Автор рассказа: Яна
Канал автора в Телеграм: https://t.me/novclubr
На канале есть видео с озвучкой этого рассказа:
Подписывайтесь также на наши каналы в YouTube, RUTUBE и Telegram – там тоже много интересного:
– YouTube: https://www.youtube.com/@SkeletonJackHorror
– RUTUBE: https://rutube.ru/channel/38106105/
– Telegram: https://t.me/skeletonjackhorror
А теперь поехали!
Тени Неовиля. Петля
Неовиль задыхался в багровом тумане неоновых вывесок и страха. Каждую ночь город терял ещё одну душу, и Меган оставалась последней надеждой. Она копалась в грязных переулках, допрашивала подозрительных личностей, и всегда рядом — тенью, неотъемлемой частью её расследований — была сущность.
Сущность… она появилась внезапно, словно вынырнула из самой тьмы Неовиля. Молчаливая, проницательная, она каким-то непостижимым образом всегда оказывалась на шаг впереди Меган, подсказывала верные направления, улавливала то, что ускользало от её внимания. Темноволосая доверяла ей, хотя и не понимала, кто она такая. Но со временем доверие ускользнуло, словно дым тлеющей сигареты.
Тень — её верная помощница — оказалась не простой. Она была её тёмной стороной, её подавленным «я», вырвавшимся на свободу. Её целью было разрушить Меган, уничтожить, поглотить её свет и доброту. Она была воплощением всего, чего девушка боялась в себе. Битва начиналась. Не только за Неовиль, но и за душу Меган. Девушка всегда знала, что в ней есть тьма, отголоски пережитого, боль и страх, которые она так тщательно скрывала. Но чтобы эта тьма обрела форму, превратилась в преследующую сущность, в её верную помощницу, в её отражение… Это было немыслимо.
Изнуряющая борьба требовала всех её сил, каждой капли воли. Ночи превращались в кошмарные бдения, где в тенях её комнаты оживали самые тёмные страхи. Она пыталась найти в себе что-то настоящее, что-то, что не было запятнано этой тьмой. Обращалась к воспоминаниям о счастливых моментах, о смехе близких, о мгновениях искренней радости. Но тьма, казалось, извращала даже их, превращая в горькие насмешки.
Иногда, на грани отчаяния, она чувствовала, как её покидают силы. Как эта тень берёт верх, окутывая ее разум липкой пеленой. В такие моменты ей казалось, что всё кончено. Что она обречена стать тем чудовищем, которым всегда боялась стать. Но Меган не сдавалась. Она боролась за свою жизнь, за свою душу, за то, чтобы снова увидеть мир чистыми, любящими глазами. Она должна победить. Ради себя. Ради тех, кого любила. Ради надежды на будущее, в котором не будет места тьме.
Находясь в кафе и медленно делая глотки горячего кофе, Меган думала. Долго. Настолько долго, что не заметила, как посетители начали покидать круглосуточное заведение, оставляя чаевые официантам. Но это не волновало её, не говорило ей о том, что пора домой. В тёплую постель или за стол, где она могла сделать новые записи об убийствах. Это сейчас было не главное. Воспоминания, словно осколки стекла, врезались в сознание: шёпот, подталкивающий к гениальным, но жестоким решениям, уверенность, граничащая с безжалостностью, взгляд, в котором плясали отблески нечеловеческого холода. Всё это было ею. И Меган всё окончательно поняла. Отвращение и страх перемешались с мучительной болью. Как она могла не заметить? Как позволила этой тьме укорениться в себе, оплести её разум своими ядовитыми лозами?
Каждый день был борьбой. Каждый вдох — усилием воли. Она боялась заснуть, боялась потерять контроль, боялась, что тень снова захватит власть и заставит её совершить непоправимое. В её душе бушевала буря отчаяния и вины. Как она могла предать близких? Как могла допустить, чтобы это чудовище завладело её разумом?
Но где-то глубоко внутри ещё тлел уголёк надежды. Надежды на искупление, на прощение, на возможность снова стать собой. Она знала, что борьба будет долгой и мучительной, но она была готова. Она должна была побороть свою тьму, не только ради себя, но и ради памяти тех, кого она потеряла. Ей необходимо было вернуть контроль над своей жизнью, вернуть себе душу.
Сейчас дрожащие руки Меган крепко сжимали край стола. Зеркало, словно живое, дышало отражением её ужаса. Она видела, как тень в её глазах сгущается, как усмешка на губах становится всё более жестокой. Боже, как же она ненавидела это существо, эту мерзкую пародию на себя! Как же она хотела вырвать его из себя, разорвать на части, навсегда избавиться от его присутствия. Но она знала, что это не так просто. Это часть её, пусть и самая тёмная, самая отвратительная.
— Ты ищешь монстра, Меган? А что, если монстр — это ты? — прошептала тень, и девушка увидела её лицо. Лицо, которое сложно было отличить от человеческого. Лицо, которое начало искажаться, превращаясь в жуткое подобие её собственного.
Она попыталась собраться с мыслями, ухватиться за рациональное. Но логика отступала перед лицом необъяснимого. Перед ней стояла сама сущность, но и нечто иное, что-то зловещее и знакомое одновременно. Её собственное лицо, искажённое ненавистью и злобой, смотрело на неё с презрением.
— Ты ошибаешься, — прохрипела Меган, с трудом смотря на тень, — я не монстр. Я борюсь с монстрами.
Но голос её звучал неуверенно, словно она и сама не до конца в это верила.
— Взгляни на себя, Меган. Я — это ты. Все эти жертвы были для тебя, только для тебя, ты сама их хотела, — шептала сущность, глядя на темноволосую.
— Ложь, — ответила девушка, отводя взгляд, — ты лишь моё воображение.
Сущность не была демоном в классическом понимании, скорее — воплощением всех её страхов, сомнений, и подавленных желаний. Она шептала на ухо Меган каждый раз слова, полные яда и отчаяния, капля за каплей отравляя её душу. Как и сейчас.
— Ты ничтожна. Посмотри на себя! Неудачница, потерявшая всякую надежду, — продолжала шипеть тень, когда девушка тщетно пыталась сосредоточиться на своём отражении. Её руки дрожали, слёзы туманили зрение. Она отчаянно цеплялась за остатки веры в себя, но голос тени звучал всё громче, всё убедительнее.
— Хватит, — крикнула Меган, ударив по зеркалу, чтобы избавиться от сущности. Осколки упали на стол, издав до тошноты отвратительный звук. Всё стихло.
Девушка упала на кровать, мгновенно прикрыв лицо, чтобы успокоиться. Она одна. Все хорошо. Это просто недосып. Отвращение к себе только росло, а слабость постепенно завладевала телом.
Даже спустя дни Меган помнила кровь. Её липкий, металлический вкус, который оставался на губах, когда она касалась их разбитыми пальцами, отвратительный и в то же время завораживающий. Но ещё отчётливее она помнила шёпот, скользкий и убедительный, как змея. Шёпот, который внушал ей, что это необходимо, что это правильно. Шёпот, который исходил изнутри. Теперь ей предстояло самое трудное расследование в её жизни — расследование самой себя. Борьба с тенью, укоренившейся в её душе, борьба за право быть собой, за свет, что ещё тлел в глубине её измученного сердца.
Каждый новый день был битвой. Слова поддержки друзей звучали как далекое эхо в оглушающей тишине её внутреннего ада. Каждый проблеск надежды тут же гас под натиском леденящего шёпота: «Ты не избавишься от меня. Я — это ты».
Теперь, запертая в своей комнате, Меган смогла себя перебороть и взять осколок зеркала. Темноволосая взглянула на своё усталое лицо, синяки под глазами и болезненный вид, однако она видела не только своё отражение. Она видела тень — ту злобную усмешку, горящие ненавистью глаза, холод, который расползался по телу девушки, стоило сущности лишь появиться. Её второе «я». Сущность, которая обманом заставила её поверить, что убийства были совершены только для неё. Ради неё.
Слёзы текли по её щекам, обжигая кожу. Она чувствовала себя грязной, сломленной, недостойной прощения. Как она могла смотреть в глаза матери, отца, друзьям? Как могла жить дальше, зная, что её руки обагрены кровью невинных? Эта ноша была неподъёмной, она давила на неё, словно каменная плита, грозя раздавить её в любой момент. Это всё из-за неё. Она виновата.
Но сквозь пелену отчаяния пробивался слабый лучик надежды. Надежды на то, что она сможет измениться, что сможет искупить свою вину. Она понимала, что это будет долгий и трудный путь, путь, полный боли и страданий. Но она была готова идти по нему, шаг за шагом, день за днём. Она должна была доказать себе, что она не чудовище, что в ней ещё есть что-то хорошее, что-то светлое.
Осознание пришло слишком поздно. Если бы девушка поняла всё раньше, город бы смог избежать десятков смертей. Она должна всё исправить. Меган отбросила осколок, который со звоном упал на пол. Теперь игра будет по её правилам. Темноволосая быстро убрала комнату и села за стол, стараясь найти что-то полезное в ноутбуке. Никакой информации. Никто не писал о данных сущностях.
Отчаяние сменилось решимостью. Меган стиснула зубы, ощущая, как в жилах закипает лёд. Она больше не позволит этой твари использовать себя, манипулировать собой. Она вырвет контроль из её когтей, чего бы это ни стоило. Каждая мысль, каждая клетка её тела кричала о мести, о справедливости для тех, кого она предала. Например, саму себя.
Она встала, ощущая, как дрожат колени, но в глазах горел огонь. Огонь, который не позволял ей сломаться, огонь, который заставлял её двигаться вперёд. Она вспомнила лица тех, кого потеряла, их улыбки, их голоса. Память о них была самым страшным наказанием, но и самой сильной мотивацией. Они верили в неё, и она не могла их подвести. Вспомнился образ сестры. Светлый лучик в её жизни, который так быстро погас.
Мир за окном казался серым и враждебным, но Меган больше не боялась. Страх отступил перед лицом ненависти к себе и решимости исправить содеянное. Она знала, что это будет битва не на жизнь, а на смерть, битва с самой собой, со своей тёмной стороной. Но она была готова.
Она нашла старую куртку, накинула её на плечи и вышла из комнаты. Каждый шаг отдавался гулким эхом в пустом доме. Она знала, что её ждёт. Опасность подстерегала на каждом углу, но она больше не могла прятаться. Она должна была встретиться с ней лицом к лицу, чтобы положить конец этому кошмару. Чтобы дать надежду тем, кто её потерял. Чтобы, наконец, простить себя.
Она вышла в промозглую тьму, и город встретил её молчаливым укором. Каждый фонарь, каждая тень казались свидетелями её падения, напоминали о цене предательства. Но теперь всё изменилось. Пелена стыда разорвана, и сквозь неё пробивается твёрдая решимость. Девушка шла вперёд, позволяя ногам самим вести её, а сердцу — указывать путь. Путь, усыпанный осколками прошлого, но озарённый слабым светом надежды.
Её руки сжимались в кулаки, ногти впивались в ладони. Боль была невыносимой, но она приветствовала её. Боль — это напоминание о том, что она ещё жива, что она ещё чувствует. Чувствует вину, скорбь, любовь. Любовь, которую она едва не потеряла, любовь, которая теперь стала её щитом и мечом. Меган знала, что её поиск будет долгим и мучительным. Что ей придётся пройти через ад, встретиться с демонами, которых она когда-то выпустила на свободу. Но она не отступит. Не только ради себя, но и ради близких. Их голоса звучали в её голове, их лица стояли перед глазами. Они верили в неё, и она отдаст всё, чтобы оправдать их веру.
И вот, вдали замаячил тусклый свет. Свет, словно маяк, указывающий ей путь к спасению. Или к погибели. Но теперь ей было всё равно. Она шла навстречу неизвестности, готовая принять любой исход. Готовая умереть, чтобы искупить свою вину. Готовая жить, чтобы вернуть надежду тем, кто её потерял.
Свет становился ярче, обжигая глаза, словно слёзы раскаяния, пролитые впустую. Меган чувствовала приближение чего-то важного, чего-то, что перевернёт её мир окончательно. Сердце бешено колотилось, словно птица, бьющаяся в клетке, стремясь вырваться на свободу. Свободу от бремени прошлого, свободу от страха перед будущим.
Темноволосая остановилась, переводя дыхание. Перед ней возвышалось заброшенное здание, мрачное и зловещее, словно призрак минувших дней. Это место выглядело знакомым. Девушка там явно уже была. Чувство дежавю не отпускало, а сердце всё сильнее билось в груди. Она знала, что здесь её ждёт правда. Жестокая, беспощадная, но необходимая. И вот Меган сделала шаг вперёд, и дверь с тихим скрипом отворилась, словно приглашая её войти, а спустя несколько секунд захлопнулась за девушкой, оставляя её в пустоте.
Внутри царил полумрак, пронизанный лучами лунного света, проникавшими сквозь разбитые окна. Пыль веков висела в воздухе, окутывая всё вокруг. Она шла вперёд, чувствуя, как прошлое оживает вокруг неё, как тени тянутся к ней своими костлявыми руками.
И вот, она увидела сущность. Она стояла в дальнем углу комнаты, в тени, но Меган узнала её сразу. Её глаза, на удивление, полные боли и разочарования, смотрели на неё с укором. Темноволосая хотела броситься к сущности, избавиться от неё, напомнить, как сильно испортила она жизнь девушке. Но слова застряли в горле, словно ком, не давая ей произнести ни звука.
— Ты думаешь, — хриплый голос сущности разорвал тишину, — сможешь победить?
— Смогу, — тихо ответила Меган, подняв на неё взгляд, — добро всегда побеждает зло.
— Не верь в сказки, — усмехнулась тень, перемещаясь по тёмной комнате и задерживая взгляд на зеркале, — мы не в сказочном мире, а в реальном. Открой свои глаза и прими часть себя.
— Нет, — холодно отрезала темноволосая, прикусив губу от волнения, — почему именно я? К чему все убийства?
— Ты их просила, — усмехнулась тень, бросая взгляд на Меган через зеркало, — каждая жертва — это твоя просьба. Все смерти из-за тебя.
— Ты лжёшь, — резко ответила девушка, хватая камень и бросая его в зеркало, — ты жалкая пародия на меня, от которой нужно просто избавиться.
— Не смеши меня, — хмыкнула сущность, глядя на разбитое стекло, — ты называешь это борьбой? Ты просто питаешься этими эмоциями и смертями, Меган. Тьма порождает тьму. Именно ты здесь убийца. Думаешь, что, делая это, ты становишься лучше? Нет, ты становишься одной из них. Ты просто откладываешь неизбежное, отрицаешь свою истинную природу.
Меган отступила ещё на шаг, спиной почувствовав холодную стену.Сущность права. Она знала это. Каждая победа над преступниками Неовиля, каждое пролитие крови, оставляло пятно на её душе. Она чувствовала, как тьма подкрадывается всё ближе, как она становится частью её, как её тень, обретает силу.
— Это бесполезно, Меган, — произнесла тень, и её голос сочился отвращением и жалостью, — ты можешь бежать, можешь прятаться, но ты не сможешь убежать от себя. Ты и есть тот монстр, которого ты так боишься.
Она шагнула вперёд, и Меган, сломленная, подняла на неё взгляд. Битва была проиграна. Тьма победила. Темноволосая закрыла глаза, ожидая удара, объятий тьмы, полного поглощения. Но ничего не произошло. Открыв глаза, она увидела, как сущность замерла в нескольких шагах от неё, а лицо её исказилось в гримасе боли. Тень схватилась за плечо, задирая футболку и замечая, как родимое пятно начало пропадать. И Меган поняла. Поняла, что медленно, мучительно, она начала отвоёвывать себя по кусочкам. Осознала, что тьма не является её сущностью, а лишь навязчивой иллюзией. Поняла, что сила её не в подавлении тьмы, а в принятии и преобразовании её.
— Нет, — шептала сущность, наблюдая, как постепенно меняет свой внешний вид, как перестаёт быть той, чьим страхом питалась. Она больше не была Меган. Она была пустой оболочкой. Тень касалась плеча, стараясь разглядеть полумесяц, но всё тщетно. Пятна нет. Как и тени, которая буквально испарилась в воздухе, оставляя ужасный холод в комнате.
Исчезновение сущности было похоже на восход солнца после долгой ночи. Свет, слабый и робкий, пробивался сквозь пелену отчаяния, озаряя осколки её души. Меган опустилась на колени, слабо дрожа. Боль утраты, смешанная с облегчением, разрывала её изнутри. Она оплакивала ту часть себя, которая чуть не поглотила её, ту тьму, что манила обещанием силы, но взамен требовала лишь разрушения. Но также без чувств смотрела на то место, где минуту назад была тень. Тень, которая пожирала её изнутри. Тень, которая стала причиной смертей. Тень, которая оставила шрам в душе девушки уже навсегда.
Подняв взгляд, Меган увидела своё отражение в осколках разбитого зеркала. Не идеальное, истерзанное, но своё. В глазах больше не было страха, лишь усталость и тихая надежда. Она протянула руку, касаясь прохладного стекла, словно здороваясь с собой, с той, что вернулась из бездны. Собрав последние силы, Меган поднялась. Её шаги были неуверенными, но направленными к выходу. Каждый вдох был наполнен свежим воздухом, новой жизнью. Заброшенное здание осталось позади, словно кошмар, от которого она, наконец, проснулась. Ночь закончилась, начинался рассвет.
Меган знала, что битва ещё не окончена. Тьма никуда не исчезла, она лишь затаилась, выжидая удобного момента. Но теперь у неё было оружие, которого раньше не было — знание. Знание своей силы, своей истинной сущности. Она больше не боялась тьмы, она знала, как её обуздать, как превратить её в союзника. Отныне, каждый вдох был осознанным.
Она шла навстречу новому дню, омытая слезами, но сильная и готовая. Меган больше не была жертвой, она стала воином. Воином, который сражается не только с монстрами «под кроватью», но и с теми, что живут внутри. И она знала, что победит. И будет побеждать всегда. Потому что в её сердце горел огонь, огонь надежды, огонь любви, огонь, который не погаснет никогда.
Солнце, проникавшее сквозь щели в заколоченных окнах, касалось её лица, словно нежное благословение. Меган закрыла глаза, позволяя теплу пропитать каждую клеточку тела. В этом тепле она чувствовала поддержку, словно чья-то невидимая рука вела её вперёд. Боль ещё была рядом, она не исчезла, но теперь она не давила, не захватывала в плен. Теперь это была боль, с которой можно жить, боль, которая напоминала о пройденном пути и о силе, необходимой для того, чтобы выжить.
В её сердце рождалось новое чувство — благодарность. Благодарность за то, что ей был дан шанс. Шанс на новую жизнь, шанс стать лучше, сильнее, человечнее. Она была благодарна каждому мгновению отчаяния, каждой слезе, каждой минуте страха, потому что именно они выковали её новую сущность. Сущность, способную любить, прощать и бороться.
Медленно, словно хрупкий росток, сквозь трещины в разбитой душе пробивалась любовь. Любовь к себе, к миру, ко всему живому. Эта любовь была сильнее любой тьмы, она была неуязвима и беспредельна. Меган почувствовала, как эта любовь наполняет её, изгоняя последние остатки страха и неуверенности.
Она больше не боялась будущего. Она принимала его с открытым сердцем, зная, что оно может быть любым. Но теперь она была готова ко всему. Потому что в её сердце горел огонь, огонь надежды, огонь любви, огонь, который не погаснет никогда. И этот огонь освещал ей путь, ведя сквозь тьму к свету.
— Меган, — до боли знакомый голос послышался из заброшенного здания, которое уже покинула девушка. Темноволосая обернулась, задержав дыхание, боясь снова увидеть тень. Но никого не было, несмотря на то что голос был настойчивым. — Меган! Проснись!
И тут девушка открыла глаза. Слегка жмурясь от яркого света, темноволосая с трудом взглянула вперёд. Там стоял её отец, сдерживающий слёзы. А на фоне слышались крики матери. Крики не злости, разочарования. Крики боли. Крики матери, потерявшей ребёнка.
— Твою сестру, — отец запнулся, прокашливаясь, — твою сестру нашли в лесу. Её с нами больше нет.
Минута молчания. Осознание. Она это уже проходила.
Меган прикусила губу, отводя взгляд. Это всё было сном. Но теперь это наяву.
Мир в глазах девушки померк, словно кто-то безжалостно выключил свет. Лес. Сестра. Нет больше. Слова отца звучали как похоронный колокол, отбивающий ритм невыносимой утраты. Она знала это. Чувствовала в каждой клетке тела эту неизбежность, эту зияющую пустоту, которая разрывала душу на части. Но знать и пережить — две бездны, разделённые пропастью отчаяния.
Боль волной окатила её, парализовала волю. Как дышать? Как жить дальше, когда часть тебя вырвали с корнем, оставив лишь кровоточащую рану? Она видела это во сне, переживала этот кошмар, будто наяву. Однако это был лишь сон. Всё время это всё было простым сновидением. Жестокая реальность обрушилась на неё, погребая под обломками надежды. Надежды на счастливое будущее.
Слёзы беззвучно катились по щекам, смешиваясь с горечью осознания. Она должна была быть рядом. Должна была защитить. Должна была остановить тень. Но она спала, беспомощная, в то время как жизнь её сестры угасала в холодном, тёмном лесу.
Она подняла взгляд на отца. В его глазах плескалось такое же безутешное горе — отражение её собственной боли. Они были связаны этой трагедией, объединены невыносимой утратой. Но Меган знала, что должна быть сильной. Ради отца. Ради матери. Ради памяти сестры. Она должна выстоять, чтобы побороть тень, которая отняла у них самое дорогое. И она поборется снова. Во что бы то ни стало. Девушка, словно очнувшись, оголила своё плечо, заметив родимое пятно. Оно всё ещё на месте. Борьба не окончена. Это было издевательством от тени. Она играла с Меган, загоняя в тупики. И в этот раз она выиграла.
— Мы только начали, — хриплый голос послышался в голове. Сущность, которая придумала этот сон. Сущность, которая отняла все её надежды. Это не конец. Нужно всё начинать сначала.