«Пророк. История Александра Пушкина» — музыкально-биографический фильм молодого режиссера Феликса Умарова, угрожающий ни много ни мало перевернуть игру в жанре. Звезды сошлись для проекта как нельзя лучше. Во-первых, роль «нашего всего» играет Юра Борисов (о том, что его номинировали на «Оскар», напоминают даже с постера). Во-вторых, «Пророк» привносит в формат байопика новую, невиданную российским кино вольность. Такого Пушкина — мятежного по рок-звездному и живого, не чета забронзовевшему образу из хрестоматий — нигде больше и не увидеть.
Для нас Александр Сергеевич, понятное дело, — великий поэт, чьи строчки известны чуть ли не с младенчества, и главный символ чести великолепного русского века, невольником которой он был. В общем, не человек даже, а эдакое продолжение многочисленных памятников, чья география — от Вашингтона до Владивостока. За патиной уже почти не видно, как Пушкина воспринимали современники: что был он моднейшим и скандальнейшим автором, а «Евгений Онегин» когда-то выходил «в онгоинге» и ждали его, как сегодня ждут новый сезон любимого сериала. Знакомством с поэтом бравировал перед провинциальной публикой гоголевский «Ревизор» Хлестаков (это как сегодня хвалиться, что с Виктором Пелевиным на дружеской ноге), питерские картежники ставили деньги на «тройку-семерку-туз», позаимствованные из «Пиковой дамы». Ночью же после отпевания Пушкина у гроба бдели зареванные фанатки. Умели же скорбеть по кумирам! Чиновники еще и возмущались: за что ему, обалдую, бездельнику и диссиденту, такая любовь? Два столетия минуло, а несоответствие государственного и общественного вкуса как было скрепой отечественной культуры, так ею и остается. В обилии героев, сюжетных линий, смешных реплик и танцевальных номеров есть несомненный магнетизм, но к финалу «Пророк» уже перестает контролировать избыточность. Не остается толком времени ни для Дантеса (жаль — Флориан Дебиендра предстал в нетипичном образе для убийцы гения), ни для Натальи Гончаровой (Алена Долголенко). За эту сторону пушкинской жизни придется отдуваться сериалу «Натали и Александр» — уж там мелодрамы отсыпали с горкой. Конечно же, Юра Борисов никак не похож на Пушкина с картины Кипренского — а как поэт выглядел в молодости, мы можем только гадать: тут даже посмертная маска не поможет. И если о визуальных образах и темпе повествования еще можно спорить, то очевидную красоту замысла оценят даже прожженные скептики: впервые на первый план вышел не вылизанный Пушкин-гражданин, революционер или затравленный обществом творец, а модный, изменчивый и колючий, притом чертовски обаятельный герой любого времени. Неважно, поэт ты или звезда хип-хопа: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей».