Найти в Дзене
Damian T. Shikisai

Японские народные сказки. Личная подборка

*из рассказов местных жителей. Подборка и перевод - мой. Жил-был зять, парень простоватый. Позвали его как-то на осенний праздник в дом к тестю. В избе суетились женщины, готовя угощение, и приговаривали: «Вот ведь страшилище, а не еда!» Зять, дремавший в соседней горнице, уловил частично эти слова и замер от ужаса. Когда обряды завершились, гостей начали угощать. Кто-то из родни обернулся к нему: «Ну-ка, зятёк, отведай нашего моти!» И вот перед ним поставили миску с тем самым «страшилищем». Парень, помня услышанное, сделал вид, что ест, а сам быстренько спрятал все рисовые пирожки под циновку на полу. Наутро молодой человек проснулся от голода и тут же засобирался домой. Тесть упрашивал его остаться, но зять был непреклонен. Удивлённый старик, махнув рукой, велел завернуть оставшийся с вечера моти в аккуратную соломенную сумку — пусть, мол, гостинец берёт с собой. Шёл зять по дороге, а любопытство так и разбирает: что же это ему такое вот вручили? Не выдержал, развязал сумку — и похол

Пугающие пирожки.

*из рассказов местных жителей. Подборка и перевод - мой.

Жил-был зять, парень простоватый. Позвали его как-то на осенний праздник в дом к тестю. В избе суетились женщины, готовя угощение, и приговаривали: «Вот ведь страшилище, а не еда!»

Зять, дремавший в соседней горнице, уловил частично эти слова и замер от ужаса. Когда обряды завершились, гостей начали угощать. Кто-то из родни обернулся к нему: «Ну-ка, зятёк, отведай нашего моти!»

И вот перед ним поставили миску с тем самым «страшилищем». Парень, помня услышанное, сделал вид, что ест, а сам быстренько спрятал все рисовые пирожки под циновку на полу.

Наутро молодой человек проснулся от голода и тут же засобирался домой. Тесть упрашивал его остаться, но зять был непреклонен. Удивлённый старик, махнув рукой, велел завернуть оставшийся с вечера моти в аккуратную соломенную сумку — пусть, мол, гостинец берёт с собой.

Шёл зять по дороге, а любопытство так и разбирает: что же это ему такое вот вручили? Не выдержал, развязал сумку — и похолодел: да это же то самое ночное «чудище»! В панике швырнул он свёрток на снег, выдрал придорожный колышек и давай лупить что есть силы.

От ударов с моти посыпалась застывшая бобовая паста, обнаживая белую рисовую основу. А зятю померещилось, что это у «чудовища» клыки полезли! Он и вовсе разошелся, думая, что сражается с нечистой силой. «Эх, и слаб же ты, страшила!» — с облегчением подумал он и, чувствуя себя победителем, зашагал дальше.

«Матушка, есть хочу! — заявил он, едва переступив порог родного дома. — Дай скорее чего-нибудь перекусить!»

Мать удивилась: «Как так? Неужели в доме тестя тебя не накормили?»

«Кормить-то кормили, — проворчал сын. — Вчерась пытались впихнуть какую-то жуть. Уговаривали, да только меня не проведёшь».

«И что же это за жуть такая была?» — спросила мать.

Парень описал угощение и с гордостью добавил: «Я его из миски — да под циновку. А с утра они это мне в подарок подсунули. Но я его добела исколотил — оно зубы скалило, а я его в снегу и разметал».

Мать лишь головой покачала: «Глупый ты, глупый! Да это они от ребятишек так отшучивались, чтобы не докучали. Моти это был, самый что ни на есть праздничный! Пойду-ка поищу, куда ты его подевал. Где это место-то?»

«Да вон, за поворотом, у старой сосны».

«Ладно, подожди тут».

Вернулась мать вскоре, неся в руках аккуратный свёрток в соломке. Распаковала, попробовала — и оказалось, что «страшилище» это на редкость сладкое да вкусное.

Записал Сасаки Кидзэн, Уезд Сива, префектура Иватэ