Найти в Дзене
СЕМЕЙНЫЕ ДРАМЫ

«"Женщина за рулем — обезьяна с гранатой!" Муж 40 лет не давал мне сесть за руль. Он умер. И я пошла в автошколу»

Меня зовут Екатерина. Мне 60 лет. Два года назад я овдовела. Мой муж, Николай, был... настоящим мужчиной. Каменная стена. Он все решал сам. Где мы живем, куда едем в отпуск, и... кто водит машину. У нас 30 лет стояла в гараже его «шестерка». Вишневая, «экспортная». Он ее обожал. Каждое воскресенье возил меня на дачу. А я сидела на пассажирском сиденье. «Катя, — говорил он мне, когда я робко заикалась, — а может, и я...» «Типун тебе на язык! — отвечал он. — Женщина за рулем — обезьяна с гранатой! Не бабье это дело. Мое дело — рулить, твое — пироги печь». Он не со зла. Он так... был воспитан. Как в фильме «Гараж». А я и не спорила. Когда его не стало, машина осталась. Ржавела в гараже. А я... я оказалась в ловушке. На дачу — на автобусе с пересадками, с тяжелыми сумками. К сыну на другой конец города — на такси, оставляя пол пенсии. Я, которая всю жизнь была «при муже», вдруг стала зависимой. От всех. И я разозлилась. В 60 лет, тайком от сына, я взяла свои «похоронные» и пошла в автошкол

Меня зовут Екатерина. Мне 60 лет. Два года назад я овдовела. Мой муж, Николай, был... настоящим мужчиной. Каменная стена. Он все решал сам. Где мы живем, куда едем в отпуск, и... кто водит машину.

У нас 30 лет стояла в гараже его «шестерка». Вишневая, «экспортная». Он ее обожал. Каждое воскресенье возил меня на дачу. А я сидела на пассажирском сиденье.

«Катя, — говорил он мне, когда я робко заикалась, — а может, и я...» «Типун тебе на язык! — отвечал он. — Женщина за рулем — обезьяна с гранатой! Не бабье это дело. Мое дело — рулить, твое — пироги печь».

Он не со зла. Он так... был воспитан. Как в фильме «Гараж». А я и не спорила.

Когда его не стало, машина осталась. Ржавела в гараже. А я... я оказалась в ловушке. На дачу — на автобусе с пересадками, с тяжелыми сумками. К сыну на другой конец города — на такси, оставляя пол пенсии. Я, которая всю жизнь была «при муже», вдруг стала зависимой. От всех.

И я разозлилась.

В 60 лет, тайком от сына, я взяла свои «похоронные» и пошла в автошколу.

«Мама! — сказал сын, когда узнал. — Ты в своем уме? Зачем тебе это? Это стресс! Это опасно! Давай я тебя сам возить буду!»

Но я закусила губу.

Господи, какой это был ад. В группе — одни 20-летние. Они смотрели на меня, как на динозавра. Инструктор, мальчишка 25 лет, вздыхал так, будто я у него жизнь отняла.

«Ну что, бабуля... — цедил он. — Куда мы сегодня... поедем? Только не на кладбище, пожалуйста».

Он хамил. Он издевался. Я путала педали. Я глохла на каждом светофоре. Я плакала по ночам в подушку. Я хотела все бросить.

Я не сдала «город». Ни в первый раз. Ни во второй.

«Екатерина Андреевна, — сказал мне инструктор. — Может, не ваше? Ну, правда. Вам пора на лавочке сидеть, а не...»

И тут я вспомнила Колю. Его «не бабье дело».

«Я буду сдавать, — сказала я этому „сопляку“. — Я сдам».

Я наняла другого инструктора. Пожилого, спокойного. Я брала уроки каждый день. Я зубрила билеты по ночам.

И я сдала. С третьего раза. Я, 60-летняя «бабуля», сдала!

Я пришла домой с правами. Сын ахнул.

На следующий день мы пошли в гараж. Наша «вишневая» «шестерка». Я села за руль. Вставила ключ. И... она завелась.

Моя первая самостоятельная поездка? Я положила на пассажирское сиденье фотографию Коли. «Ну что, Николай? — сказала я. — Поехали? Твоя „обезьяна“ тебя на дачу везет».

Я ехала 40 километров в час. Меня обгоняли все. Мне сигналили. А я... я плакала от счастья. Я была свободна. Я впервые в жизни рулила сама.

Милые женщины! Нам 60 лет. Но мы — не «бабули на лавочке». Мы — все можем! А у вас есть мечта, которую вы откладывали из-за мужа, из-за детей, из-за «возраста»? Может, хватит?