Приветствую! Хочу поделиться историей о том, как журналисты угодили прямиком в перестрелку между нашими военными и чеченскими правоохранителями. Дело было весной 2003-го, буквально за несколько дней до того самого мартовского референдума. Знаете, в те времена подобные заварушки были, можно сказать, обычным делом...
СПРАВКА:
23 марта 2003 года в Чечне прошел конституционный референдум, в ходе которого была принята новая Конституция республики. Это событие закрепило вхождение Чечни в состав Российской Федерации и было позитивно воспринято российскими властями, которые увидели в этом выбор чеченского народа в пользу мира и развития. По итогам референдума 23 марта стал Днём Конституции Чеченской Республики, о чем был подписан соответствующий указ.
Грозненская авария с перестрелкой
Катит себе бронетранспортёр с федералами по дороге. В республике уже вроде как затишье началось – боевые действия прекратились, многие из тех, кто воевал против нас, уже записались в союзники...
И тут на пересечении улиц перед «витязями» выскакивает «семёрка» с милицейскими надписями на машине. Из окон авто торчат гражданские в штатском, машут полосатыми палками и орут, чтоб военные остановились. «Жигули» резко выруливают прямо под колёса, а бронетранспортёр – машина-то под четырнадцать тонн весом – пытается свернуть и врезается в бок легковушки. И буквально через мгновение начинается настоящий ад – строчат автоматы со всех сторон.
Какие-то разношерстные типы в темной одежде носятся следом за нашими бронетранспортерами, палят из стволов – благо, целятся пока над головами бойцов и журналистов. За военными гонится целая вереница тачек: и с мигалками, и без всякой атрибутики. Сирены воют так, что уши закладывает.
Со стороны картина, наверное, смотрится абсурдно: представьте, два здоровенных броневика драпают от каких-то легковушек. Только экипажу внутри не до смеха. Тем более когда командир вдруг рявкает в радиостанцию:
«Приготовиться к бою!»
А тут еще из «Жигулей» пятой модели, что поравнялись с нашей машиной, высовывается чеченец и матерится в громкоговоритель:
– Жми к краю дороги, бл...! – размахивает калашом. – К обочине давай, с...а!
И тут же – черная «Волга» резко выскакивает наперерез бронетранспортеру. Командир не стал давить чеченцев – притормозил, чтобы не устроить аварию покруче. Буквально через пару секунд оба БТРа оказались плотно зажаты со всех сторон – легковушки обступили их со всех сторон, машин десять, не меньше. Из салонов моментально повысыпали люди – кто они такие, черт их разберет: то ли местная милиция, то ли бандформирования. Одеты кто во что горазд: на ком-то милицейская форма болтается, кто-то в дубленках штатских разгуливает, а некоторые вырядились в черные комбезы – прямо как у американского спецназа из боевиков. Защелкали затворы автоматов. А эти «доблестные инспектора», понимаешь ли, полезли в багажник белой «Волги» – и давай оттуда армейские гранатометы таскать.
— Все из машин, живо! — рявкает старший. Парни из спецназа срываются с бронетранспортёров и моментально разворачиваются кругом. Да, влипли мы конкретно. Настоящая западня получилась. Застряли посреди проклятой улицы, как мыши в мышеловке. Наших человек двадцать с небольшим, а этих горцев — в разы побольше, все восемьдесят наберётся. И что хуже всего — все ключевые точки для стрельбы уже у них в руках.
РПГ-шки их на наши БТРы нацелены, того и гляди полыхнём. А нам прятаться особо негде: железные коробки да несколько чахлых стволов по краям. Хотя надо отдать должное нашим — работают чётко: за пару секунд рассредоточились по тому жалкому пятачку, что нам достался, и заняли позиции по всему периметру. Автоматы ствол в ствол — кто кого.
Вот и настал момент разобраться в происшествии.
— Господа, давайте без эмоций, — басовито произносит Бислан Гантамиров, занимающий пост министра печати Чеченской Республики. Ага, вот чья, оказывается, охрана решила нас тормознуть.
Только спокойствие не приходит. Может, кофейку маловато налили? С той и другой стороны — сплошная ругань. Чеченская сторона берёт напором, да ещё и людей у них побольше.
- В 95-м году я бы вообще с тобой разговаривать не стал! - бросает кавалер трех орденов Мужества полковник Александр Маркушин.
- Так ситуация изменилась, - ухмыляется непонятно чей охранник Якуб.
- Нам что, стрелять?! - сорвавшись, орет наш командир группы.
- Давай! И мы начнем! - продолжает брать на горло пожилой гаишный майор.
Гантамиров, сохраняя достоинство, покидает место конфликта. Умывает руки?
Развязка ситуации
Следующие десять минут тянулись мучительно долго. Казалось, время остановилось. Малейшее неосторожное движение, случайное нажатие на курок – и начнется непоправимое...
Видимо, местные бойцы разглядели в глазах наших ребят твердую решимость. Поняли: эти русские парни не отступят, будут биться за собственное достоинство до последнего.
Командир связывается с базой в Ханкале:
– Находимся в окружении, в самом центре города. Обстановка крайне напряженная. Нужна помощь. Положение неуютное, мягко говоря.
Слово «неуютно» здесь звучит как издевка. Местные чеченцы откровенно лезут на рожон, словно специально ищут заварушки.
Наш стрелок наклоняется поближе и говорит вполголоса:
— Да это у них система такая. Видишь, броня у нас вся в грязище — номера не разберешь. А им же надо выяснить, кто это шастает по их территории. Вот и выкатили свои «Жигули» прямо под колеса. Прекрасно понимали, что мы не успеем затормозить. Развлекаются так, понимаешь...
Позже механик-водитель БТР объяснит испуганным журналистам всю картину:
— Да это стопроцентная провокация была. Мою махину за пару секунд не остановишь — законы физики никто не отменял. Я только успел руль вправо дернуть, чтобы хоть как-то удар погасить. А резче крути — вы бы все с брони в кювет попадали.
Тяжелый пулемет на броне развернулся прямиком на фонарь. А там, понимаешь, притаился боец с гранатометом — прицелился и ждет. Настоящее противостояние получилось, один на один. Хорошо хоть стрелять никто не спешит, пока на словах кто кого перематюгает. Минуты три, наверное, соревновались в красноречии. Потом стволы медленно разошлись по сторонам. Ну и слава Богу, отпустило немного.
Говорить по-человечески начали только когда с базы «Витязя» в Ханкале подогнали технику — по паре бронетранспортеров с каждого направления. Вот тогда наших ребят и вызволили из западни. И тут же, будто их кто вызвал заранее, нарисовались чиновники — городской прокурор, следак из прокуратуры, всякие эксперты. Короче, что могло закончиться кровью, превратилось в обычную канцелярскую волокиту. Давай составлять бумаги: протоколы там всякие, схемы рисовать, показания с обоих водителей снимать...
Напряжение спало так же стремительно, как остывает раскаленный металл под струей ледяной воды.
Все утихомирились, одним словом. Что дальше? А дальше по накатанной схеме - приехала разборная команда из ГАИ, начали протоколы составлять. Забавно получается: только что грозились из РПГ по нашим ухнуть, а теперь вот бумажки заполняют. Местные требуют выдать им водителя бронетранспортера - мол, формально же он за рулем был во время этой подстроенной аварии, значит, виновный. Их следак уже потирал руки, собирался тащить парня в изолятор. Ну а наши, естественно, послали его подальше.
Тут командир нашей группы и выдает:
- Зачем вам с ним возиться, туда-сюда таскать? Давайте проще - прямо здесь и пришлепните.
И знаете, без тени усмешки это произнес. Абсолютно серьезно.
Один бывалый военный офицер откровенно рассказал нам о реальном положении дел:
— Знаете, если говорить начистоту, из всей милицейской системы Чечни толк есть только от ОМОНа. А что творится в обычных райотделах — просто беспредел! Боевики заявляются туда как к себе домой, с автоматами через плечо. Сотню долларов на стол — и пожалуйста, вот тебе корочки сотрудника МВД. Записывают туда свой калаш — и всё, человек как в воду канул. Легально вооружён и неприкасаем. А начальник районного отдела в это время зарплату за всех этих «призраков» в карман кладёт.
Ребята из внутренних войск провели собственную разведку. Картина получилась любопытная: на участке дороги всего-то километров семь — от военного городка сорок шестой бригады до Ханкалы. Так вот, на этом отрезке они насчитали сто восемьдесят вооружённых чеченцев! Стоят постоянно, небольшими группками — человека по два-три. Типа, за порядком следят, движение контролируют...
А к вечеру в Ханкале только об одном и болтали — про нашу аварию.
А тут полковник из ВВ взял и выдал:
— Знаете, ребята, прямо девяносто шестой припоминается. Того и гляди опять за Грозный приниматься придется. Да и по другим точкам пройтись.
ЗАЯВЛЕНИЯ ОФИЦИАЛЬНЫХ ЛИЦ
Станислав ИЛЬЯСОВ, министр РФ по делам Чечни:
«Сейчас идет серьезная подготовка к референдуму. Самые трудные моменты мы уже, можно сказать, отработали, однако ключевая задача на данный момент — гарантировать безопасность во время голосования.
Деньги на это выделены».
Анатолий ПОПОВ, премьер-министр Чечни:
Боевые формирования ведут активную агитацию среди жителей республики, стараясь отговорить их от явки на конституционный референдум, запланированный на двадцать третье марта. Мы постоянно держим в голове – без грамотной контрпропаганды тут не обойтись, это наша прямая обязанность.
Глава избирательной комиссии Чечни Абдул-Керим АРСАХАНОВ заявил следующее:
«Чеченская Республика практически полностью – процентов на восемьдесят пять, а то и на все девяносто – подготовилась к референдуму».