Большинство из тех, кто мчится по трассе «Скандинавия» мимо поселка с красивым названием Огоньки, едва ли знают о том, что всего в нескольких сотнях метров от шумной трассы находится уголок подлинного умиротворения — бывший Линтульский Свято-Троицкий женский монастырь, ныне Свято-Троицкий Линтульский скит Константино-Еленинского женского монастыря. Сооружение, расположенное на пригорке, производит сильное впечатление своим суровым скандинавским стилем.
Название Огоньки поселок получил спустя несколько лет после Великой Отечественной войны. Ныне здесь хозяйничают дачники, а раньше на этой территории находилась деревня Линтула — в переводе с финского языка это название означает «Птичье».
Что же касается монастыря, то его история восходит к концу XIX века. Именно тогда на территории загородной усадьбы обер-гофмаршала Дмитрия Шепелева, приобретенной тайным советником Федором Нероновым, началось обустройство первой в Выборгской и Финляндской епархии женской православной обители.
Неронов на склоне лет решил последовать примеру своего отца священника Петра Неронова, основавшего женский Казанский монастырь в городе Мокшане Пензенской губернии. В своем имении Линтула к 1909 году Федор Петрович построил храм во имя Пресвятой Троицы. Для обустройства монастырской жизни были приглашены из Мокшана монахиня Смарагда (Сапунова) и несколько сестер.
В конце 1917 года Линтульский монастырь оказался на территории Финляндии. Кстати, в 1923 году прошение о принятии в число сестер обители подавала Анна Танеева (Вырубова), бывшая фрейлина императрицы Александры Федоровны, однако получила отказ — в связи со своей нетрудоспособностью. Перед началом «зимней» войны 1939 – 1940 годов монахини покинули обитель, переселившись в местечко Палокки в Восточной Финляндии, где основали новый Линтульский монастырь…
Когда в начале нынешнего века в Огоньках началось восстановление монашеской жизни, от старинного здания оставался только каменный первый этаж. Все остальное пришлось восстанавливать по сохранившимся фотографиям и чертежам. Сегодня здесь удивительно красиво, вся территория, окружающая подворье, буквально утопает в цветах.
Есть здесь и еще одна историческая достопримечательность: два гранитных камня, оставшиеся от старинного православного кладбища. На них надписи латинскими буквами: на одном — Параскева Репина и даты жизни, на другом — Юрий Репин. И только год рождения.
Юрий Репин — это сын художника Ильи Ефимовича Репина, талантливый живописец, остававшийся в тени своего знаменитого отца. Прасковья (или Параскева) Андреевна Андреева — жена Юрия Репина. Они обвенчались в 1905 году. Поскольку Прасковья была племянницей прислуги Репиных, отцу не понравился выбор сына, который женился на «неровне». А вот дама сердца художника аристократка Наталья Борисовна Нордман к Прасковье относилась очень хорошо и старалась сгладить возникавшие между сыном и отцом противоречия.
После венчания Юрий Репин жил в отцовской усадьбе «Пенаты», но в собственном доме, названном им «Вигвамом», — он находился ближе к Финскому заливу. Когда после Великой Отечественной войны возрождали репинские «Пенаты», восстановили только дом отца, а «Вигвам», от которого сохранился лишь фундамент, строить заново не стали.
Прасковья скончалась в 1929 году (по некоторым данным, от туберкулеза), и горе Юрия Репина не знало границ. Рядом с могилой жены он заготовил для себя точно такой же могильный камень, на котором воспроизведена подпись в том виде, как он иногда подписывал свои картины. На всю оставшуюся жизнь он остался верен Прасковье. А в его творчестве после смерти жены произошел серьезный сдвиг в сторону мистики.
После 1939 года Репин-младший жил в Хельсинки, бедствовал, почти нищенствовал. Работал по заказам, но в основном за харчи — в буквальном смысле этого слова. В своих письмах он признавался, что больше тысячи марок за заказ ему не платили. Работы отца (в основном рисунки) Юрий и старшая дочь художника Вера активно пытались продавать, но покупали их очень плохо.
В 1954 году Юрий Репин трагически погиб и был похоронен на русском кладбище в финской столице рядом со своей старшей сестрой Верой. Над их могилами высится крест из красного гранита, в основании которого выбито по‑русски и по‑фински: «Художница. Артистка. Вера Ильинична Репина. Художник. Поборник гуманизма. Юрий Ильич Репин».
Читайте также:
Ворота к Селигеру: провинциальный Осташков сохранил очарование далекой старины
Три чашки кофе и «ловец жен»: загадочный Бахрейн становится ближе