|Стр. №15|
‼️ ВНИМАНИЕ ‼️
18+
Данный материал создан для развлекательно-ознакомительных целей и не несёт в себе каких-либо призывов. Все изложенное является художественной мыслью. Все изображения, используемые в материале, созданы автором.
Присутствуют сцены жестокости и сцены не для слабонервных — это не более чем художественный ход. В ходе повествования персонажи курят табак, распивают алкоголь, используют ненормативную лексику и др. Помните - это зло и не нужно следовать их примеру.
Дела семейные.
Меня дико трясло от бушевавшего внутри адреналина, смешанного с яростью и непониманием, что делать дальше. Мира вокруг не существовало, все звуки были где-то там, вдалеке, а глаза закрывала непроглядная пелена. Я ненавидел это чувство — потеря контроля над ситуацией. Хог был прав… Всё пошло не плану, а я тупо стоял и таращился на пустой броневик в тряске.
Отрезвление пришло резко, эффективно и уверенно — ударом по морде моего лица. Тимур не стал церемониться. Меня увело в сторону, я накренился и облокотился ладонями на колени, выпуская воздух.
— Ёп-п-р-с-т, очухался?! — Тимур наклонился ко мне и посмотрел в глаза.
— Вот прям обязательно бить сразу, а? — разминая челюсть ответил я.
— Мы до тебя втроём минут пять не могли докричаться!
Как оказалось, тройка «Леших» шла по маршруту эвакуации и застала такую картину: пустой броневик, два трупа и трясущийся формальный командир группы у задних дверей. Они кричали, махали перед лицом руками, тормошили за плечи — ничего не помогало. Пришлось прибегнуть к крайним мерам и подключить «отрезвитель - 98».
— Так, мы как на ладони, надо отсюда дёргать. — Шершень влился в разговор. — Нужно к общаку, я проведу.
Айк был прав. Местность открытая для ведения огня как поле, дорога — проходная, сталкерская тропа и караванный маршрут, здесь в любую секунду может появиться кто угодно, а на запах свежей крови — что угодно. По бокам нас скрывала лишь растительность и пара тучных деревьев. Снайпер чётко подгадал момент, ведь где-то в дали, на Севере, уже начинало громыхать, а небо по-тихоньку багровело. Близился Выброс…
Шершень повёл нас тропами, как человек, знающий эту местность как себя самого. Мы двинули вниз с пригорка в сторону топей. Неподалёку, как маяк среди моря, стояла разрушенная бетонная постройка. Все стены были украшены отметинами от пуль разных мастей и калибров, прилётами осколков гранат, а одна из заваленных перегородок пестрила густой чернотой — судя по всему жгучий «коктейль Молотова». Тайник и полевое убежище находилось в подвале, громко сказано, здания. Подвал был частично завален, но спуск и ответвление вправо были расчищены. Вот туда мы и поспешили.
Я замыкал наше шествие и, спустившись вниз по бетонным ступеням в цоколь подвала, невольно оглянулся. Перед глазами застыла картина из воспоминаний, как мы пару месяцев назад бежали от Выброса в похожий на этот, как две капли воды, подвал… Я смотрел на багровое небо в проёме и мне мерещилось как один из нас спотыкается… И как другой попадает в аномалию. Тогда мы потеряли очень важного человека и очень важное качество для нашей семьи «Леших» — мы потеряли Рудника и навсегда утратили былой задор Кузнеца. Я не хотел больше терять своих людей. Нет — своих братьев.
— Эй, Балт. Чего застыл? — окликнул меня Москит.
«Надеюсь вы успели добраться до укрытия. Держитесь, братцы…» — пронеслась в моей голове мысль про Кузнеца и Фокуса, затем я отвернулся от проёма, больных воспоминаний и двинулся дальше, где меня уже ждали «Лешие».
— Ничего… — ответил я, подходя к двери с амбарным замком.
Шершень запустил руку в какую-то трещину в стене и, путём нехилылых манипуляций, умудрился и выудил ключ от замка. Отперев дверь, которая, на удивление, даже не издала скрипа, ведь её петли были смазаны и обслужены, нашим глазам явилось суровое, но уютное и довольно нескромное убранство тайника наёмников. Во-первых, возник вопрос — как его до сих пор не обнесли все кому не лень? Ведь на двери просто-напросто амбарный замок, или же от грабежа отталкивала метка наёмников, нанесённая на дверь? Во-вторых, я поразился слаженности и ответственности мерков с Затона — тайник был идеально прибран, всё рассортировано по биркам с присвоенными инвентарными номерам. А я напомню — это попросту общаковский тайник посреди топей.
Я чиркнул своей «»Zippo» и керосиновая лампа подарила нам тепло и уют. Нет, безусловно в подвале было чертовски сыро и холодно. Я имею ввиду душевный уют и теплоту морали. Знаете, когда после невыносимого дня и бесконечных нервотрёпок ты приходишь домой, жаль что поздно, и включаешь настольную лампу с тёплым светом, а в соседних комнатах сладко спит твоя семья. Ты тихонько ходишь, открываешь дверь в детскую, проверяешь своё дитя, затем идёшь в спальню к любимой жене… Все тревоги сразу улетучиваются и всё дурное отходит на задний план. Сейчас, этот отдающий солнечными закатом свет, напомнил мне о доме…
Помещение было укреплено изнутри, стены обшиты обожжёнными досками до первого яруса, крепящиеся к опорным балкам. Два спальника вдоль стены, напротив входной двери, зона хранения амуниции и мини-склад НЗ со стеллажами по правую руку, бытовая зона по левую. Охренеть, здесь даже висело два лёгких комбинезона наёмников «Койот», на случай если твоей броне каюк, а до базы добраться нужно… Ящик с типовыми боеприпасами, маленький полевой ремкомплект для ремонта и обслуживания, провизия и мединицинский ящик. На пол был брошен ещё советский ковёр, который напитался влагой и пованивал, хотя в самом помещении было не так уж и влажно. Загадка…
На поверхности стихия Зоны начала набирать обороты и гул стал нарастать. Ветер усилился и завывал, гнул стволы деревьев и их треск доносился отовсюду. Небо наливалось пунцовым с рыжими, огненными прожилками, а землю потряхивало. На удивление, я вновь отметил ещё один приятный бонус данного схрона — в нём пока ещё не било по мозгам от начинавшего захватывать власть Выброса. Ну или мы их напрочь отбили…
И вновь ритуал: портсигар, зажигалка, венгерский табак с вишнёвыми нотками, терпкий и душистый.
— Что по итогу произошло? — обратился ко мне Тимур.
— Не знаю что, но я знаю кто… Эта седая одноглазая паскуда предала нас всех. Они спи*дили Дино прямо, б*ять, у нас из под носа! — гнев снова начинал брать надо мною верх и мат посыпался как от сапожника. — Кхм, это всё Кай. — я выдохнул и затянулся самокруткой.
— Стой, хочешь сказать он до сих пор во власти «Монолита»? — недоуменно отозвался Москит.
Его подзатыльник получил оплеуху, от чего снайпер съёжился и ещё более недоумённо посмотрел, но теперь уже на Шершня:
— Балда с ушами, you are dumb (ты тупой)? «Моники-белучи» тут ни при чём. Мы связались с кем-то гораздо серьёзнее… — Шершень поднял взгляд на потолок и задумался. — Помните нам как-то раз Душман выдал берцы навороченные, новый образец придуманный специально для условий Зоны?
— Да-а, у них цвет ещё был такой, ну, будто бы поглащал всё в себя. — Москит сразу оживился после подзатыльника.
Мы с Тимуром синхронно кивнули.
— Так вот, у них протектор странный был: борта выступали, на пятках ёлочка в виде буквы «А», на носках шипы, но силуэт как будто лапа хищника. Следы… — Шершень пытался объяснить свою мысль. — У броневика было натоптано сплошь и рядом такими берцами, я ни с чем не спутаю.
— Ты хочешь сказать, что на группу эвакуации напал Синдикат? Свои же? — поинтересовался я.
— Точно нет, такие берцы были только у нашей группы для тестирования. Я вспомнил! Сам караван с поставкой, в которой ехала следующая партия, сначала тормознули вояки у Периметра, а потом этих вояк перекрошили и караван исчез со всем добром. Помните верхушка с пеной у рта рассекала и награду давала за любую информацию о нападении? Только вот хвостов мы так и не нашли… — Томагавк подключился к нашему локальному расследованию.
— Следы все разного размера, я насчитал троих в новых берцах и одного, судя по всему Кая, в обычных ботах. В итоге группа состояла из четырёх. Следы обрываются чуть глубже в зарослях от дороги. Но так тоже не бывает, они будто бы телепортировались или исчезли. — Шершень почесал затылок и докурил самокрутку.
Дальше повисла тишина, нарушаемая только гневом Выброса на поверхности. Он был сильный, жестокий и карающий, будто бы сама Зона гневалась и отправила палача, который убивает всех без разбора. И только спустя долгих двадцать минут ада, когда связь с сетью восстановится и КПК отвибрирует о том, что он включился, появится некролог за последние четыре часа. В списке, состоящем из почти сотни имён, которым не удалось дожить до следующего дня, затеряется одно имя. Но именно сейчас, это имя не утаится и врежется острой иглой в глаза Шершня, которое вызовет боль и скорбь, настолько, что снайпер даже пустит скупую слезу.
Кузнец. ID: 1579563. Ножевые ранения по всему телу. Массированное кровотечение.
Шершень попытался встать, но ноги упрямо подкашивались, а трясущейся рукой он протягивал мне КПК с выделенной пометкой в некрологе…
«Взаперти»
Мерц сидел в бытовом отсеке и смотрел в пустоту. Его новые берцы характерно поскрипывали, поскольку ещё не разносились, а обмундирование слегка вдавливалось и «похрустывало» от новизны и свежести. Он озадаченно перебирал мысли в голове и пытался соединить их во что-то цельное, ведь пару часов назад произошло что-то непонятное, что-то, по мнению Мерца, недоброе.
Кай резко сорвался, когда услышал по рации сигнал эвакуации: он будто бы ждал его или чувствовал, что этим закончится? Подозрительно было то, что штатный медик базы наёмников уже собирался на экстренный вызов, но Кай перехватил его под локоть и что-то нашептал на ухо, от чего тот побледнел и сумка с медикаментами выпала из его рук, затем развернулся и ушёл обратно в свой уголок. Перед уходом Кай как-то странно взглянул на Мерца, крикнул «До встречи, мисье!» и почти вприпрыжку ушёл в бокс с техникой…
Мерц посидел ещё некоторое время в бытовке и решил прогуляться по базе, изучив её. Конечно, новое лицо, невесть откуда взявшееся, ловило на себе настороженные взгляды наёмником и пристальное внимание постовых, но вице-монолитовца это ни капли не смущало — он все ещё отходил от пережитого. Ходил, бродил, удивлялся обстановке и серьёзному подходу к месту базирования. Так и добрался до Номада, который возился с какой-то аппаратурой и был весь на взводе, что для него весьма не характерно, ввиду его спокойствия и хладнокровия.
— День, кхм, добр… — начал было Мерц, но не успел договорить.
Номад повернулся на источник приветствия, но дослушать так и не довелось. Двое дежурных, подошедших к экс-монолитовцу сзади, окликнули его:
— Мерц? — поинтересовался один из бугаёв.
— Да.
— Ты пойдешь с нами и давай без выкрутасов. Руки за спину, не ёрзай…
Мерц даже не стал спрашивать в чём дело — просто решил выполнить указания наёмника. Когда наручники характерно щёлкнули, то конвой повёл его куда вниз по лестницам, ведущим в подвал.
Закуток за закутком, дверь за дверью и он оказался в комнате допроса, обшитой металлическими листами, без окон, а в центре красовался лишь старенький стол, да пара стульев друг напротив друга. На столе, ближе к краю, находился глухой карабин, к которому подцепили наручники. Всё это происходило в немой тишине — ни слова больше, ни слова меньше. Двое наёмников, ведущих Мерца, также безмолвно покинули помещение, не забыв запереть за особой дверь.
Бывший жнец «Монолита» откинулся, на сколько это позволяло расстояние, на стуле и запрокинул голову, уставившись в одну точку на потолке. «Я снова взаперти…» — пулей пронеслась мысль в его голове.
«Мы связаны»
Протоп стоял у входа в «Скадовск» докуривая сигарету и смотрел в спину стремительно бегущего куда-то в сторону портовых кранов Балта. Разговор с ним, стремительно завязавшейся, столь же стремительно оборвался, когда тот приложил руку к уху, в котором был наушник, что-то послушал и не проронив ни слова — смылся. Он даже не сказал, не назначил место встречи, ни-че-го…
Докурив и перекинувшись взглядом с охраной болотного ледокола, сталкер зашёл обратно внутрь и двинулся по лестнице в отсек, где бродяги останавливались на ночь или вовсе выкупали койко-место на продолжительное время. Близился палач Зоны — Выброс.
Лежа на скрипучей шконке и закинув ноги на перегородку, Протоп раз за разом перелистывал страницы своего дневника. Записи грезили воспоминаниями и мыслями, которым он итак уже отдал довольно много сил и времени, а свет от керосинки заставлял глаза слипаться. Внезапно громыхнуло, да так, что сложилось впечатление будто бы «Скадовск» вновь стал бороздить водные просторы и попал в сильнейший шторм.
— Что ж ты злишься, Матушка? — сталкер оставил вопрос в пустоте…
…После затяжного и невероятно сильного Выброса, когда Протоп думал уже провалиться в сон, а отоспавшись — знатно отобедать, его ПДА отвибрировал. Достав устройство из внутреннего кармана и разблокировав его, глазам явился некролог и сообщение от неизвестного:
Жду на базе «Sierra-12». На КПП назови моё имя.
И без подписи было ясно от кого данное сообщение.
2 часа спустя…
С.П.О. « SIERRA-12»
— И я ему говорю, мол, слушай мудрость… — улыбчивый наёмник сидел с кружкой чая у окна КПП. — Как-то раз я невзначай, сунул х*й в английский чай. И тут вмиг всё стало клёво: х*й — английский, чай — х*евый! Ха-ха-ха!
— Ты только боссу эту шнягу свою не выпали, а то уж он точно не вытерпит твои сексуальные наклонности… — не оценив юмора своего напарника ответил второй мерк.
Двое постовых, сидевших внутри КПП и распивавших пакетированный чёрный чай с бергамотом, не забывая прицокивать при каждом глотке, отвлеклись от своих обязанностей, игнорируя тот факт, что даже время от времени необходимо поглядывать в окно. А за ним, за этим стеклянным проёмом во внешний мир, хлестал неимоверный ливень, больше подходящий на шторм. Да и зачем? Внутри тепло, безопасно и по-своему уютно.
«Бам-бам-бам!» — в окно отбарабанили резко и внезапно.
— Ах ты ж ёп ежа да в жопу! — шутник пролил горячий напиток прямо себе на причинное место, когда их атмосферу нарушил стук по стеклу.
Двое вскочили, не забыв снять оружие с предохранителей. Из-за ливня ничего не было видно, а высунуться наружу — шанс поймать пулю, ведь неизвестно что ждёт тебя там — или постовые с обхода, или костлявая по твою душу. Поэтому наёмник подошел к передатчику и произнес:
— Кто?!
— Мне к Балту, у меня с ним встреча. — донеслось бурчание с динамика.
— Я спросил не к кому ты, а кто ты, мать твою.
— Протоп. Вольный сталкер.
И хорошо, что сталкер не стал артачиться и огрызаться, как минимум за слова про мать, пусть и образные. За такое — спрос за Периметром, а в Зоне — сразу можно и убить. Благо Балт всё предусмотрел и занёс разовый пропуск на территорию базы прямо на КПП.
— Это тот, на которого нам пропуск дали. — спокойно сказал напарнику второй наёмник.
Дверь открылась и в теплоту помещения ввалился сталкер, попутно образуя под собой солидную лужу, ведь вода с него стекала как и за окном.
— Стоять. — мерк перегородил путь рукой, оперевшись на стену. — Ты на территории наёмников и Синдиката. Сталкерам здесь не рады, поэтому без лишних движений и не суй свой нос куда не следует, если жизнь дорога. Оружие сдать здесь и сейчас. — отчеканил страж.
Протоп развел руками в примирительном жесте, мол, «что ж, добро» и улыбнулся.
— Чё лыбу давишь, вольный?! — второй мерк огрызнулся увидев улыбку сталкера.
— Да дождь вроде на улице идёт, а у твоего напарника штаны мокрые! И присказка про английский чай мне понравилась, надо будет запомнить…
Наёмники больше не проронили ни слова, забрали оружие, убрали его в сейф под замок и выставили за дверь наглого сталкера. Только спустя минуту, после того как Протоп ушёл в сторону главного здания, один из них сказал:
— Журя, а я нихрена не понял… Он как вообще услышал сквозь стены твой базар? Небылица какая-то…
…Я стоял у входа, таращась на проливной дождь и скучал. Нет, в моей ситуации скучно мне точно не было. Я скучал про семье. По своему сыну, по своей жене, по своей матери… Теперь ещё и по своему брату — Дино. Я стоял и думал «стоит ли эта работа того?» Сколько я своих не видел? Увижу ли вновь, или завтра может не наступить? У Кузнеца вот уже не наступит… А у меня?
— Наступит. — твёрдо ответил я наперекор своим мыслям. — Не паникуй, Балтика, не паникуй…
Позывной Балт пошёл от моей любви к Балтийскому морю и Кёнигсбергу, а если проще — Калининградской области. Пилау, он же Балтийск, Куршская коса со своей дюной, да и город со своими крепостями и замками…Началась эта любовь ещё со срочной службы с якорем на чёрном фоне с красной окантовкой, а закрепилась совместным путешествием в данные просторы Матушки-России со своей супругой. Там, на берегу Балтийсого моря, у посёлка Янтарный, мы и узнали о пополнении. Вернее там мы уже знали, что жена в положении. Да что там, мы даже мою маму отправили в санаторий в Светлогорск…
… Вот и сейчас этот ливень напоминал мне бушующее холодное море, шторм внутри моей души. Нужно было со всем разбираться.
— Ну и долго ты там сиськи будешь мять, сталкер?! — окликнул я мокнущего под дождём Протопа.
Вольный сперва услышал, затем увидел меня и поспешил.
— Ну и лабиринты тут у вас, хоть бы указателей наставили! Чёрт ногу сломит да обратно в ад ускочит, пока вход найдет!
— Всё из тактических соображений. — сделал я умный вид.
Я не стал церемонится и сразу же повёл сталкера в подвальное помещение, именуемое здесь изоляционным отсеком, включающим в себя комнаты допроса, пыточные, камеры и карцер. Мини-тюрьма, получается. Ну что ж поделать, работа у наёмников, знаете ли, разносторонняя. Шли до назначенного места встречи в тишине и покое, не роняя лишних слов. В конце-концов нашему вниманию предстал узкий коридор, в котором расположились «Лешие» — кто на корточках, кто стоя. Я достал ключи из кармана, благополучно взятые у местных «надзирателей» и отворил дверь под индексом «КД-1».
Мерц дремал сидя на железном стуле, но его бесцеремонно прервало лязганье ключей и звук поворота в замочной скважине.
Первым в комнату зашёл я, следом Протоп и Томагавк. Снайперы решили не создавать толкучку внутри комнаты и остались снаружи, дабы чужие уши не услышали чего не нужно.
…
— Мерц, давай по-хорошему… Мне просто непонятны ваши мотивы: зачем сначала помогли нам там, в Рыжем лесу, а сейчас твой друг… Да ты и сам в курсе ваших планов. — говорил я завуалировано, чтобы заблаговременно определить по ответам, врут мне или нет.
Но Мерц молчал, а его глаза не выражали абсолютно никаких эмоций. Мерц молчал и спустя долгие минуты, будто даже не слышал мой вопрос. Я достал самокрутку, закурил, уселся на край стола и склонился над экс-монолитовцем.
— Слушай. Ты вроде путёвый мужик. Да, со своими тараканами в голове и поехавшей кукухой, но всё же нор-маль-ный… Давай так, чтобы дело не дошло до пыток.
— Если б я хоть что-то понимал и хоть что-то знал, я рассказал. — обратил свои пустые глаза на меня Мерц. — Я даже не знаю что случилось и зачем меня снова заперли.
— Снова? — недоуменно спросил Тимур.
— «Монолит» — это жизнь взаперти.
— Хватит философии! Давай выкладывай всё о седовласом у*бке, который похитил Дино и зарезал Кузнеца! Всё это выглядит как заказ на нас! Откуда у вас была информация, что именно мы пойдем штурмовать мост?! — я стал задавать конкретные вопросы…
продолжение следует…