«Его дочь, вступая в партию, на вопрос о родителях ответила, что отец у нее Молотов, а матери у нее нет», — написал в газете публицист Лев Разгон весной 1989-го. Это была ложь.
Но Светлана Молотова этих слов не пережила. Через неделю её сердце остановилось. Дочь всесильного наркома умерла в шестьдесят лет от обвинения, которое оказалось страшнее тюрьмы.
А ведь когда-то она была кремлевской принцессой. Родилась в Берлине, росла вместе с дочерью Сталина, училась у лучших педагогов. Но привилегии не спасли от падения.
«Золотой мир» кремлевской принцессы
Май 1929 года. В одном из берлинских роддомов Полина Жемчужина родила девочку. Роды тяжелые, но всё прошло отлично. Немецкие медики справились.
Имя выбрали не случайное, назвали Светланой, как и дочь Сталина. Жемчужина боготворила вождя и его семью. Назвать ребенка так же означало выразить преданность.
Отец приезжал в роддом каждый день. Обнимал жену, заглядывал в люльку к дочери. Эта деталь осталась навсегда в памяти.
«Дед очень нежно относился к жене и к дочери», — вспоминал потом внук Молотова Вячеслав Никонов. Вячеслав Михайлович был из тех, кто умел любить.
Детство Светы прошло в "золотом" кремлевском мире. Уроки английского она изучала с британкой Дорис Харт-Максиной. Также были занятия музыкой и гимнастикой.
Мать одевала дочку скромно, почти бедно.
«Девочка была одета не просто скромно, а довольно бедно», — отмечали знакомые семьи.
Полина Семеновна хотела воспитать девочку стойкой, готовой к трудностям.
Цена фамилии
И трудности не заставили себя ждать. В школе Света училась блестяще и закончила её с золотой медалью. Поступила в МГИМО. Но когда подала заявление в комсомол, случилось неожиданное. Школьный комитет отказал дочери главы правительства. Сказали, что она как пионер совсем не активная, не участвует в жизни коллектива.
Казалось бы, формальность. Но через несколько дней в школу пришли двое мужчин. Стали расспрашивать секретаря комсомольской организации, почему Молотову не приняли.
Девушка объяснила, показала протокол. Дяденьки молча ушли. Секретаря организации через месяц сняли с поста за "недостаточную активность". А Света поняла, что фамилия может быть и защитой, и проклятьем. Но настоящий удар обрушился позже. 29 января 1949 года.
Той ночью пришли за матерью. Полину Жемчужину арестовали и обвинили в "преступной связи с еврейскими националистами". Светлане было девятнадцать. Она видела, как мать уводят. Видела молчание отца. Вячеслав Михайлович не сказал ни слова. На заседании Политбюро он воздержался, когда голосовали за исключение жены из партии. Молчал, даже когда Полину подвергали многочасовым ночным допросам, добиваясь признания. Жемчужина держалась.
А Молотов продолжал ходить на работу, вести заседания, подписывать документы. Светлана видела это молчание отца и не понимала. Только спустя годы стало ясно то, что вступись Молотов за жену, следующими арестовали бы его и дочь.
Полину отправили в ссылку в Кустанайскую область. Пять лет в казахской степи. Молотов даже формально развелся с ней. Светлана осталась с отцом. Он работал. Молчал. Ждал.
Только после смерти Сталина в марте 1953-го Полину освободили. Жемчужина вернулась к мужу. Не упрекнула ни разу. Они прожили вместе до её смерти в 1970 году.
Личная «холодная война»
А Светлана в то время пыталась построить собственную жизнь. Первым мужем стал Владимир Ильюшин, сын знаменитого авиаконструктора. Летчик-испытатель, герой. Родилась дочь Лариса. Казалось бы, счастье. Но Володя влюбился в Нателу Джапаридзе. Ушел из семьи, и даже не оглянулся. Света осталась одна с ребенком.
Второй брак дал надежду. Алексея Никонова она встретила в МГИМО. Коллега, историк, умный мужчина. Они поженились. Родились двое детей — сын Вячеслав и дочь Люба. А Алексей вдруг сделал стремительную карьеру — стал профессором МГИМО. Конечно, брак с дочерью легендарного наркома сыграл роль. Но это была любовь. Или казалась ею.
Всё рухнуло, когда к власти пришел Никита Хрущев. Развенчание Сталина. Борьба с "антипартийной группой Маленкова, Молотова, Кагановича". Никонова лишили должности.
И тогда он показал себя. Позвал жену и сказал холодно:
«Считай, что с сегодняшнего дня мы больше не муж и жена. Но чтобы сплетни не разнеслись, внешне всё останется прежним. Официально не разводимся. Ты сама по себе, я сам по себе. Делай что хочешь, с кем хочешь, но домой являйся не позже полуночи. И запомни — к сыну не подходи. Я сам буду его воспитывать. А тебе оставляю дочерей».
Муж забрал сына. Вячеслава Светлана почти не видела после этого. Мальчик рос с отцом, а мать стала чужой. Люба и Лариса остались с ней. Никонов обвинил во всем жену, а её фамилия стала помехой его карьере.
Слово, страшнее ссылки
Света работала редактором в Вестнике МГИМО. Жила тихо. В 1970 году умерла мать от рака. Вячеслав Михайлович ездил к ней в больницу каждый день. Уход Полины он переживал тяжело. После этого прожил еще шестнадцать лет. В 1986-м Молотова не стало. Ему было девяносто шесть.
А потом началась перестройка. Время разоблачений и грязи. Журналисты разрывали прошлое на куски. Светлана видела, как её родителей обливают грязью в каждой газете.
«Она болезненно воспринимала публикации об отце, ушла в себя, замкнулась», — вспоминал сын Вячеслав.
Она молчала, сжимала губы, уходила в свою комнату. Замыкалась всё больше. Но терпеть можно было до поры.
Весной 1989 года в одном из журналов вышла статья Льва Разгона. Писатель утверждал, будто Светлана Молотова при вступлении в партию отреклась от матери. Сказала, что у неё есть отец Молотов, а матери нет. Это была чудовищная ложь. Но люди верили. Огонек тогда читала вся страна.
Светлана прочитала статью. Села в кресло. Не могла встать. Отречься от мамы? От Полины Семеновны, которая прошла тяжелые испытания и ссылку? Сердце сжалось в комок. Боль в груди. Острая, жгучая. Через неделю её не стало. Инфаркт. До шестидесятилетия оставалось несколько дней.
Мать пережила допросы и вернулась к мужу. Отец прожил почти век. А дочь не дожила до шестидесяти. Сердце не выдержало грязных, чужих слов. Наследница наркома так и не смогла выбраться из тени истории.