Вспомните это лицо. Такое доброе, мудрое, немного печальное. Миллионы людей по всему Союзу смотрели на него с экранов и верили каждому его слову, каждому жесту, кем бы он ни был в этот момент.
А ведь он был кем угодно!
С какой-то почти сверхъестественной легкостью он мог перевоплотиться в трогательного, чуть наивного Папу Карло, а в следующем фильме стать мужественным покорителем Сибири или гениальным ученым, создавшим Электроника.
У него была совершенно особая связь с Андреем Тарковским, который считал его своим талисманом и звал почти во все свои картины.
Но его работа в роли Антона Павловича Чехова — это было что-то невероятное, выходящее за рамки простого актерского мастерства.
Казалось, это не игра, а реинкарнация.
Аристократизм, пронзительный, всепонимающий взгляд и даже феноменальный, почти двухметровый рост — все совпадало настолько, что создавалось жутковатое ощущение: сам классик на несколько часов вернулся к нам из небытия.
Путь в актеры
Он появился на свет в 1920 году, и его жизненный путь, казалось, был начертан еще до его рождения.
Его детство прошло не в обычной квартире, а в самом настоящем театре, и это не метафора.
Его родители служили в рабоче-крестьянском передвижном театре, где отец был не только актером, но и художественным руководителем.
Все его ранние воспоминания были связаны с запахом кулис, светом рампы и гулом репетиций.
Мальчик буквально вырос в этой атмосфере, впитал ее с молоком матери и, разумеется, заболел сценой на всю жизнь.
Его артистические задатки проявились так рано и так ярко, что ни у кого не было сомнений — его ждет прямая дорога в театральное училище.
Однако в эти радужные планы грубо вмешалась большая история.
Наступили тяжелые времена, и вместо студенческой скамьи юный Николай Гринько оказался в военной казарме.
Он сменил мечты о сцене на суровую реальность, надел летную форму и сел за штурвал боевого самолета.
Он стал стрелком-радистом на бомбардировщике, прошел через самые тяжелые испытания.
И только после долгожданной победы он смог наконец-то вернуться к тому, о чем мечтал всю юность.
Он пришел в театр и начал жадно впитывать все то, что у него отняли годы испытаний, параллельно с работой окончив актерскую студию.
Но его путь не был прямым, судьба словно проверяла его на прочность, подбрасывая все новые повороты.
Работая в одном из провинциальных театров, он вдруг открыл в себе совершенно неожиданный талант — талант эстрадного комика.
Вместе с актером Григорием Антоненко он создал уморительный дуэт, который мгновенно стал местной сенсацией.
Их выступления пользовались огромной популярностью.
Еще бы! Публика просто лежала от смеха, наблюдая за этим невероятным контрастом: на сцене возвышался гигантский, статный Гринько, а рядом с ним суетился его крошечный, подвижный партнер.
Молва об этом необычном дуэте быстро докатилась и до столицы, откуда вскоре пришло престижное приглашение — в знаменитый джазовый оркестр.
Там Николай начал с роли конферансье, но благодаря своему таланту и организаторским способностям быстро вырос до художественного руководителя.
Оркестр был невероятно популярен, они собирали полные залы по всему Советскому Союзу.
Но сам Гринько все отчетливее понимал, что его душа рвется в совершенно ином направлении. Его манил кинематограф.
В конечном счете он оставил эстраду и полностью посвятил себя кино, снявшись почти в полутора сотнях фильмов.
И самые свои главные, самые пронзительные роли он сыграл именно на «Мосфильме».
И вот тут кроется горькая ирония его творческой биографии.
На его родной киностудии имени Довженко, где, казалось бы, его должны были носить на руках, его масштаб почему-то так и не оценили по достоинству.
Там ему не дали ни одной по-настоящему большой, глубокой роли, достойной его таланта.
Но была у него и другая боль, другая несбывшаяся мечта. Он отчаянно хотел попробовать себя в режиссуре.
У него был готовый сценарий, с которым он много лет ходил по кабинетам, но киночиновники раз за разом давали ему от ворот поворот.
Та же история повторилась и с другим его проектом, комедийным.
Его зарубили с совершенно издевательской формулировкой: «отсутствие национальной основы».
После этого он, кажется, окончательно сломался и просто перестал бороться с этой непробиваемой стеной.
Мечта длиною в жизнь
Но была у него одна, самая заветная мечта, которая превратилась в его личную, тихую трагедию.
Всю свою жизнь он мечтал сыграть Дон Кихота.
Только вдумайтесь, ведь он был просто создан для этой роли! Его аристократическая внешность, этот взгляд, полный вселенской печали, его внутренняя наивность и верность высоким идеалам — да ведь это был готовый Рыцарь Печального Образа!
Но время шло, а приглашения все не было.
И вот, когда ему стукнуло уже 67, когда он давно смирился с тем, что больших ролей ему уже не видать, раздался тот самый звонок.
Режиссер Резо Чхеидзе запускал многосерийный фильм «Житие дон Кихота и Санчо» и был абсолютно убежден, что играть главного героя должен только Гринько.
Но в этой истории был один жестокий нюанс. По сценарию его герою было чуть больше сорока лет.
И Николай Григорьевич, собрав всю свою волю в кулак, от этой роли отказался.
— Слишком поздно, — с тихой грустью сказал он своей жене. — Куда мне теперь... Здоровье уже не то, чтобы девять серий подряд на коне скакать. Но я так благодарен Резо. Он дал мне хотя бы на три дня почувствовать, что мечта сбылась.
А ровно год спустя его не стало.
Личная жизнь
Первый его брак, случившийся еще в юности, оказался коротким и закончился довольно прозаично: жена просто нашла себе другого.
Свою настоящую, единственную любовь он обрел, когда ему было уже под сорок.
В 37 лет он встретил ее. Ее звали Айше.
Она была молоденькой 25-летней скрипачкой в его оркестре. Невероятно хрупкая, одаренная, с восточной внешностью, она казалась ему каким-то неземным, экзотическим цветком.
Он, высокий, статный руководитель оркестра, был совершенно сражен ее красотой, а еще их объединяла общая религия — музыка, которой они оба жили.
Николай мог сидеть часами и просто слушать, как она репетирует, и с каждым днем понимал, что пропадает все больше и больше.
Он очень долго не решался признаться в своих чувствах, боясь разрушить их теплую дружбу. Но однажды она как бы между прочим сообщила ему, что собирается замуж.
В этот момент он понял, что отступать некуда.
Он пошел ва-банк и открыл ей свое сердце, хотя умом понимал, что шансов у него почти нет. Ведь он был на двенадцать лет старше, а у нее через месяц была назначена свадьба.
— Нас соединила музыка, — рассказывала позже Айше. — Как-то раз я репетировала в полутемной комнате. Он подошел сзади, тихо-тихо, и просто обнял меня. Вот с этого вечера все и началось.
Ему удалось зажечь в ее сердце ответный огонь, и в итоге ее свадьба не состоялась.
Причем Гринько проявил себя как настоящий мужчина: он лично позвонил ее жениху и сообщил, что теперь у его невесты есть другой мужчина.
Они не стали устраивать пышных празднеств. Их свадьба была очень тихой, только для них двоих.
Ради этой большой любви Айше совершила поступок, который многие сочли бы безумием: она ушла из консерватории, когда до диплома ей оставался всего один год.
— Ты все сделала правильно, — сказал ей много лет спустя ее бывший преподаватель. — Такой человек, как он, стоил этой жертвы.
Нужно сказать, что к моменту их знакомства здоровье Николая Григорьевича было уже не блестящим.
Бесконечные гастроли, банкеты после концертов, совершенно сбитый режим — все это давало о себе знать.
Но настоящая любовь, как известно, творит чудеса.
Ради своей молодой жены он совершил невозможное: полностью перекроил свою жизнь.
Завязал с шумными застольями и вредными привычками, начал строго следить за питанием и буквально на глазах превратился в другого человека.
Они прожили душа в душу более тридцати лет.
И это было то самое редкое, гармоничное счастье, о котором пишут в романах.
А потом в их дом пришла беда. Медики вынесли неутешительный вердикт- лейкемия.
Но даже зная о своем состоянии, он продолжал выходить на съемочную площадку до тех пор, пока его держали ноги.
Его не стало 10 апреля 1989 года, всего несколько недель он не дотянул до своего 69-летия.
И все это время, до самой последней секунды, его рука была в руке Айше. Она была рядом.
После его ухода она совершила еще один невероятный поступок, который может совершить только по-настоящему любящая женщина. Она продала все, что у нее было, все свои драгоценности, чтобы установить достойный памятник.
Она пережила его на 24 года, но так и не впустила в свое сердце никого другого, сохранив ему верность до конца.
И в этой великой истории любви была своя тихая, пронзительная нота.
Актер, который так гениально играл отцов и дедушек, который стал для нескольких поколений детей самым лучшим папой на свете — Папой Карло, в реальной жизни так и не стал отцом.
У них с Айше не было детей.