- Ира против наших встреч, - лучший друг выбрал не меня, а свою жену

Сегодня я окончательно поняла, что потеряла своего лучшего друга. Не из-за ссоры, не из-за расстояния, а из-за беспочвенной ревности его жены, которая методично вырезала меня из его жизни.

Мы дружили с Димой пятнадцать лет. Мы вместе поступили в университет, поддерживали друг друга после неудачных отношений, праздновали первые карьерные успехи. Мы знали друг о друге всё: о детских страхах, о мечтах, о самых постыдных провалах. Он был мне как брат. Никакого романтического подтекста между нами никогда не было и в помине. Наоборот, он помогал мне искать парня, давал советы по стилю одежды, а также ставил мне мозги на место, когда я в очередной раз разрывала отношения.

- Аня, тебе 28 лет, пора уже о замужестве думать, а не в облаках с тараканами парить, — строго говорил он. — Тебе рожать нужно, а не мечтами о принцах грезить!

Все изменилось, когда он женился на Ирине. Сначала она казалась милой и приветливой. Но постепенно её отношение ко мне стало меняться. Она ревновала его ко мне. Ей не нравилось, что мы иногда созваниваемся по вечерам, что у нас есть свои шутки, своя история. Особенно ее злили наши посиделки в кафе или пиццерии. И то, что иногда Дима предлагал провести время вместе.

Началось с безобидных комментариев:

- Опять ты с своей Анечкой говоришь? Неужели вам есть о чем столько болтать?

Несколько недель назад она «застукала» нас в пиццерии, куда зашла со своей сестрой. Я в этот момент увлеченно рассказывала Диме, как меня бросил парень. Я даже не сразу заметила, что она появилась.

- Вы снова вместе? — обиженно сказала Ира. — Дима, такое чувство, что у тебя нет жены!

Потом она стала забывать передавать ему сообщения от меня. А вчера случилось то, чего я боялась.

Дима написал мне: «Ань, Ира против наших встреч. Говорит, это выглядит подозрительно и неуважительно по отношению к ней. Прости, но нам придется прекратить общение».

Я перечитала это сообщение раз двадцать, не веря своим глазам. Пятнадцать лет дружбы перечеркнуты одним голословным обвинением. Он выбрал не меня, а её покой. Он позволил ей поставить ультиматум и согласился с ним. Я не пыталась его вернуть или спорить. Что я могу сказать? «Твоя жена не права»? Это только подтвердит её параноидальные подозрения. Я просто ответила: «Понимаю. Береги себя».

Сегодня я плачу не столько от обиды, сколько от жалости к нему. Он потерял друга, который принимал его таким, какой он есть. А что он получил? Брак, построенный на контроле и запретах. Я надеюсь, он будет счастлив в этой клетке. А я буду скучать по своему лучшему другу, которого у меня больше нет.