Захожу я вечером в вагон метро в Ташкенте - в яркой курточке и с рюкзачком 45-летняя весёлая тётя. А тут с разных сторон вагона, да сразу несколько человек, да как подскочили и уступили мне место! Мне, которая ещё пока сама всем место уступает! Ну вот и всё, здравствуй, почтенная старость. А если серьёзно, все здесь очень вежливые и доброжелательные. Да, подростки возле школы, как и в России, пыхтят в свои электронные парилки и матерятся. Но они же уступают место в общественном транспорте и придержат дверь на выходе из метро.
Захожу я вечером в вагон метро в Ташкенте - в яркой курточке и с рюкзачком 45-летняя весёлая тётя. А тут с разных сторон вагона, да сразу несколько человек, да как подскочили и уступили мне место! Мне, которая ещё пока сама всем место уступает! Ну вот и всё, здравствуй, почтенная старость.
А если серьёзно, все здесь очень вежливые и доброжелательные. Да, подростки возле школы, как и в России, пыхтят в свои электронные парилки и матерятся. Но они же уступают место в общественном транспорте и придержат дверь на выходе из метро.
