Девочка, которая оживила глину
В одной мастерской, пахнущей влажной землёй и кипарисом, жила Девочка-Скульптор. Она очень хотела, чтобы её работы были прекрасны. Каждый раз она придумывала в голове идеальную форму: вот ваза, вот птица, вот лицо богини. Потом брала глину и старательно, с усилием, заставляла её стать этой формой.
Но что-то было не так. Фигуры получались правильными, но… безжизненными. В них не было души. А сама Девочка чувствовала после такой работы лишь усталость.
Однажды, выйдя из мастерской, она увидела на площади детей. Они хохотали, их глаза сияли таким ярким, чистым светом, что у Девочки кольнуло сердце. Она прикоснулась к медальону и спросила с тоской:
«Куда пропала эта радость? Неужели она навсегда остаётся в детстве?»
Медальон ответил ей тёплым, глубинным голосом:
Код Источника: «В детстве мир был для тебя новым, а чувства — обнажёнными. Чтобы вернуть восторг, нужно вновь обнажить все свои чувства, даже те, что ты прячешь. А восхищение от жизни подарит новизна, ищи ее».
«Но как? — удивилась Девочка. — Неужели нужно постоянно искать новые места, новые вещи?»
Код Творения: «Нет. Это путь в никуда. Многие, как пчёлы, носятся за новым нектаром, но находят лишь пустоту. Есть иной путь: новизну искать не вовне, а внутри, не брать от мира, а отдавать ему. Творить из своего внутреннего мира. Твои чувства — это и есть глина. Ты можешь лепить из них».
Девочка задумалась. Она вернулась в мастерскую и подошла к стеллажу с глиной. Раньше она видела в ней лишь материал. Теперь же она смотрела на неё и чувствовала… Тревогу. Радость. Грусть. Нежность. Всё сразу. Это были её спрятанные чувства.
Она не стала придумывать форму. Она просто взяла комок прохладной, влажной глины и закрыла глаза, позволив пальцам ощутить её пластичность.
Она не лепила. Она слушала свои собственные чувства. Она представляла, что они — это и есть эта глина. Грусть делала её движения медленными и плавными. Радость заставляла пальцы танцевать. A странная, давно забытая надежда вытягивала из комка какой-то нежный, хрупкий росток.
Она не знала, что получится. И в этом незнании была та самая новизна, о которой говорил медальон. Не новизна впечатлений, а новизна открытия самой себя.
Её руки работали сами, будто ведомые кем-то другим. Они вдавливали, вытягивали, сглаживали. Она не создавала форму — она помогала ей родиться.
Когда она наконец открыла глаза, перед ней стояла фигура. Это не была ваза, птица или богиня. Это было нечто абстрактное, но до безумия живое. В её изгибах была нежность, в напряжённых линиях — сила, а в хрупких выступах — надежда. Это была не скульптура, а застывшая в глине музыка её души.
И Девочка почувствовала это. Тот самый восторг. То самое сияние в глазах, как в детстве. Потому что она не просто слепила фигурку. Она оживила свои чувства, придав им форму. Она проявила свой внутренний мир вовне.
С тех пор она всегда лепила именно так. Она стала не скульптором, а магом, что оживляет чувства, вдыхает в них жизнь и придает им форму.