Возможно, если нырнуть в правую дверь и быстро перескочить сквозь стену в комнату слева, удастся уйти от погони. Дастин Брейди
С утра не задалось. Смотрящий объявил расход на два часа. В связи с милицейской операцией «чистый город». Трясли на улицах Москвы всех, кто, по их мнению, не вписывался в законные рамки.
С улицы пропали побирушки, косящие под нищих, проститутки. Стояли закрытыми торговые палатки. Не суетились карманники по площади у метро. О каталях не могло быть и речи. Даже обычных прохожих резко поубавилось. По трубе взад и вперёд прохаживались патрульные милиционеры.
Мы слонялись по пятачку без дела. К часу дня движение бравых парней в форме прекратилось, и от смотрящего пришла весточка, что можно начинать работать. Только осторожно. Рабочий день у правоохранителей ещё не закончен.
Конечно, налог никто не отменял. Полдня — это большая потеря для игровых. На пятьдесят процентов падал шанс что-либо заработать, но вариантов не было. Уборка территории - вещь серьёзная. Но оставаться без куска хлеба никому не хотелось.
– Что, игровые, работаем? - обратился я к братве.
– Давай, - согласилась бригада.
– Саша, ты наверх, на сломе сегодня. Савеля на Васю. Остальные как всегда.
– Чего это я на Васю?
– Володь, ты у нас самый опытный и чуткий, ты «мурых» за версту чуешь. А у Хлыща лучше всего на сломе выходит. Да и день сегодня тревожный. Менты сутра шастают.
Сегодня и правда работа не клеилась. Народ не шёл. Шли только прибаутки типа – без лоха и жизнь плоха. К двум часам мы немного успокоились и пощипали парочку неудачников. Но приход был мизерный. Хватило только на кофе. Всего сотка баксов на кону для начала.
Какой-то неказистый мужичок, явно с бодуна, оставил четыре тысячи - вот и весь доход. Вдруг оживился Савелий.
- Вася! - крикнул он и сам ретировался в сторону подъезда. Невдалеке появился автобус, явно тревожный. Милицейский транспорт прижался к обочине. Мы как бы расступились и стали изображать сторонних зевак.
Это же хохма. На площадке перед переходом тусуется человек тридцать игровых. Это выглядит как многолюдность. Как только стоящий на стрёме кричит «Вася», площадь оживает. Это очень похоже на то, как разбегаются в разные стороны тараканы в старой коммуналке при включении на кухне света. В несколько секунд площадка становится чистой от многолюдья, и это со стороны выглядит очень смешно.
В этот раз лопушки, видимо, из нас получились неубедительные. Выскочившие ребята спортивного телосложения с надписью «Омон» на спинах стали хватать всех подряд без разбора. Поскольку «общак» был у меня в руках, попадаться было не в моих интересах.
Я тут же рванулся к лестнице.
– Стоять, милиция! - услышал позади.
- «Ну, что же, вы спортсмены, а мы так, шушера пропитая и прокуренная» - подумал я. Уйти от таких непросто, но приятно. На местности лучше ориентируемся мы и, поэтому, сдаваться без игры в «казаки-разбойники» я не собирался. Тем более что в руках у меня был кон, собранный всеми игровыми. Подобрав ноги в руки, не теряя ни секунды, я начал спринтерский забег. За мной тут же приклеились два парня в чёрной форме.
– Стой! - кричали они. - Всё равно не уйдёшь!
– «А это мы ещё поглядим», - про себя подумал я. Эх, ноги мои ноги. Я бежал, не чуя их под собой. Закончились ступени. Я в яме, куда дальше? В сторону площади нельзя. Там меня и перехватят. Бегом за хоккейную коробочку. Вот-вот догонят. «Врёшь не возьмёшь» - вертится в голове.
Пробежав яму от конца до конца, а это метров триста, упёрся в склон оврага, резко ведущего вверх. Вверх - там спасение. Изо всех сил я рванул вверх по склону. Толи омоновцы потеряли ориентир, то ли устали, но в гору они не очень спешили. Это был мой шанс. Значит, выскочив наверх, я скроюсь из виду. С трудом превозмогая усталость, выскочил на трамвайные пути. На другой стороне дороги увидел припаркованный грузовичок. К нему, а дальше видно будет. Перебежав через дорогу, не обращая внимания на автомобильный поток, заскочил за спасительный автомобиль. Там остановился, переводя дух.
Дыхание сбилось, я дышал тяжело и никак не мог прийти в себя. Из глаз выступили слёзы. Уши заложило. Сердце готово было выскочить из груди. Деньги оставались в зажатом кулаке. Я присел около колеса и аккуратно выглянул из-за своего убежища. Преследователи стояли на другой стороне. Согнувшись пополам, руки держа на поясе, и тоже пытались отдышаться. Меня они, конечно, не видели. Один - с погонами сержанта - с досады махнул рукой. По губам я прочитал:
– Ушёл.
Второй добавил:
– Шустрый заяц. Ничего, возьмём в следующий раз.
– Ага, конечно, - саркастически хмыкнул я.
Бойцы повернулись и пошли в обратном направлении. Теперь мне надо было переждать время и вернуться на обычное место сбора. Просидев за машиной ещё минут пятнадцать, как следует отдышавшись, решил пойти в обход, чтобы разведать обстановку. Я снял свитер и перебросил его через руку. Так обычно поступают преследуемые шпионы. Резко меняя внешность, надев чужую шляпу или отдав какому-нибудь прохожему свою куртку, путая преследователей.
Не спеша, оглядываясь по сторонам, вышел на площадь перед метро. Всё было тихо. Ничего не подозревающие прохожие мирно спешили по своим делам. Смешавшись с ними, я двинулся по трубе в сторону игровой площадки. По дороге никого не встретилось. Видимо, Мишаня объявил расход.
Дойдя до площадки, направился к верхнему проходному подъезду, где мы обычно и собирались, чтобы обсудить дальнейшие действия. Но там никого не было, и мне пришлось ретироваться в сторону дома. На сегодня работа была завершена. Я возвращался домой с нулевым результатом, не считая того, что удалось сохранить бригадный «общаг».
продолжение следует...