США снова играют со спичками у пороховой бочки. На сей раз — под видом «испытаний без взрыва» и «проверки надежности арсенала». Красиво звучит: обновление систем сдерживания. Только вот каждый раз, когда Вашингтон говорит о «сдерживании», где-то на карте мира становится немного тревожнее.
План разместить ядерные заряды на территории Германии — выглядит как дежавю с привкусом холодной войны. География, увы, не изменилась: оттуда до Центральной России — шесть-семь минут подлета. Семь минут — меньше, чем длится политическая речь в Конгрессе. Меньше, чем требуется, чтобы осознать, что уже поздно.
И вот вопрос: чего добиваются Соединённые Штаты? Демонстрации силы? Или это всё же — демонстрация страха?
Потому что настоящий сильный не показывает мускулы. Он молчит.
А вот тот, кто внутренне тревожится — начинает говорить громко, двигать фишки, мерить расстояния, трясти ракетами, будто погремушками.
Америка словно снова хочет сыграть старую пластинку — «мы за океаном, нас не достанут». Так думали и в 20-м веке.
Пока Европа горела, Вашингтон подсчитывал барыши и выдавал кредиты. Потом красиво вошёл в финал — как спаситель. История, конечно, не повторяется буквально, но она рифмуется. И вот рифма снова зазвучала — слишком уж знакомо.
Можно сколько угодно говорить о «сдерживании агрессии» и «стратегическом балансе». Только баланс — это не танец на лезвии.
Размещение ядерных зарядов в Европе — не защита, а провокация, поданная под соусом безопасности.
И те, кто подписывает подобные документы в кабинетах Вашингтона, прекрасно понимают: в случае реального конфликта от Берлина до Варшавы не останется даже контуров на карте. Но им-то что — Атлантика надёжно защищает. У них будет время рассуждать о «цене мира» в прямом эфире CNN.
Так что же это — стратегия или паника?
Скорее, смесь того и другого. Америка теряет привычную уверенность, но пока не готова это признать. Поэтому вместо осознания — демонстрация. Вместо диалога — военные учения. Вместо дипломатии — очередной намёк: «Мы ещё можем».
Но всё это — лишь дым. Потому что в XXI веке сила измеряется не количеством боеголовок, а способностью не нажать кнопку.
И если кто-то сегодня снова размахивает ядерной дубиной — это уже не про мощь, а про нервозность.
Мы живём в эпоху, когда любой «намёк» может стоить мира. И если за океаном действительно верят, что можно будет отсидеться, как когда-то в сороковых, — они забывают, что мир стал круглым не только географически.
Сегодня взрывная волна не знает границ.
И, может быть, в этой всей истории с испытаниями и немецкими складами главное не то, что они делают, а то, чего они боятся.
Боятся, что впервые за сто лет их собственная игра больше не подчиняется их правилам.