Найти в Дзене

«Ахаха. Это я!»: 13-летняя школьница убила двух сестренок и не села за это в тюрьму

— «Ахаха. Это я!» — короткое, будто играющее сообщение пришло на телефон матери в момент, когда она уже стояла у двери квартиры, где несколько минут назад нашли тела двух ее младших дочерей. Смс от 13-летней Влады (имя изменено – прим. ред) — признание, в которое не хочется верить. Неужели ребенок способен на такое? И самое страшное — неужели она останется безнаказанной? Тольятти, октябрь 2024 года. Панельная многоэтажка на улице Лизы Чайкиной. За её стенами — обычная многодетная семья. Четверо дочерей, шум, крики, вечные сборы в школу, ссоры между взрослыми. Ничего особенного, если смотреть со стороны. — Да нормальные вроде были, ругались иногда, но кто не ругается? Юра даже признание на асфальте писал после очередной ссоры — прямо под окнами. Все видели, — вспоминает соседка тётя Марина. В тот день Ирина, 41-летняя мама девочек, с гражданским мужем Юрием пошли в полицию — объясняться после конфликта. Женщина накануне выгнала мужчину и написала заявление, но уже успела его простить. З
Оглавление

— «Ахаха. Это я!» — короткое, будто играющее сообщение пришло на телефон матери в момент, когда она уже стояла у двери квартиры, где несколько минут назад нашли тела двух ее младших дочерей. Смс от 13-летней Влады (имя изменено – прим. ред) — признание, в которое не хочется верить. Неужели ребенок способен на такое? И самое страшное — неужели она останется безнаказанной?

«Обычная семья»

Тольятти, октябрь 2024 года. Панельная многоэтажка на улице Лизы Чайкиной. За её стенами — обычная многодетная семья. Четверо дочерей, шум, крики, вечные сборы в школу, ссоры между взрослыми. Ничего особенного, если смотреть со стороны.

— Да нормальные вроде были, ругались иногда, но кто не ругается? Юра даже признание на асфальте писал после очередной ссоры — прямо под окнами. Все видели, — вспоминает соседка тётя Марина.

-2

В тот день Ирина, 41-летняя мама девочек, с гражданским мужем Юрием пошли в полицию — объясняться после конфликта. Женщина накануне выгнала мужчину и написала заявление, но уже успела его простить. Заявление, однако, отозвать не получилось: требовалось прийти лично.

Дома осталась 13-летняя Влада — за старшую. Её младшие сестрёнки — двух и пяти лет — были при ней уже не раз. Девочка нянчила их с самого рождения, умела менять подгузники, готовить кашу. Мать ей доверяла безоговорочно.

Тишина и смс

Когда другая 10-летняя сестра вернулась домой с уроков, её насторожила тишина. Обычно малыши вечно что-то кричали, смеялись, спорили. А тут — ни звука. Девочка прошла по комнатам, приоткрыла дверь на балкон — и закричала так, что её услышали соседи.

На холодном полу лежали две младшие сестры.

— Она сразу позвонила маме. А та закричала так, что все побежали к ним. Я никогда не забуду тот звук, — говорит соседка.

-3

Ирина и Юрий, услышав, что дома случилось непоправимое, бросились обратно из отделения. В квартире уже были следователи. Влады не было.

Мать дрожащими руками написала дочери сообщение: «Где ты? Что случилось?» Ответ пришёл мгновенно: «Ахаха. Это я!»

Такой холод — не от ветра, а от этих трёх слов — теперь, кажется, поселился в сердце всей страны.

Мотив

Говорили, что Влада всё продумала заранее. В её вещах нашли Уголовный кодекс с закладкой на статье 105 — «Убийство».

— Она выпила алкоголь для храбрости, взяла нож. Говорила, что хотела наказать маму и отчима. Что младшие — не её сестры, а его дети, — сообщил источник, знакомый с расследованием.

Девочка понимала, что взрослого мужчину не одолеет. Но в её логике выход был другой — убрать причину, по которой отчим остался в доме. Две малышки.

Ей всего 13, но она уже знала, что уголовная ответственность наступает с 14 лет. Это знание стало для неё защитным щитом. Она всё просчитала. И сделала шаг, от которого взрослый человек бы, возможно, отступил.

-4

«Она всё осознавала»

После задержания Владу направили в психиатрическую клинику. Экспертиза показала: девочка полностью осознавала, что делает. Никаких признаков безумия. Только холодный расчёт и детская уверенность в своей «правоте».

— Она не плакала. Просто молчала, смотрела в пол. Как будто ждала, когда все закончится», — рассказывает сотрудник больницы.

Суд определил: Владу нужно перевести в специальное учебно-воспитательное учреждение закрытого типа. Там она теперь живёт, учится, ест кашу на завтрак. Без приговора. Без срока. Без наказания.

И снова возникает вопрос: а это — не безнаказанность?

Семья после трагедии

Мать Ирина, говорят, теперь почти не выходит из дома. На похоронах детей она не проронила ни слова — только шептала: «Почему? Почему она?»

Юрий, отчим, уехал из города. Соседи видели, как он долго стоял у подъезда, курил, потом просто ушёл — и больше не вернулся.

В доме всё осталось как прежде: старые игрушки, детские рисунки на холодильнике, и телефон с тем самым сообщением — «Ахаха. Это я!»

Без вины виновата?

Влада слишком мала, чтобы её судили, — закон таков. Но достаточно взрослая, чтобы осознать: убила двух живых людей. Она это знала ещё до того, как нажала «отправить» то роковое сообщение.

Сейчас она сидит за партой в спецшколе, делает домашку, рисует. Иногда улыбается. Может быть, думает о будущем. Но две её сестры уже никогда не вырастут, не пойдут в школу, не отпразднуют свои дни рождения.

Автор: Юлия СТАЛИНА