У каждого своя игра
Впервые лондонская погода встречала прибывающие в порт корабли ярким солнцем и теплом.
- Это хороший знак, - подумала с надеждой Мэри, - и я скоро найду своего Ангелочка.
Чтобы достичь своего роскошного особняка, экипажу леди Гранд приходилось протискиваться по проезжей части лондонских улиц, привычным явлением для которых становились пробки. Обычно её раздражало подобное бессмысленное сидение и ожидание того момента, когда изворотливый кучер сумеет втиснуться в образовавшуюся небольшую прогалину, чтобы продвинуться на несколько метров вперёд, но сейчас она была абсолютно спокойна. Она не обращала никакого внимание на медленную езду, и только запах конского пота и навоза делал поездку не слишком приятной и отвлекал от мыслей о дочери.
- Франция объявила мобилизацию резервистов! В Европе вновь запахло войной! – Кричал пробегавший мимо мальчишка – торговец газетами.
События, происходившие в Европе, не могли не интересовать Мэри Гранд, судьба которой напрямую зависела от устремлений двух разведок, агентом которых она являлась. Она отчётливо осознавала, что любое новое задание в настоящий момент могло сильно затруднить поиски дочери, но отказаться от них, зная, что угрожает в этом случае её дочери, она не могла. Покидая Париж, Мэри узнала, что со дня на день должна состояться беседа между королём Пруссии Вельгельмом и французским посланником Бенедетти, в ходе которой должен был решиться вопрос о замещении вакантного испанского престола. Последние несколько дней ей было не до мировых событий, потому что их полностью заслонили поиски дочери. Теперь читая газету, она узнала, что телеграмма, направленная из Эмса советником прусского министерства иностранных дел Абекеном канцлеру Отто Бисмарку попала в печать в сильно искажённом и провокационном виде, из-за чего французское правительство посчитало её оскорбительной для себя и стало готовиться к войне.
- Здесь явно не обошлось без их пройдохи – канцлера. Думаю, войны не избежать. Как всё-таки сложно устроена наша жизнь. Из-за горстки самодовольных идиотов, вершащих большую политику, и благодаря которым Франция накануне войны осталась в дипломатической изоляции и без союзников, вновь пострадают и погибнут тысячи ни в чём неповинных людей.
Вдруг ей вспомнился маркиза де Виси и её сердце сжалось.
- Если бы он только знал, что мы с ним находимся по разные стороны баррикад…
От скорбных мыслей её оторвал вопрос Жюли:
- Леди Мэри, в Лондоне всегда такие заторы?
- Последнее время, да.
- А как же тогда проезжает на пожар пожарная команда?
Мэри никогда не задумывалась над этим вопросом, поэтому рассеянно ответила девушке:
- Видимо, они ищут объездные пути.
Она вдруг вспомнила, что завтра ей предстоит тяжёлый разговор с лордом Кэмптоном, который просто взбешён её незапланированной задержкой во Франции и приказала кучеру:
- Брикс, ищите дорогу, по которой можно объехать эту толчею!
- Объясните мне, дорогая леди Гранд, какими такими причинами вызвано Ваше «скитание» по французскому побережью и неожиданное решение отплыть из Гаврского порта? И это в тот момент, когда исключительные обстоятельства требуют Вашего пребывания в Лондоне. Я лишних четыре дня ждал от Вас информации, которая была нам так необходима, – упрекнул её сэр Уильям Кемптон, с трудом скрывая раздражение.
Она поняла это по его подрагивающему голосу и рукам, которые не находили себе места и теребили лежавший на столе листок бумаги.
- Последнее время Вы, мисс Гранд, начинаете меня удивлять и настораживать.
Мэри ясно осознавала, что, если не сможет развеять сомнения своего руководителя, возникшие у него относительно её благонадёжности, то на многие месяцы лишится возможности поиска дочери и встречи с ней. У Мэри Гранд не было сомнений, что «благодарный» сэр Кемптон постарается серьёзно осложнить ей жизнь, и достигнет в этом неплохих результатов. В надежде, что сумеет каким-то образом выкрутиться, она решила пойти ва-банк.
- Дорогой сэр Уильям, когда я почувствовала за собой слежку, то не стала раньше времени поднимать тревогу и решила вначале сама всё досконально проверить. Наняв новую камеристку, я, сделала так, чтобы вся прислуга узнала о том, что я посылаю мадемуазель Вернье с секретными бумагами на побережье. Приказав ей срочно отправляться в Гавр за новыми нарядами, я, в присутствии дворецкого, вручила ей бумаги с набросками платьев, которые ей предстояло там заказать. Когда камеристка вернулась и сообщила, что на протяжении всего путешествия, за её экипажем неотступно следовала странная карета, не упускавшая её из виду, я вновь задумалась. Девушка чётко выполнила мои указания и, оставив бумаги у одной из модисток, покинула город. Спустя несколько дней я сама отправилась в Гавр. Каково же было моё удивление, когда я узнала, что несчастная женщина, которой камеристкой были переданы мои рисунки платьев, несколько дней назад была схвачена неизвестными людьми. Переправив часть документов, предназначавшихся для Вас в наше посольство в Париже, я не стала возвращаться в столицу и покинула Францию на корабле, вышедшем из Гавра. Ещё раньше у меня появлялись смутные догадки, что несколько людей, служащих в моём доме, работают на французскую или германскую разведку, то после событий, произошедших в Гавре, у меня отпали в этом последние сомнения. Мэри взглянула в упор на своего руководителя и с металлом в голосе произнесла:
- Это Ваши люди, сэр Уильям, отбирали и проверяли нанятых в мой дом людей, и теперь я могу только догадываться о том, что могли слышать их вражеские уши.
Руководителю разведывательного ведомства стало явно не по себе, и, спустя мгновенье, он с трудом сдерживал рождавшееся в нём бешенство.
- Да, как она смеет со мной так разговаривать? - Лорд Кэмптон пристально, будто испытывая её, взглянул на Мэри Гранд, но её лицо было по-прежнему спокойным и не выражало никаких эмоций.
- Если всё обстояло именно так, как рассказывает Мэри, людей подбиравших прислугу, необходимо жесточайше наказать. Но, если здесь что-то другое, и она ведёт против нас свою игру…
Когда один из самых ценных агентов Кэмптона покинул его кабинет, руководитель разведывательного ведомства погрузился в глубокие размышления.
- Эта Мэри Гранд – крепкий орешек, который, как оказалось, даже мне не по зубам. Видимо, неспроста лорд Лэстер на протяжении стольких лет интересуется ей. А эта старая лиса никогда ничего не делает просто так. Надо будет всё тщательно обдумать и проверить.
Офицер, которому было поручено выехать во Францию, был готов к отъезду, когда приказ неожиданно отменили. Депеша, полученная несколько минут назад от Френсиса Эйли, гласила:
- Довожу до Вашего сведения, что мадам Ковеньон, служившая кухаркой в особняке на Елисейских полях, который снимала леди Мэри Гранд, несколько лет назад была завербована русской разведкой и последние три года являлась их агентом. Спустя три дня, после того, как леди Гранд покинула пределы Парижа, кухарка была арестована французскими властями. Представитель департамента внешних сношений Франции высказал сожаление по поводу того, что леди Мэри Гранд, в особняке которой служил русский агент, так поспешно покинула пределы Франции, и он не может пригласить её к себе на доверительную и секретную беседу.
Теперь, когда слова агента получили подтверждение и всё, наконец, встало на свои места, лорду Кэмптону осталось выяснить только причину не проходящего интереса со стороны лорда Лэстера к леди Гранд. И эта загадка, похоже, должна была стать самой сложной из тех, которые ему приходилось решать за последние годы.