С младшей сестрой у нас разница в возрасте 2 года. С самого детства родители её баловали: самый красивый кусок торта, самые лучшие платья и игрушки доставались именно ей. И так было во всём. На мой вопрос "Почему?" мама отвечала всегда одинаково: "потому что она младше". То, что по факту я тоже все еще ребенок и хочу внимания, значения не имело.
Ей прощались любые капризы и хулиганство. Мама помогала ей делать уроки. Шила ей красивые костюмы и платья на праздники. Я всегда была слишком большой для этого.
Зато спрос с меня всегда был, как со взрослого человека. К приходу родителей с работы я должна была навести дома порядок, сходить в магазин, покормить скотину, забрать сестренку из детского сада или школьной продленки.
Младшей сестрой родители всегда гордились, хвалили её, на семейных праздниках и в гостях рассказывали присутствующим, какая она умница да красавица. А обо мне ни слова, словно и нет меня. Почему-то никто не замечал этого, как будто не хотели замечать и меня.
Иногда у меня появлялись подозрения, что я родителям не родная, и меня взяли из детского дома. Но никаких подтверждений этому не было, а на все мои вопросы мать отвечала, что я дурная и говорю глупости.
Порою такое отношение ко мне я списывала на то, что моя мать выросла не в самой благополучной семье. Отец бросил их с матерью, когда мама была совсем маленькая. Ее мама, моя бабушка, спустя несколько лет вышла замуж за соседа, вернувшегося из мест лишения свободы. Не знаю, какое там было воспитание, но моя мама оборвала с ними всякое общение, когда в 18 лет вышла замуж за моего отца.
Помню, мне было лет 10, когда к нам в гости неожиданно приехала бабушка. Но мама ее даже на порог не пустила, просто захлопнула перед нею дверь.
- Как была непутевой, так ею и осталась, - только и крикнула напоследок бабушка и больше я ее не видела.
А когда мне было 30 я попала под машину. Сама не понимаю, как это случилось, я переходила дорогу по нерегулируемому пешеходному переходу, когда услышала визг ревущего мотора и несущийся прямо на меня автомобиль. Я даже сообразить не успела, куда бежать, что делать, как ощутила мощный толчок, а затем меня подбросило вверх, после чего я уже ничего не помню.
Очнулась в больнице, вся в бинтах и гипсе.
Ко мне в палату пришла медсестра, поставить мне капельницу.
- Как ты? - участливо спросила она. - Два дня без сознания была.
- Пить хочу, - только и смогла сказать я, Во рту все пересохло, мучила жуткая жажда.
- Когда твои придут, скажи им, пусть минералки принесут. Только без газа. - она поправила мне одеяло и добавила. - Хочешь, матери твоей позвоню, скажу, что ты в сознание пришла?
- А она приходила? - спросила я ее.
- Нет, - ответила та и, помолчав, добавила, - Звонила. Ты не переживай, она в курсе... Мы с ней в одном классе учились, дружили, пока она не...
Медсестра осеклась, как будто сказала что-то лишнее, и замолчала.
- Меня Наташа зовут, если что - зови, я на посту, - она погладила меня по голове и вышла.
На следующее утро Наташа принесла лекарства.
- У меня для тебя хорошие новости, - сказала она, поставив мне на стол бутылку воды. - Врач говорит, что прогнозы хорошие. Шрамы, правда, останутся... Но в остальном все очень даже неплохо. Но гемоглобин слишком низкий, очень много крови потеряла. Надо бы родственникам твоим передать, что доноры нужны.
- Ну, не знаю... - ответила я. - Сестра беременная. Мать больная вся...
- А отец?
- Отец умер в прошлом году. Сердечная недостаточность.
- Как умер? - удивилась Наташа. - Он у нас лежал полгода назад, в другом отделении. С пневмонией. Здоров был, как конь.
- Нет, не может такого быть... Вы что-то путаете... - удивилась я.
- Аааа.. Я, кажется, поняла... Да, точно, я перепутала, - сказала Наташа и поспешно вышла из моей палаты.
Я долго думала над этим разговором. Что-то мучило меня. Может, я чего-то не знаю? Какую еще тайну скрывают от меня родственники? Мне обязательно нужно было все узнать.
Уже на следующий день мне сделали переливание крови. Кто был донором, я так и не узнала - ни мама, ни сестра меня не навещали.
Прошло еще две недели, прежде чем я начала вставать со своей кровати. Дождалась, когда Наташа была в ночную смену. Ближе к полуночи доковыляла до поста медсестры. Наташа сидела, склонившись над журналом и заполняла его под лучом зеленой настольной лампы.
- Ааа, это ты... - Наташа улыбнулась, увидев меня. - Не спится?
- Тетя Наташа... - я запнулась, не зная, как начать разговор. - Расскажите мне о моем отце...
Она оторвалась от журнала, застыла, посмотрев мне прямо в глаза.
- Ммм.. Варя, это не моя тайна... И я не знаю, вправе ли я... Я думала, ты все знаешь...
- Я знаю только то, что никому не нужна. Но не понимаю, почему... - ответила я, едва сдерживая слезы.
- Я расскажу тебе, только обещай мне, что не будешь делать поспешных выводов и кого-то винить в том, что случилось. Это очень сложная история...
В больнице мне предстояло провести еще много времени, его было достаточно на то, чтобы все переварить и принять ситуацию. Я согласилась и дала обещание, что не буду рубить сгоряча.
Наташа рассказала, что с моей мамой, Верой, они дружили с первого класса. С полуслова понимали друг друга, делились своими детскими тайнами. Но что-то изменилось, когда они учились в 7 классе.
- Я чувствовала, что Вера от меня что-то скрывает, недоговаривает, - сказала Наташа. - Я пыталась с ней поговорить, но все было бесполезно. Она уходила от разговора, просто сбегала от меня.
А в 11 классе, когда все готовились к выпускным экзаменам, одноклассники вдруг стали замечать, что Вера заметно поправилась.
- Да, она оказалась беременной. - сказала Наташа. - Но я не понимала, от кого, как? Мы ведь не встречались тогда еще с мальчиками... Я бы точно знала...
Когда ее мать об этом узнала, дома был большой скандал. Вера сказала, что она беременна от отчима. Но мать не поверила ей. Выгнала из дома. Два месяца Вера жила у нас. Вплоть до выпускных экзаменов. А потом... Потом замуж внезапно выскочила. Успела до родов. За Витьку - он давно уже глаз на нее положил. Не посмотрел, что беременная.
А Вера с тех пор больше не общалась ни с матерью, ни с отчимом. Мать ее то ли действительно не поверила ей, то ли сделала выбор в пользу своего мужа, не захотела, чтобы сел опять...
- Не обижайся на мать, что любви тебе ее не хватало. - сказала Наташа, - Ты - боль всей ее жизни... Сейчас уже ничего нельзя ни изменить, ни исправить. Просто прости ее... Просто прости...
