Предыдущая часть:
Ничего не придумав лучше, Тамара подала рецепт врачу на подпись и печать, а сама набросала записку с адресом. Пациент вышел, а она умоляюще посмотрела на доктора. Он понял без слов: медсестра опять опаздывала за сыном из садика, а их приём, несмотря на троих в очереди, закончился пять минут назад по графику.
— Всё, закрываемся на сегодня, — объявил доктор в коридор пациентам. — Переходите к дежурному терапевту, он принимает до семи, там продолжите.
— Ну не люди, а изверги, — загудели пациенты, недовольные. — Только бы не работать лишнего, а мы жди теперь.
— Тамара, бегите за сыном, — улыбнулся ей врач. — Мы ведь правда на сегодня закончили по расписанию, а завтра вечерний приём, отдохнём.
Она кивнула и быстро выскользнула в коридор. У выхода маячила спина пациента в окружении двух охранников, которые сопровождали его для безопасности. Словно Снегирёв был не простым бизнесменом, а важной персоной, требующей особого подхода из-за статуса.
— Сергей Геннадьевич, подождите, это важно! — крикнула Тамара, догоняя их.
— Чего вам, девушка? — оттолкнул её охранник, блокируя путь. — Идите своей дорогой, не приближайтесь.
— Погоди, Борис, — отстранил его Снегирёв, заинтересовавшись. — Вы ко мне? Решили извиниться за своего неуча-доктора? Я не в обиде, вижу, парень не старше моего Вани, ещё опыта наберётся.
— Вам правда нужна госпитализация, — вздохнула Тамара, повторяя рекомендацию. — Зря упираетесь, это может ухудшить состояние.
— Ага, а пока я лежу, с сыном может случиться что угодно, — буркнул Снегирёв, объясняя свою позицию. — Несопоставимый выбор между здоровьем и спасением ребёнка.
— Я Тамара, — представилась она. — Но я не за этим вас догнала. Вот, возьмите эту записку, только прочитайте, когда выйдете из поликлиники, в спокойной обстановке.
— Это что за игры? — проворчал охранник, видя, как медсестра сунула что-то в руку хозяину. — По правилам я должен проверить первым, на всякий случай.
— Пойдём, Боря, на улице посмотришь, — сердито ответил Снегирёв. — Утомили меня эти походы по врачам. Ещё и выкуп собирать нужно для похитителей. Эх, во что он опять влип, мой Ваня.
Тамара тем временем уже бежала от служебного выхода к садику, чтобы не опоздать. В записке был адрес дачи, где скрывался непутёвый сын, но прямо сказать она не решилась, опасаясь реакции.
Возле машины Борис развернул бумажку и присвистнул, удивлённый содержимым.
— Вот это новости, — прошептал он. — Откуда этой бабе знать про Ваню? Наверняка пустышка, или конкуренты подсунули, чтобы вас выманить в ловушку.
— Да кому я нужен, старый пень? — махнул рукой Снегирёв, не веря в угрозу. — Ладно, ройте землю носом, но сына найдите живым. Выкуп платите любой, лишь бы вернулся.
— Как его вообще могли похитить, не понимаю, — пожал плечами Борис, вспоминая окружение Ивана. — Вокруг него всегда подозрительные типы вертятся, такой уж круг общения с сомнительными друзьями.
— Так проверять этот адрес или нет? — спросил он. — Есть другие зацепки от охраны?
— Вроде нет, — ответил Снегирёв. — Охрана за двое суток ничего не накопала, профессионалы, называется, а толку ноль.
— Если он сам прячется, то никто не похищал, — невозмутимо сказал охранник, анализируя ситуацию. — Как тогда искать, если это его собственная затея?
— Давай в этот "Рассвет", — скомандовал Снегирёв, решив проверить. — Бог дал сына, а одни проблемы. Даже если зря поедем, хоть что-то делаем, а то я весь на нервах от бездействия.
— Сколько требуют за выкуп? — спросил Борис. — Пять миллионов? А сын ваш весь в мать, кстати, с её склонностью к авантюрам.
— Да, тоже вечно влипала в истории, то в долги, то сбегала, пока не погибла в аварии, — вздохнул Снегирёв. — Теперь сын такой же. Зря я его разбаловал, надо было построже воспитывать.
— Может, он и не там, — с сомнением добавил Снегирёв. — Болтал бы поменьше, Боря. Сам без жены и детей, а советы раздаёшь всем.
— Так я на вашем примере понял, — хохотнул Борис. — О, вот и "Рассвет" этот дачный массив. Машина Ванина у ворот стоит. Выходит, не обманула медсестра, адрес верный.
— Интересно, почему она денег не попросила за информацию? — вздохнул Снегирёв. — Другая бы за такую подсказку цену заломила сразу.
— Погодите, явится ещё с счётом, — сказал Борис, скептик по части женщин и их мотивов.
— Машину оставляем, идём пешком, чтобы не спугнуть, — потребовал Снегирёв. — Володю здесь поставим на охрану, а сами осмотримся вокруг дачи.
— Сергей Геннадьевич, не поздно ли вам в разведчиков играть по кустам? — попытался остановить Борис, беспокоясь за здоровье. — Выглядишь еле живым, а всё рвётесь спасать лично, вместо того чтобы делегировать.
— Если этот паршивец сам всё придумал с похищением, хочу увидеть своими глазами, — жёстко сказал Снегирёв. — Не с твоих слов, а в лицо ему посмотреть, когда оправдываться будет передо мной.
— О, вот и наследник, — хмыкнул Борис, заметив Ивана. — Прекрасно время проводит в гамаке на даче. Ждёт, наверное, когда дружки деньги от выкупа привезут. Эх, остался бы я, поглядел на его реакцию.
— Обойдёшься без шоу, — ответил Снегирёв, массируя грудь от боли. — Доведёт меня этот пацан своими выходками.
— Папа, ты что здесь делаешь? — вскочил Иван, запутался в гамаке, вывалился и растянулся на земле под хохот Бориса. — Как ты меня нашёл так быстро?
— Ты в прятки никогда толком не умел, тебя всегда находили, — спокойно пояснил отец. — Кто за тебя выкуп просил, если это твоя затея?
— Ты о чём? — улыбнулся Ваня, пытаясь сделать вид, что ничего не знает. — Я просто отдыхаю на даче у знакомых. Удивился, что ты приехал, не ближний свет всё-таки от города. А что у вас за дела с Борей, почему он с тобой?
— Дела, — кивнул Борис, закатывая глаза от вранья. — Поехали домой. Отцу в больницу надо, видишь, еле стоит от стресса.
— А ну поехали, — закивал Иван, делая вид, что ни при чём в истории с похищением.
Этого хватило, чтобы отец поверил в невиновность сына и списал всё на шутку. Снегирёв старший решил, что кто-то просто подшутил или воспользовался ситуацией с пропажей. Он радовался, что сохранил деньги на выкуп, как ребёнок, не подозревая правды. А Ваню эта новость явно не обрадовала. По его кислой мине было видно, что парень готов расплакаться, и причин хватало, потому что план провалился.
У Ивана накопилось куча долгов от азартных игр и расточительства. С юности он не сдерживался в расходах, но отцовский бизнес давал уверенность, что всё вернётся, и отец всегда покрывал. Кредиторы охотно давали деньги, зная о богатстве семьи. Отец оплачивал счета, и все были довольны. Пока в один день Сергей Геннадьевич не отказался платить дальше, решив проучить сына. Ивана поставили на счётчик с бешеным процентом, и давление от кредиторов росло. Несколько месяцев он то валялся в ногах у отца, то умолял кредиторов подождать, но без результата. Зарабатывать честно Ваня не хотел и не умел, предпочитая лёгкие пути.
Так возникла идея с фальшивым похищением, чтобы выманить деньги у отца под видом выкупа. Перед этим Иван пытался отыграться в играх, но только глубже увяз, так что теперь был готов посыпать голову пеплом — кредиторы снова ничего не получили, и ситуация стала критической.
Дома Сергей Геннадьевич, еле добравшись до кровати, сразу лёг, потому что стресс вымотал его до предела, и он чувствовал, как сердце колотится неровно. Борис поехал в аптеку за лекарствами по рецепту от давления, а Иван вышел в сад позвонить Виктору, чтобы разобраться в провале.
— Ну что, когда отец выкуп заплатит? — лениво спросил тот, ожидая хороших новостей. — Сроки на исходе, кредиторы давят.
— Никогда, план сорвался, — огрызнулся Иван. — Кто-то из вас слил моё место, отец заявился прямо на дачу и всё понял.
— Серьёзно? Ну и дела, — возмутился Виктор, удивился на утечку.
Ваня, положив трубку, поспешил к отцу в комнату. В голове зрел новый план по захвату бизнеса, но для него требовалось больше, чем удача — нужно было завоевать доверие отца. А на даче настроения были мрачные. Трое за столом не скрывали разочарования от провала схемы.
Иван должен был каждому из них солидные суммы. Шансы на деньги таяли, и они обсуждали, как исправить ситуацию.
— Откуда старый Снегирёв узнал, где сын прячется? — спросил Виктор у компаньонов. — Я никому не говорил, уверяю.
— Сам Ванька, наверное, не стерпел, потрепался по телефону с кем-то, — усмехнулся Игорь. — Молодой, друзья, девчонки, сам понимаешь, мог проболтаться.
— Он мне скоро должен будет больше, чем стоит фирма отца, с такими процентами, — невесело сказал Семён. — Ладно, нужно выяснить, кто игру сломал и информацию слил. Тому мало не покажется, ответит.
— Он нам авторитет портит среди других должников, — возмутился Игорь. — Люди подумают, что деньги можно не отдавать, и тогда хаос.
— Успокойся, разберёмся со Снегирёвым и его сыном, — пообещал Виктор. — Но на дачу пока не ездим, чтобы не привлекать внимание. Может, соседка сдала, она любопытная и всегда суёт нос.
— А его фото по телевизору показывали в новостях? — поинтересовался Игорь. — Если да, то ясно, откуда могла узнать и сообщить.
— Хватит гипотез строить, — оборвал Семён. — Разберёмся по фактам. Может, ещё получим бабки другим способом. Говорят, от переживаний старый на ладан дышит, здоровье подорвано, сегодня в поликлинике был с давлением, где твоя бывшая работает, Витёк, возможно, там и пересеклись.
Тогда компания не придала совпадению значения, потому что не подозревали о роли Тамары. В городе клиник не так много, так что это могло быть совпадением. Но через пару дней Иван сообщил кредиторам, что его выдала именно медсестра из той поликлиники. Виктор не сдержался, позвонил Тамаре и заорал, обвиняя её в слежке.
— Ты совсем с катушек слетела? — кричал он в трубку. — Следить за мной вздумала, шпионить на даче в мою неделю?
— Если бы ты с дружками вёл себя нормально, без шума и подозрительных гостей, мне бы не пришлось тратить время на поездку по жалобе соседки, — огрызнулась Тамара. — И знаешь, мы не договаривались, что на даче будут жить посторонние люди. Вы там ещё и заложника спрятали, судя по разговору? Не впутывай мою дачу в свои тёмные дела, это может кончиться плохо для всех.
— Ты всё испортила своим вмешательством, — бурчал Виктор. — Вечно суёшь нос не в своё, будто самая умная. А я не просил тебя приезжать. Это просто розыгрыш был, друг попросил подыграть в шутке с выкупом. Никто никого не похищал по-настоящему.
— Ну конечно, это шутка, — усмехнулась Тамара саркастично. — Отец его в предынфарктном состоянии мне привиделся в поликлинике. Вы своими "шутками" человека чуть не угробили от стресса, это подло и безответственно.
— Ай, поучи меня ещё жизни, — рявкнул Виктор, раздражаясь. — Господи, как мы вообще столько лет прожили вместе? Совершенно не подходим друг другу по характеру.
— Послушай ещё раз: прекрати таскать на дачу всякий сброд и подозрительных типов, — потребовала Тамара твёрдо. — Хватит, пора повзрослеть и думать о последствиях.
— Думаешь, сама чистюля и безгрешная? — заорал Виктор, не выбирая слов от злости. — Морали мне читаешь? Запомни, я тебе отомщу так, что век помнить будешь. Никогда не вставай у меня на пути снова. Поняла?
Он бросил трубку, а Тамара стояла, не понимая, чем именно он может навредить. При разводе Виктор уже судился за каждую копейку и метр дачи, вымотав все нервы. А Виктор знал: в жизни жены две главные вещи — работа в поликлинике и сын. Бить решил по больному, чтобы заставить её пожалеть о вмешательстве.
На следующий день он подкараулил Дениса Эдуардовича перед работой у входа в поликлинику.
— Доктор, зарплаты хватает на жизнь? — поинтересовался Виктор, предлагая сделку. — Может, хочешь подзаработать дополнительно?
— Рецепты эффективные выписывать не буду, это против закона, — сразу заявил тот, опасаясь подвоха.
— Да кому это надо? — рассмеялся Виктор, объясняя план. — Дело другое: нужно проучить мою бывшую жену, которая здесь медсестрой работает. Хочу, чтобы ты начал придираться к Тамаре, жить не давал на работе. Пары недель хватит, чтобы она сломалась.
— Хм, без проблем, она меня уже достала своими советами по диагнозам, — ответил Денис Эдуардович, соглашаясь. — Такое ощущение, что она врач, а я у неё медсестра. Подрывает мой авторитет перед пациентами, это неправильно и раздражает.
— Вот и повод для придирок, — усмехнулся Виктор. — Аванс дам сейчас наличными, остаток через пару недель, когда увидишь результат.
Врач жадно смотрел на пятитысячные купюры, потому что зарплата была небольшой. Он бы согласился и за меньшее, но раз дают столько, грех отказываться от лёгких денег.
С того дня на работе Тамара не знала покоя, потому что начальник изменил отношение. Врач цеплялся ко всему: почерк неразборчивый в картах, дозировки перепутаны в рецептах. Сам диктовал и менял на ходу, чтобы создать ошибки. При пациентах издевался, не стесняясь в выражениях, подрывая её уверенность. Сначала Тамара недоумевала, что случилось, потом задумалась об увольнении, чтобы не терпеть такого.
— Куда это вы, Тамара Витальевна? — брезгливо посмотрел врач, когда она собралась уходить. — Вас никто не отпускал, смена не закончена.
— Мне за сыном в садик, иначе опоздаю, — взмолилась она, объясняя ситуацию.
— Не надо рожать, если не справляетесь с работой и семьёй, — отрезал Денис Эдуардович грубо. — Обрекли ребёнка на нищету, а теперь виноватых ищете вокруг. Нет, наш день не окончен. Берите карты пациентов, будем сверять записи на ошибки.
— Это зачем ещё? — не понимала Тамара, убеждаясь, что над ней измываются специально.
— Проверять вашу работу, — веселился врач, наслаждаясь властью. — Мало ли что вы там своим почерком накорябали. Ошибок у вас в последние дни полно, веры нет ни в чём.
Тамара еле дождалась конца смены, измотанная придирками. Сынишка ждал грустный у сторожа в садике, потому что все ушли. Он бросился к маме и зарыдал от обиды. Тамара прижала его и пообещала не опаздывать больше, виня себя. Дома у Ильи поднялась температура от переохлаждения в ожидании. Она корила себя, что не пришла вовремя, и решила не позволять этому доктору портить жизнь дальше. На следующий день взяла больничный по уходу за ребёнком, получив передышку на время. Но это было ненадолго, потому что давление на работе продолжалось. Тамара понимала: её выживают систематически, и нужно искать выход.
В это время Сергей Геннадьевич слабел день ото дня. Стресс от мнимого похищения сына действительно серьёзно подкосил здоровье, вызвав осложнения с сердцем. А сын увидел в этом шанс перехватить управление бизнесом отца и вместе с этим возможность наконец-то отдать долги кредиторам. На время Иван решил даже отложить все другие дела и старательно изображал из себя почтительного сына, помогая отцу и задавая вопросы о компании.
Снегирёв, радуясь, что Ваня наконец взялся за ум и проявляет интерес, стал вводить его в курс своих дел постепенно, показывая документы и объясняя процессы. Он даже не понимал, что своими руками отдаёт дело человеку, который пустит всё состояние по ветру на развлечения и долги. Вскоре Иван уже ходил по офису как хозяин, покрикивая на секретаршу и отдавая мелкие распоряжения. Запланировал масштабный ремонт под себя, а не в консервативном стиле отца, чтобы сделать всё современным.
Но компания ещё работала как часы благодаря преданным сотрудникам. Скоро стало ясно: деньги со счетов исчезают. Кто спрашивал — увольнял. К отцу не пускал, ссылаясь на слабое сердце. Деньги шли в карман Ивана. Но он не гасил долги, а сорил на рестораны и друзей.
Борис смотрел неодобрительно, но не решался расстраивать шефа. В отличие от сына, он понимал последствия. Но меры не спасли.
Ночью у дома остановилась скорая. Снегирёва забрали с инфарктом. Иван равнодушно проводил носилки, потом вернулся спать. Мысли о смерти отца не беспокоили.
О госпитализации Тамара узнала случайно от Бориса. Она пришла с сыном на осмотр, а он спустился за кофе. Узнав об инфаркте, попросила о визите.
— Не уверен, что стоит с ним говорить, — сказал Борис. — К нему никого не пускают.
— На пять минут, — попросила Тамара.
— Ладно, но мальчик со мной останется, — заявил он. — Пойдёте одна.
Тамара посадила сына на лавочку, включила мультики на планшете и пошла в палату. При её виде бизнесмен попытался сесть.
— Лежите, не напрягайтесь, — остановила она. — Я просто скажу: похищение спланировал ваш сын, не посторонние. Идея его, потому что задолжал опасным людям.
— И что теперь? — усмехнулся Снегирёв половиной рта. — Я своими руками ему компанию отдал. Детище своё, которое люблю больше жизни.
— Зря, — покачала головой Тамара. — Он всё спустит. Лучше бы нуждающимся раздали.
— Это мне решать, — отрезал бизнесмен. — Операцию вряд ли успеют. Ещё приступ — и всё. На том свете деньги не нужны. А сына жизнь научит, раз у меня времени не осталось.
Продолжение :