подростка, возбужденный «Дюшесом» и недосыпом, выдал единственно верный, по его мнению, ответ.
«Хм… — с придыханием произнес Петя. — А можно… чтобы у меня все прыщи прошли? И чтобы новые не вскакивали? Ну, вообще никогда?»
На том конце провода наступила тишина. Длилась она так долго, что Петя уже решил, что связь прервалась. Наконец, голос инопланетянина, в котором явственно читалась смесь изумления и разочарования, произнес:
«Повтори, землянин. Ты запрашиваешь… локальное дерматологическое совершенство эпидермиса?»
«Ну да, — кивнул Петя, хотя его никто не видел. — А то мне в школу завтра, а у меня тут новый товарищ на носу объявился».
Последовала еще одна пауза, после которой инопланетянин сказал уже с легкой дрожью:
«Мы веками изучали вашу планету. Видели войны, искусство, любовь, ненависть. Мы готовились к вопросам о смысле бытия, о природе темной материи… Но это… Передаем рецепт. Возьми одну часть оксида цинка, две части салициловой кислоты…» — и голос медленно, с явным отвращением, продиктовал состав самой эффективной в галактике болтушки от прыщей.
На следующее утро Петя, сияющий гладкой кожей, собирался в школу. Его чудо-аппарат молчал. Больше голос из космоса не звучал. Говорят, цивилизация Ксиннокс в тот же день подала заявку в Межгалактический Совет на изменение своего статуса с «Наблюдателей» на «Отдыхающих», приложив аудиозапись разговора с Петей в качестве обоснования моральной травмы.
А Петя так и не понял, почему инопланетяне больше не выходят на связь. Ведь он был так вежлив.