Эпиграф:
"Невозможное мы делаем сразу,
чудеса - в течение трёх дней...".
Девиз директоров кинопродукции Голливуда
Старенькая "Шкода" неслась по пустой шоссейке. Мимо пролетали ажурные опоры ЛЭП, небольшие пшеничные поля, рассеченные перелесками... Всё, как обычно... Машина пыталась догнать уходящий за горизонт закат, жадно глотая километры, но у неё это плохо получалось... Явно не хватало скорости. Не видя впереди никаких препятствий, Иваныч торопился домой. Дома ждал его лучший друг, тот кому он всецело доверял все свои мысли, его старенькая, компактная печатная машинка. Пальцы зудели в предвкушении долгожданной работы, в голове копошились мысли, уже заранее складываясь в предложения, фразы будущих диалогов... Иваныч задумал новую повесть.
Неожиданно из густых придорожных кустов вылетела то ли косуля, то ли молодая лосиха... Иваныч точно заметить не успел... Удар был страшным!... Лобовое стекло, как ему показалось, брызнуло осколками и... Всё!...
Напротив Иваныча в таком же роскошном кресле сидела миловидная брюнетка в этаком лёгкомысленном цветном сарафанчике, в непринуждённой позе нога на ногу, в левой руке бокал с чем-то тёмным и искристым, в правой зажжённая сигарета. Обстановка кабинета в старом английском стиле. В углу, тихо потрескивая, горел камин. На шикарном письменном столе лежали в рабочем беспорядке какие-то бумаги под мягким жёлтым светом старинной настольной лампы
- Что, Николай Иванович?.. Не подходит? Можно и по-другому...
- Что не подходит? Что по-другому?... - опешил Иваныч.
- Я имею ввиду обстановку - пояснила незнакомка - Насколько я знаю, вы всегда о такой мечтали... при жизни... Можно поговорить и в вашей квартире, например...
- Подождите!... Что значит при жизни?... Я... Что?... Умер?...
- Как бы... Да. Вы погибли от столкновения с лосем, перебегавшим дорогу... Ваша машина несколько раз перевернулась... И.., так сказать, восстановлению не подлежит... Ну, и вы вместе с ней... Извините за плохой каламбур...
Воспоминания вернулись к нему все и разом. И как задумал новую повесть, и как торопился домой, и этого глупого лося... Однако никакой паники не было, всё окружающее он воспринял, как должное, осталось только сожаление о незаконченной работе.
- А это вот действительно жаль! - как бы про себя констатировал Иваныч.
- Вы имеете ввиду так и не начатую повесть? Это вот как раз можно исправить... - осведомлённость брюнетки удивляла...
- И как же, позвольте вас спросить?
- За Вас её напишет другой человек, так сказать, Ваш подопечный... А Вы у него будете... куратором... Будете диктовать, а он будет записывать... Именно для этого Вы здесь. Вы должны оставить вместо себя человека, который смог бы продолжить Вашу работу, а потом так же выполнить свою...
- А зачем?
- А затем, Николай Иванович, что вся когда-то задуманная работа должна быть сделана, а Вы её сделать не успели... Значит эту работу должен сделать кто-то другой... Успехов!...
- Подождите! Я где-то это всё уже слышал или видел... В какой-то фантастике!... Это какой-то розыгрыш?!..
- А с чего вы взяли, что это розыгрыш? И с чего вы взяли, что это фантастика?... Ус-пе-хов!...
Далее всё действо вообще как-то перестало укладываться в логику событий... В логику Николая Ивановича...
Он вдруг оказался как бы привязанным к какому-то уже немолодому человеку по имени Сергей Васильевич и неусыпно, и неустанно сопровождал его абсолютно везде, став, вроде, как тенью своего подопечного. Вначале Иваныч здорово перепугался. Перепугался от мысли, что ему придется управлять этим Сергеем Васильевичем, как марионеткой, и он может просто не справиться, может попасть в какую-нибудь глупую ситуацию... А ещё хуже того, своим неумением угробить этого человека!... Однако на деле, всё оказалось несколько по-другому... Подопечный жил своей жизнью и ни о чём не задумывался. Потом, в какой-то момент, у него вдруг появилось непреодолимое желание что-нибудь написать... И вот именно в этот момент между ними возникла какая-то тоненькая ниточка ментальной связи...