Есть в человеческой натуре странная, почти мистическая тяга к пересмотру прошлого, вы заметили?
Мы любим думать, что если бы нам дали второй шанс, мы бы, конечно, жили иначе: умнее, смелее, продуктивнее. Но суровая, почти циничная правда состоит в том, что второй жизни, к сожалению, не будет. И прожить ту, что уже позади, иначе – невозможно. А наиболее достойно пройти оставшуюся часть её,- и есть предел возможного для каждого.
Эта мысль, как холодный душ, отрезвляет. Она заставляет принять прошлое не как черновик, который можно исправить, а как законченный, не подлежащий редактуре и, тем более цензуре, текст. Все наши ошибки, все неверные повороты, все упущенные возможности – это не досадные промахи, а неотъемлемые части нашей уникальной биографии. Золотой её отжим.
Однако, помимо этого "глобального смирения", есть еще один, более коварный вид несбывшихся ожиданий – те, что мы (я) строил(а)и в отношении будущего, а точнее, в отношении своей старости.
Я, например, всегда представляла себя в старости этакой мудрой, тихой дамой. Обязательно в платочке, сидящей на веранде, неспешно пьющей чай с баранками и излучающей абсолютное спокойствие. Эдакий обобщенный образ из русской классики.
Но вот она, эта старость, подкралась незаметно, и что же? Платочек не случился. Не сбылись и другие ожидания: не появилось внезапного желания вязать бесконечные шарфы, не пришло абсолютное спокойствие, и уж точно не возникло тяги к неспешному созерцанию мира из окна.
Вместо этого – та же суета, те же внезапные идеи, те же страсти и те же, только слегка видоизмененные, тревоги. Оказалось, что старость – это не отдельный, благостный этап, а просто продолжение того же самого, слегка потрепанного жизнью человека.
И тут кроется глубокая, хоть и немного грустная, мудрость: мы – это всегда мы. Мы не станем внезапно другими, когда перешагнем некий возрастной рубеж.
Ожидание "когда буду старая, тогда..." – это была всего лишь попытка отложить жизнь на потом, переложить ответственность за счастье на некоего идеального, будущего себя. Но этот идеальный образ оказался фантомом. И счастье моё, по-прежнему, осталось только в моих и Божьих руках.
Поэтому, единственный выход – принять себя здесь и сейчас. Принять свою единственную, неповторимую жизнь со всеми ее "не так" и "не то". И понять, что если платочек не случился, значит, сегодня, как и вчера, лучше надеть что-то более удобное. И жить. Жить, не ожидая второго шанса и не надеясь на мифическую, идеальную старость. Потому что жизнь – она одна, и она происходит прямо сейчас.
А вывод свой я стёрла. Пусть он у каждого будет свой.
