Век новых технологий позволил мне изучить массу разных объявлений на тему «щенок в добрые руки». Мы договорились с супругом о том, что берём именно щенка, обязательно из семьи, чтобы щенок был домашний с устойчивой психикой, т. к. собака первая и опыта у нас нет, и непременно суку. Стерилизуем обязательно, раз мы не собираемся заниматься разведением. Порода не важна, лишь бы уже мир и радость вернулись в наш дом вместе с моим душевным равновесием. И надо заметить, что собаку я хотела всегда, с самого детства, но мне постоянно внушали, что в моём мире места для неё нет. А тут вдруг стало совершенно понятно, что либо сейчас, либо можно просто уже не успеть.
И я искала...
чёрного щенка с длинными лапами и белым пятнышком на груди, предположительно метиса дратхаара.
И нашла.
Фотография была неважнецкого качества, но длинные лапы были очевидны. Позвала сына и мужа поехать со мной на другой конец города вечером, чтобы посмотреть щенка. Ну, у них своих оказалось много дел, и мне пришлось топать одной в такую даль.
Моя любовь на... не помню, на каком этаже :))
Двухмесячные щенки разбегались в разные стороны, и уловить сразу, кто где, невозможно было неопытному будущему хозяину дратхаара.
Попросила оставить только сук и присела на корточки, чтоб быть ближе к этим шаловливым комочкам счастья.
Маленький щенок поставил свои маленькие лапки мне на колени и внимательно посмотрел на меня. Я взяла его на руки (такое лёгкое, тёплое, мягкое создание с большими чёрными глазами и длинными ресницами), и он меня об-ли-зал! Прямо в лицо!
- Всё, любит. Надо брать, - сообщила тоном, не терпящим никаких сомнений, хозяйка мамы щенков. Женщина была в возрасте и, видимо, после серьёзной болезни. «Лю-бит» растянулось в моём сознании. А ведь бывает часто, что не лю-бит, точно знала по опыту я. И взяла. Выгребла из рюкзака всё в пакет и посадила маленького славного щенка.
Я поинтересовалась у хозяйки, сколько я должна за щенка. Она ответила гордо: «Рубль!»
Я оставила деньги на вкусняшки оставшимся малышам, и мы отправились к метро. Наш маленький возмутитель спокойствия поехал к нам домой в моем рюкзаке, периодически совершая в нём лужи.
Я отправила пару фотографий с телефона сыну, и он сообщил мужу, что мать везёт щенка.
- Возьми её. Пожалуйста..., - просила я в коридоре мужа, чтоб он помог мне вызволить щенка из рюкзака.
- Не надо мне! Зачем это мне!? Ты хоть понимаешь, кого ты принесла домой?! Это же кра-ко-дил! Ты посмотри, какие у нее лапы! Она же будет размером с пони! Где мы будем все жить?! - страшно возмущался он.
Я не придумала кличку маленькой красотке. Ничего подходящего в голову не приходило. Для меня было невероятно важно, что она есть, маленькая, славная, с умными чёрными глазами, что можно её гладить, прижимать к себе, что она радуется мне и ходит за мной по пятам. И я попросила детей придумать собаке кличку.
Так начался наш семейный забег на длинную дистанцию по воспитанию себя и дрессировке невероятно нежного, ранимого, ласкового и умного создания, нашей Келли.
С её появлением в кругу наших знакомых оказались потрясающие люди, и многие, часто бывающие у нас, перестали с нами встречаться. Как-то обозначились и обострились чувства и интересы, краски стали ярче и цвета насыщенней, времени меньше.
Как мы жили без неё и зачем, совершенно не ясно сейчас, спустя 4 с лишним года. Метис дратхаара от породы унаследовала невероятно красивую и грациозную стать, ум, хитрость, характер и преданность. Мы не заметили сами, как стали меняться. В нашем доме стал чаще звучать смех, мы ко многому перестали относиться трагично, с юмором легче переживать ситуации, которых раньше никогда не могло быть, потому что не было собаки. Радость пришла в наш мир вместе с ней.
Она сворачивалась клубочком у меня на коленях, как котенок, и спала до тех пор, пока могла помещаться. Она очень быстро училась нас понимать и очень скоро совершенно спокойно стала выполнять базовые команды. Но опыта у нас не было, и я нашла кинолога. Очень юный молодой человек стал потихоньку обучать нас общению с Келли, тем эмоциям, которые мы то ли утратили, то ли стеснялись показать, сложно сказать. Но сухие монотонные команды собака воспринимать не хотела. И только яркие эмоциональные интонации привлекали её внимание. Это сейчас она понимает жест и слышит шёпот, реагирует на настроение, но по-прежнему так же ярко встречает нас после разлуки, прыжками и попытками облизать в губы. А в начале пути необходимо было научить её не реагировать на окружающих её идущих, бегущих, едущих людей и других собак. Чтоб наши совместные прогулки не вызвали напряжения и раздражения ни у людей вокруг, ни у нас самих. И мы научились, не сразу, конечно.
- Зачем тебе собака, Лиля!?
Чтобы радость наполнила мой мир. Чтобы в нём обосновалась доброта. Чтобы любви хватило на всех. Чтобы каждый день встречать рассвет. Чтобы ощущать, что ты нужна, тебя ждут и любят, потому что ты есть, без претензий и упрёков.
Хотя... Вы знаете, что собаки умеют обижаться? Это было для меня полной неожиданностью однажды.