Великая Чувашия, она же Великая Булгария, более известная как Волжская, была первым чувашским национальным государством. В более поздняя время, когда то величие угасло, на её прахе стали появляться различного рода идеи. В XVIII века Татищев - лицо российской историографии, писал о "булгарах" как о язычниках, прямо считая их чувашами. Позже, мусульманское духовенство, стремившееся создать корпус сакральной истории, желая укрепить свои позиции, на основе манипуляций повествованиями о принятии ислама в XIX веке создает свои идеи булгаризма - к такому выводу приходит Allen Frank - американский доктор философских наук.
Мусульманская концепция
Для начала, стоит разобрать мусульманскую концепцию. Главным столбом которой является Записки Ибн Фадлана - исламоцентричного посланника халифата, посетившего Булгарию в 922 году. В довесок к его писаниям, приплетается и ряд других арабских писаний. То есть, вся идея мусульманского общества держится на письменных источников *скверного* характера. Одним из важнейших приёмов историографии является критика источника. То есть, датировка писания не делает из него аксиому. Как уже было сказано, материалы, сообщающие о мусульманстве "булгар" сделаны не просто мусульманами, а поданными халифата. В их работах среди мусульман выделяются не только "булгары", но также и часть варягов, хазары, ханты-манси.
Сам Фадлан описывает изначальное "булгарское" общество чисто языческим. Правители носили языческие чувашские имена, жители купались обнажёнными, не делясь по полам, жили по кяфирским законам, а "праведных" не понимали даже уже после якобы принятия новой религии. Сам автор падал на колени при виде битвы языческих духов в небе. Арабскую делегацию не пустили даже в город, а встретили вдали от него. Записки Фадлана можно назвать художественными, где описаны явно сказочные мотивы, даже в останках мамонтов он видеть древний народ из мусульманского писания.
Сами переговоры несли торговый характер, обсуждалась тема монет. Чеканка "булгарских" дерхам уже около двух лет происходила на основе технологий халифата. Далее, как оказалось, Алмуш был обманут арабами, растратившими дарственные деньги, в связи с чем, сам "булгарский" владыка был сильно зол на них. Да и в целом, его сын тогда находился в заложниках у хазарского иудейского кагана. Занятно, что в самих Записках прямо описывается, как один из кочевых правителей, приняв ислам, потерял власть над своим народом, из-за чего сразу же вернулся в старую веру. В контексте "булгар" автор также упоминается вооруженный протест принятию ислама.
Но, как станет ясно далее, весь переход в ислам - вымысел. Несмотря на якобы официальное принятие, налаживание государственных связей и опору на халифат, Ал-Гаранти, сообщая о мусульманстве "булгар" в 1136 году, ничего не сообщает о Алмуше, Ибн Фадлане или 922 году, придумывая уже новую историю про царского врача мусульманина.
Появление ислама
Нельзя отрицать, что в один из периодов ислам всё таки пришел и укоренился на "булгарских" землях, но случилось это с падением самого государства в 1236 году. Монгольским периодом датируется мечеть в Болгаре, а также первые мусульманские надгробия.
Когда власть на Булгаром - главной гаванью, куда стекались все иностранцы, была под властью орды, в 1255 году Рубрук описывает свои удивления распространению ислама в районе Поволжья, что указывает на недавнее появление его. Он также посещает Сарай, и именно там находит армию ярых мусульман, которых считает за булгар. К тому моменту они уже давно имели чувашское самосознание, булгар стоит понимать как политоним-экзоним, который с монгольского нашествия и вовсе заменился билярами. Ясно, что никакое булгарское войско не могло находится в Сарае, под ними стоит понимать самих ордынцев, возглавляемых идейным мусульманином ханом Берке - брата Батыя, как сообщает сам Рубрук. В письме XVI века Альберта Кампензе к Папе Римскому также сообщается о принадлежности Батыя к мусульманской вере.
Языческая реальность
Единственной верной концепцией является языческая, подтверждаемая не только письменным, но и всем остальным рядом источников. Прежде всего, чуваши и являются теми самыми "булгарми", которые полностью сохраняют все элементы национальной идентичности, в том числе, исконные верования. Но, конечно, доказательная база не заканчивается только на этом.
Письменные источники
Для начала стоит разобраться с письменными свидетельствами. Как известно, современники домонгольского периода из числа мусульман лишены объективности. Единственными источниками, написанными до падения государства немусульманскими авторами, являются писания венгерских монахов. Будучи христианами, они представляют третью сторону, хотя само христианство также, как и ислам авраамо-семитская религия. Несмотря на это, Юлиан прямо называет Булгарию могущественным языческим царством, вместе с Саксином, который был частью Булгарии, имевшей около 60 укреплённых замков и 50 тысяч воинов.
Чётко сообщает о том, что "Великая Булгария - могущественное царство с богатыми городами, но все там язычники" другой, но уже анонимный венгерский автор. При этом, те путешествия к "булгарам" датированы 1235 и 1236 годом. То есть, описываются самые крайние вольные времена, что подтверждает языческое бытие на протяжении всего домонгольского периода.
В XVI и последующих веках пишется достаточно различных сообщений о том, что Чертово городище, располагающееся не так далеко от Елабуги - "старых болгар мольбище жертвенное", "храм древних язычников", также фигурируют волхвы", "жрецы", "Чернобог" и "капище". По тем же свидетельствам, на него продолжали ходить чуваши, упомянутые как черемисы.
Также, как сказано ранее, первые сообщения о религиозной принадлежности булгар в научном сообществе авторства Татищева - одного из главнейших научно-исторических деятелей российского государства. В 1768 году он прямо сообщает, что чуваши и есть те самые древние болгары, а также, что сами болгары имели закон брахман, то есть были язычниками.
Археология
Археология является важнейшим источником, которое также подтверждает языческую принадлежность домонгольского населения. Нам известно о целом языческом храме, являющимся почти единственным сохранившимся, хоть и частично, домонгольским архитектурным памятником. Который, к слову, существовал вплоть до конца XVI века. При этом, простые капища Керемети находились, как минимум, в Хулаше (X-XII), Тегеше (X-XII), Ага-Базаре (пригороде Болгара) (XIV-XV), Биляре (существует до сих пор). Все они прямо идентичны современным чувашским. При этом, свиные останки фигурируют в городищах и городах повсеместно вплоть до монгольского нашествия.
Вместе с тем, идентичны домонгольские "булгарские" и последующие чувашские языческие погребения. Несмотря на современные попытки исламизации тех погребений, чертами, запретными для мусульман и типичными для чувашей, являются: ориентировка с Запада на Восток, вытянутое на спине положение тела, неглубокость, погребальный инвентарь, коллективные захоронения (с людьми и животными), следы поминального обряда, гробовые конструкции, наличие одежды и украшений.
Как минимум, можно выделить следующий список могильников, разобранных мной и имеющих чисто языческий характер: Большетарханский могильник (VIII-IX), Балымер (скандинавы) (X), Пӑлаху (X-XII), Большая Таяба (X-XIII), Болгар - Бабий Бугор (XII-XIV), Болгар - Мавзолей (XIV-XV). То есть, языческие погребения были повсеместными. Вместе с тем, нам известен большой список языческих атрибутов, свойственных чувашам, в их числе, к примеру: идолы, предметы жертвоприношений, обереги и прочее. Да и на самих украшениях вовсю фигурируют языческие мотивы, к примеру, утки, почитаемые чувашами как святые. На предметах вооружения видны образы Мирового Древа, на которых восседают птицы. Стоит сказать, что изображение человека, либо животного в исламе - харам. То есть, даже герб, представленный барсом, также попадает под эту категорию.
Стоит упомянуть, что сами мусульманские надгробия подтверждают языческость "булгар". Как сказано ранее, они появляются лишь с приходом орды мусульман, что само по себе уже является доводом. Они были оставлены "булгарами" первой волны исламизации. На могилах прослеживаются чисто языческие чувашские мотивы о трёх солнцах. При написании цитат исламских источников использовался арабский, но остальное было именно на чувашском языке. Важно, что алфавит вязи не имел особых знаков и символом, существующих у всех неарабоязычных мусульман. Это также подтверждает, что он появился лишь с монгольским нашествием.
Имена
Важными являются и имевшиеся на их имена. Среди имён первых мусульман и их родителей сохраняются чисто чувашские языческие: Эльба, Элкей, Илпек, Тимерадж, Хесен и его отец Анпал. Сам Анпал личность середины XII века, именно он устроил заговор против Андрея Боголюбского вместе с его женой Улитой, которая упоминается именно как болгарка. Анпал мстил за убийство брата Кучко - отца Улиты по совместительству, его имя также является языческим чувашским.
По мимо самих исторических персонажей, нам известна "булгарская" топонимика. У чувашей и тогда бытовала традиция называть поселения от имён их основателей. Среди "булгарских" городов известны: Мерджи (XIII) - Мерчен, Бассов (XIII) - Пасай, Тухчин (1183), Техчу (XIII), что и есть чувашское Тухчи; Марха (XIII) сопоставляется чувашскому имени Марка и поселению Ҫатра-Марка. Ернась (Арнась, Эрнас) (XIII) - чувашскому Арняш и одноименной деревне. Йасу (XIII) - имени Ясу (Ясу-пай).
При этом, первыми известны правителями "Булгарии" были Котраг, Шельги, Алмуш - все эти имена прекрасно известны среди чувашей. Конечно, нумизматический материал дает исламизированный свод, но и сами монеты являются арабскими дирхамами. Первая, датированная 920 годом, увековечивает титул Ялтавӑр'а, но не пишет _кяфирское_ Алмуш, и только после арабизации имён Фадланом, оно вставляется. При этом, отец Шельги нового имени не получает, поэтому упоминается не именем, а титулом «Тегин». Хотя, в самих же арабских трудах и после упоминается именно Алмуш, что доказывает, что мусульманское имя использовалось лишь для монет. Само же чеканное производство было замещено собственным с конца X века.
То есть, на протяжении с VII вплоть до конца первой половины XIII века - всего времени существования государства, используется именно чувашский языческий свод имён, а не арабский мусульманский. Все известные имена относятся к самой высшей прослойке того общества, что отрицает даже формальный переход в ислам.
Христианский период
Также важным является и то, что с 1740 года начинается массовая насильственная христианизация чувашей. Хоть христианство, по большой части, тогда было представлено именно христоязычеством, всё же, формально чувашей представляли христианами. В связи с чем, в том же XVIII века Болгарский герб принимает чисто христианский мотив - агнца, держащего хоругвь.
Продолжателями домонгольской государственности являются Серебрянное, Аринское и Каринское княжества, нам известны имена правителей всех 3-ёх, которые являются чисто языческими и чувашскими. Символикой Серебрянного, вовсе, являлась Кереметь. Всего этого, как и массового вырезания чувашского (булгарского) населения ханом Узбеком во время признания ислама государственной религией, не было бы просто. К тому же, христианизация Руси заняла 300-400 лет, при этом, нет никаких авторитетных данных об угнетении языческого населения мусульманским духовенством.
Список источников:
Вниз по реке Волге чуваши, древние болгары, наполняли весь уезд Казанской и Симбирской.
Чуваши, народ болгарской, около Казани.
Вниз по Каме жили биляры, или болгары, и чолматы… ныне остатки их чуваша, которых и вниз по Волге довольно.
Закон у них [болгар] был брахманов, как выше сказано, что ещё в остатках их видимо, ибо о перехождении душ из одного в другое животное нечто чуваши верят.
История Российская В. Татищев (1768)
И есть в нем соборные мечети, в которых совершают пятничное моление хазары, которых тоже несколько племен. А в середине города живет эмир жителей Булгара, у них есть большая соборная мечеть, в которой совершается пятничное моление, и вокруг нее живут булгарцы.
А мне рассказывали в Булгаре, что одной из этих рыб в один из годов сделали отверстие в ухе, и продели в него веревки, и потащили эту рыбу; и открылось ухо рыбы, и изнутри его вышла девушка, похожая на потомков Адама: белая, краснощекая, черноволосая, толстозадая, прекраснейшая из женщин. И взяли ее жители Йуры и привезли на сушу, и это существо стало бить себя по лицу, и рвать волосы, и вопить. А Аллах сотворил ей в ее средней части, от пояса до колен, нечто вроде белой кожи, похожее на крепкую плотную ткань, покрывающее ее срам, будто изар, обвязанный вокруг пояса и прикрывающий ее срам. Они держали ее, пока она не умерла у них. Поистине, могуществу Аллаха нет предела !
А эти мечи, которые привозят из стран ислама в Булгар, приносят большую прибыль. Затем булгарцы [34] везут их в Вису, где водятся бобры, затем жители Вису везут их в Йуру, и [ее жители] покупают их за соболиные шкуры, и за невольниц, и невольников. А каждому человеку, живущему там, нужен каждый год меч, чтобы бросить его в море Мраков. И когда они бросят мечи, то Аллах выводит им из моря рыбу вроде огромной горы, которую [рыбу] преследует, желая ее съесть, другая рыба, больше ее во много раз. И спасается маленькая от большой, и приближается к суше, и попадает на место, откуда не может возвратиться в море, и остается там. А большая рыба не может достать меньшую и возвращается в море.
А летом в полдень жара у них сильная, сильнее, чем во всем свете, а вечером и ночью воздух холодает, так что нужно много одежд. Я постился там в месяц рамадан летом, и нарушил [пост], и забирался под землю в помещение, в котором была вода, выходившая из земли.
А смысл слова булгар - ученый человек. Дело в том, что один человек из мусульманских купцов приехал к нам из Бухары, а был он факихом, хорошо знавшим медицину. И заболела жена царя, и заболел царь тяжелой болезнью. И лечили их лекарствами, которые у них приняты. И усилился их недуг, так что стали они оба опасаться смерти. И сказал им этот мусульманин "Если я стану лечить вас и вы поправитесь, то примете мою веру?" Оба они сказали: "Да". Он их лечил, и они поправились и приняли ислам, и принял ислам народ их страны. И пришел к ним царь [12] хазар во главе большого войска, и сражался с ними, и сказал им: "Зачем принял эту веру без моего приказа?" И сказал им мусульманин: "Не бойтесь, кричите: Аллах велик!" И они стали кричать: "Аллах велик! Аллах велик! Аллаху хвала! О боже, благослови Мухаммада и род Мухаммада!" - и сразились с этим царем, и обратили его войско в бегство, так что этот царь заключил с ними мир и принял их веру, и сказал: "Я видел больших мужей на серых конях, которые убивали моих воинов и обратили меня в бегство". И сказал им этот богослов: "Эти мужи - войско Аллаха, великого и славного".
ЯСНОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ НЕКОТОРЫХ ЧУДЕС МАГРИБ Абу Хамид Ал-Гаранти (1136)
Я видел в его стране множество чудес, которые трудно перечислить. В первую ночь, которую мы провели в его стране, я перед заходом солнца увидел в предзакатный час, как небесный свод засиял красным, и небо наполнилось сильным шумом и криками. Я поднял свою голову и увидел поблизости от себя туман, подобный огню. Я видел, что этот шум и крики [доносились] из тумана, облака которого были похожи на людей и коней. У облачных фигур, похожих на людей, были копья и мечи, которые я видел совершенно ясно. Затем я увидел другой край тумана, похожий на первый, там также были люди, кони и оружие. Один край стал нападать на другой край, как будто одна конница сталкивалась с другой. Мы испугались этого и начали молиться и умолять Господа сжалиться над нами, а местные жители смеялись над нами и удивлялись нашим действиям.
Мы спросили об этом царя. Он рассказал, что его предки говорили: «Это верующие и неверующие джинны. Они сражаются [друг с другом] каждый вечер и не прекращают [сражения] с тех пор, как мы поселились здесь».
И если умирает из их числа человек, то ему наследует его брат, прежде его сыновей. Итак, я наставил царя, что это не дозволено, и наставил его, каковы [“правильные”] законы наследования, пока он их не уразумел.
[К этому моменту] наступил рассвет, и я спросил муаззина: – Какую молитву ты прочел? Он ответил: – Рассветную. Я спросил: – А последнюю ночную? Он ответил: – Мы читаем эту молитву вместе с закатной [молитвой]. Я спросил: – А [основную] ночную [молитву]? Он ответил: – Видишь, насколько [коротка ночь]? Были [ночи] еще короче, чем эта, но сейчас [продолжительность ночей] стала увеличиваться.
[Этот муаззин] рассказал мне, что он уже месяц не спит, опасаясь пропустить утреннюю молитву. Потому что [ночи стали так коротки], что если кто-то ставит котелок [греться] на огне в [начале] закатной [молитвы], то ко времени [чтения] утренней молитвы он еще не начинает кипеть.
Я поехал с ними верхом, пока не приехал к реке. Я оказался около этого человека. Роста он, [меряя] длиной моего собственного локтя, двенадцать локтей. Размер его головы был как самый большой котел, который только бывает, нос больше пяди, глаза огромные, пальцы больше пяди в длину.
Он поехал верхом вместе со мною в большой лес с огромными деревьями и привел меня к дереву, под которым [лежали] его кости и череп. Я увидел, что его голова похожа на большой улей, его ребра похожи на огромные сухие пальмовые стебли, его бедренные и локтевые кости такие же огромные. Я был поражен увиденным. Затем я ушел.
Однажды я спросил царя: – Твое государство обширно, у тебя много денег, твои доходы многочисленны. Почему ты просил государя, чтобы он построил крепость на свои средства?
Он ответил мне: – Я думаю, что исламское государство процветает и что его доходы берутся из законных источников. Именно потому я обратился с [этой] просьбой. Поистине, если бы я хотел построить крепость на свои деньги, на серебро или золото, то мне бы это было не трудно. Поистине, я лишь хотел получить благословение от монет повелителя верующих, поэтому и просил его [прислать] их.
19. Разногласия по поводу четырех тысяч дирхамов
19.1. По прошествии трех дней после прочтения письма халифа и вручения подарков царь послал за мной. До него дошли сведения о четырех тысячах динаров и о том, какую хитрость [выдумал Муса] ан-Насрани, чтобы задержать [их отправку]. Об [этих деньгах] сообщалось в письме.
19.2. Когда я вошел к нему, он приказал мне сесть. Я сел. Он бросил мне письмо повелителя верующих и спросил: – Кто принес это письмо? Я ответил: – Я. Потом он бросил мне письмо вазира и спросил:– А это? Я ответил: – Я. Он спросил: – Что касается денег, упомянутые в них обоих: что с ними произошло? Я ответил: – Их было нелегко собрать, у нас было мало времени, и мы боялись пропустить [караван, с которым мы] приехали [к тебе]. Поэтому мы [ждем], что они прибудут позднее.
19.3. Он сказал: – Поистине, вы приехали [сюда] все вместе, и мой господин оплатил вам всё.Единственное, почему вы здесь, так это для доставки денег, на которые я построил бы крепость для защиты от евреев, пытающихся поработить меня. Что касается даров, то мой гулам сам бы прекрасно смог их доставить. Я ответил: – Это всё верно, но мы сделали всё, что смогли.
19.4. Затем он сказал переводчику: – Скажи ему, что я не знаю этих людей, а знаю только его123, все они не арабы. Если бы Учитель, да поможет ему Аллах, заранее бы знал, что они смогут сделать то, что сделал ты, он не послал бы тебя блюсти мои интересы, прочесть мое письмо и услышать мой ответ. Я не спрошу ни единой монеты ни с кого, кроме как с тебя! Отдавай деньги, [иначе] тебе же будет [хуже]!
19.5. Я ушел от него испуганным и расстроенным. Он выглядел впечатляюще, был высоким, широким и большим человеком, вызывавшим уважение. Он был похож на большую говорящую бочку.
19.6. Я ушел от него, собрал своих товарищей и рассказал им о том, что произошло между царем и мною. Я сказал им: – Я вас об этом предупреждал.
Первый из их царей и главарей, кого мы встретили, [был] Йынал Маленький. Он прежде принял [было] ислам. Но ему было сказано: “Если ты принял ислам, ты уже не главенствуешь над нами”. Тогда он отказался от своего ислама.
Потом он [вновь] захотел переехать и послал [посланника] к народу, называемому Щуваз, приказав им выступить вместе с ним. Они отказались [подчиниться] и разделились на две группы. Одну из [этих групп] возглавил его зять, которого звали Вайрыг, он был их правителем.
Записки Ибн Фадлан (922)
Случилось у них так, что приняли они христианство в 300/912— 13 году[2]. А когда стали христианами, притупила вера их мечи, закрылись перед ними двери добычи, и принесло им [это] вред и крах. Стало недоставать им средств к жизни, и захотели они [обратиться] в ислам, чтобы возможными стали для них война и борьба и [чтобы] вернуться к привычкам, которые были у них. Направили послов к правителю Хорезма, группой в 4 человека из [числа] приближенных царя. У них [есть] независимый царь, [который] называет сам себя и титулуется буладмир[3], как называют царя тюрков хакан, а царя булгар — б.т.л.ту[4]. Прибыли послы их в Хорезм, выполнили свою миссию, [получив] разъяснение от хорезмшаха, так что захотели в ислам. Послал к ним [хорезмшах учителей], чтобы научить их закону ислама и обратить в ислам[5].
АРАБО-ПЕРСИДСКИЕ ИСТОЧНИКИ Ал-Марвази
Их царя зовут Алмиш, он принял ислам.
КНИГА ДРАГОЦЕННЫХ ОЖЕРЕЛИЙ Ибн Русте (925)
Именно с января до августа он сам и все другие поднимаются к холодным странам, а в августе начинают возвращаться. Итак, мы спустились на корабле от этого поселка до двора Бату, и от этого места до городов Великой Булгарии к северу считается пять дней пути. И я удивляюсь, какой дьявол занес сюда закон Магомета. Ибо от Железных Ворот, находящихся в конце Персии, требуется более тридцати дней пути, чтобы, поднимаясь возле Этилии, пересечь пустыню до упомянутой Булгарии, где нет никакого города, кроме некиих поселков вблизи того места, где Этилия впадает в море; и эти Булгаре – самые злейшие Саррацины, крепче держащиеся закона Магометова, чем кто-нибудь другой.
Есть еще один, по имени Берка [=Берке-хан (ум. в 1267 г.)], брат Бату, у которого пастбища находятся в направлении Железных ворот, где проходит дорога, по которой все сарацины, идущие из Персии и Турции, направляются к Бату и приносят ему подарки; он стал сарацином и не разрешает есть свинину в своем орду. Когда мы вернулись, Бату приказал ему переехать из того места за Этилия на восток, не желая, чтобы сарацины проходили мимо него, поскольку это казалось ему вредным [J: поскольку он (Бату) считал это вредным для своих интересов]. За четыре дня, которые мы провели в орду Сартача, нам ни разу не давали еды, и только однажды дали немного космоса.
Послание Вильгельма де Рубрук Людовику IХ, королю французскому (1253-1255)
Отец этого Тамерлана известен у нас в Истории под именем Батыя; на Татарском же языке называется Занка (Zanca). Во время Иннокентия IV вошел он северным берегом Меотийских болот с огромным войском в Европу и, завоевав сперва северо-восточную Русь, разрушил богатейший город Киев (Chiovia), разбил поляков, силезцев (Sletii) и моравов и, наконец, устремился на Венгрию, которую разорил вконец и привел чрез то в ужас и трепет весь христианский мир. До него все татары были идолопоклонники. Он первый, по убеждению сарацинов, принял магометанскую веру. — и потомки его досель пребывают упорными последователями сего учения. Может быть, они были бы христианами, если бы Христос имел таких ревностных священников и епископов, каких имеет Магомет.
Альберта Кампензе к Его Святейшеству Папе Клименту VII о делах Московии (XVI)
Завладев ими, и обратившись к западу, [татары] в течение одного года или немного большего [срока] завладели пятью величайшими языческими царствами: Сасцией, Фулгарией, взяли также 60 весьма укрепленных замков, столь людных, что из одного могло выйти пятьдесят тысяч вооруженных воинов. Кроме того они напали на Ведин, Меровию, Пойдовию, царство морданов. Там было два князя: один князь со всем народом и семьей покорился владыке татар, но другой с [86] немногими людьми направился в весьма укрепленные места, чтобы защищаться, если хватит сил.
(B дает иной перечень завоеванных мест: « (завладели) Фасхией, Меровией, завоевали царство Булгар, имевшее сорок весьма укрепленных замков... Напали на Ведин, где было два князя...» L. Bendefy считает Faschiam — Basciriam или Bascardiam, отвергая мнение Gombocz'a, что это Saksyn. Между тем и Faschia (В) и Sascia (Du) по форме очень напоминают именно Саксин. Фулгария, несомненно, Булгария. Меровия — к северу от Волги, между рр. Ветлугой и Унжей. Ведин — севернее Меровии до р. Сухоны.).
Письмо бр. Юлиана о монгольской войне (1235)
Великая Булгария — великое и могущественное царство с богатыми городами, но все там — язычники. В том царстве говорят в народе, что вскоре они должны стать христианами и [81] подчиниться римской церкви, но дня, как говорят, они не знают, а слышали так от своих мудрецов.
О существовании Великой Венгрии, обнаруженном братом Рихардом во время господина Папы Григория Девятого (XIII)
Надписи, въ Еоторыхъ замѣтны слѣды чувашизма, изображены всѣ безъ исключенія чисто арабскимъ алфавитомъ, безъ добавленія какихъ бы то ни было дополнительныхъ буквенныхъ знаковъ, какіе приняли въ свою письменность татары, турки, персы, афганцы и другіе народы, исповѣдующіе исламъ.
XX. Имя . (Ахки, ЛІгкі) мнѣ представляется весьма страннымъ по стеченію въ немъ согласныхъ £ и я думаю, что оно было невѣрно скопировано и что буква £ попала сюда по опхибкѣ. Если допустить, что она была поставлена вмѣсто подлиннаго J (что мало вѣроятно), то его можно сравнивать съ чув. языч. именемъ мужчины Елкей (3i r s»j). Такъ какъ дата j ОІ** болгарская, то вмѣсто ( его мѣсяцъ )
слѣдуетъ читать ) .
Судъ принадлежишь Богу. Мѣсто погребенія Асси , дочери Ельбэ (Іалба). Да будешь милость Божія надъ нею
милостью широкою , а также и надъ сосѣдями ея.
XIY. Имя j»~> (у Березина „Тимраджъ", у Клапрота—
Temradj) соотвѣтствуетъ чувашскому муж. имени Тимёрес
(тИмЭрэс). Въ этомъ болгарскомъ имени мы встрѣ чаемся съ
однимъ изъ тѣхъ случаевъ, когда глухія согласныя (въ данномъ случаѣ —с) передаются на надгробіяхъ арабскими звонкими, за неимѣніемъ другихъ болѣе подходящихъ буквъ.
Имя встрѣчается и у язычествующихъ чувашъ, которые произносятъ его Илпек (чит. Вмэ к). Сравненіе
слова съ осман. господинъ, только неудачная конъектура. Подъ именемъ 'Ч-Ь* мнѣ извѣстна одна чув.
деревня Хо^ахмат (Хо\\ахмат), по-русски Хочахматова, находящаяся въ Чебокс. уѣздѣ.
Болгары и чуваши Н. И. Ашмарин (1902)
О бесе творящем месты кредо головки живущему во граде на Каме реке.К сему же и се иное знамение при мне же бысшь 7) еще бо ми тогда живущую в Казани 6) в некоем улусе Казанском градец мал 8) на брезь высоц Камы реки своя , его же Русь именуют Бесовское Городище , в нем же живяше бъсь мечты творя ош многих лишь. Ибо шой градец еще старыхъ Болгар мольбище жертвенное, и схождахуся людие мнози со всея земли Казанские варвары и Черемиса мужи и жены жруще бесу и о полезных 9) вопрошающе 10). Вшо же время посла Царица самого Сеита Казанского вопро шаши вшей градец, еще дольешь Карязанскою землею 10) Пар Московскій, или Казанцы ему обладают.
10) Ту сузцихъ волхвовъ Бесь же аки онехъ отнелугъ исцеляше и овехь нерадьниемъ машкуюющихъ его улюреше неломянившихь ему нестожен , и ллавающихь рекою олроверзаше ладья и лотолляюще врець.
История о Казанском царстве неизвестного сочинителя XVI столетия по двум старинным спискам. Глава 34. «О бесе творящем мечты пред человеке живущем во граде на Каме реке».
Троицкий упраздненный мужской монастырь в Елабужском каменном Городище. На том месте, где находился древний болгарский город Бряхимов, посреди его развалин, в так называемом Чертовом городище.
Затем Рычков передает предания местных жителей о Чертовом городище, в которых смешиваются известия о нем Казанской летописи (Ив. Глазатого) с вышеперечисленным же местом татарской летописи Шарафеедина Булгарского. Именно говорится, что, по одному преданию, в сем месте был храм древних язычников, столь славный своим прорицалищем (оракулом), что народ отовсюду стекался к нему для вопрошения; а по-другому, что внутри храма обитал ужасной величины змей, в жертву коему жрецы приносили людей, исчезнувший пред падением царства Болгарского, что царь Болгарский, видя приближение к нему с севера идущих неприятелей - татар, тщетно умилостивлял и вопрошал теперь это божество
Шишкин Н.И. История города Елабуги с древнейших времен. Елабуга, 1901 с.16-25, 56-58
В летописце объявляются здесь разные дива, чудеса и проречения, возвещающие падение Казанское. Между тем в 34 главе сказуется. что в некотором улусе на высоком берегу Камы реки, был небольшой каменный пустой город, остаток древних еще болгар. Бывали тут изстари разные мечтания, и суеверные Казанцы бежали туда вопрошать и ворожится, от находившихся при том городке волхвов. Приносили тут жертвы и получали ответы, так как древние идолопоклонники от своих оракулов. Царица Казанская нарочно посылала от себя знатнейшего своего духовного Сейта, вопросить беса, одолеет ли она Московского Государя. По многих жертвах никакого ответа не было. Наконец в дсятый день живущий тут бес, якобы всем в слух ответ дал такой: «Что напрасно уже ему докучают. Он отходит прочь, прогоняем силою Христовою и воцарится там вера Христианская». Сие выговоря, в виде черного и густого дыма, из храмины вылетел огненный змей, и полетел на запад: что все, бывшие тут люди, якобы видели.
Рычков П. Опыт Казанской истории древних и средних времен, сочинен Петром Рычковым Статским Советником, Санктпетербургской Императорской Академии Наук Корреспондентом и Вольного Экономического Общества Членом. СПб., При Императорской Академии Наук, 1767 года. с. 129-130.
Рычковъ, подъ 1 іюня (1769 г.) своего Журнала путешествія, сообщаетъ, въ «Описанін Чортова городища»: «По извъстіямъ, которыя инь сообщилъ недалеко отъ Елабуги живущій заводчикъ Красильниковъ, въ семъ мъсть бывагъ храмъ древнихъ язычниковъ, обитавшихъ въ сей странъ. Онъ славенъ былъ въщуномъ или оракуломъ, который будто бы въ немъ находился, и отвъты, отъ него подаваемые, были столько почитаемы, что со всъхъ сторонъ народъ стекался къ нему для вопрошенія. Повъствуютъ еще, что въ нутри храма сего обиталъ ужасной величины зийй, котораго безчеловъчные жрецы обыкновенно умилостивляли примошеніемъ ему въ жертву людей иноплеменныхъ, и симъ его питали. Предъ тімъ, какъ быть разрушенну царству Болгарскому, сe чудовище невъдомо куда пропало. Вотще царь того народа, хотя и со слезами, умилостивлялъ бога храма сего, дабы спасти отечество свое отъ народа съ съвера идущаго, которой называгъ онъ Татарами, и которые уже находясь въ его земляхъ раззоряли нъ которыя части его государства. Онъ не получилъ никакого отвъта о судьбь своего народа, и принужденъ былъ возвратиться въ свой городъ, въ которомъ обще со всъми свонми подданными былъ жертвою своихъ непріятелей.
Кунцевич Г.З. История о Казанском царстве или Казанский летописец. Опыт историко-литературного исследования. СПб., типография И.П.Скороходова, 1905 стр. 352-364