Есенин. 130 лет со дня его рождения.Стих

Есенин. 130 лет со дня его рождения.
Родился 3 октября 1895 года. Умер 28 декабря 1925 года.

Перо поэта – меч солдата,
Навис над вражьей головой.
Санитар-поэт Есенин,
Участник Первой Мировой.

Ослабли царские наделы,
Россия встала на дыбы.
Открыла новые пределы,
Не будет больше нищеты.

Трудно выбрать светлую дорогу,
Когда шальная молодость идёт.
Отдать все силы Родине и дому.
Поэт вступил на левый разворот.

Вздохнув свободою народы,
Встаёт Россия  из руин.
Жестоких войн минули годы,
Работы много для мужчин.

Заря на холм облокотилась,
Теплом согрела горизонт.
С холма в долину устремилась,
И против тьмы открыла фронт.

Ночной дозор. Луна – царица.
Дозор до первых петухов.
Устав от службы, спать ложится,
Между пуховых облаков.

Косцы шагают втихомолку –
Шагают тихо, на косьбу.
Петухи горланят во всё горло,
Да отрок я, с косой бреду.

Давно ушло то время молодое,
От стариков, давно ушли года.
Но старина напомнила былое:
Ложится в ряд покорная трава.

Острижен луг под косами «Колоссов»,
Я далеко отстал от стариков.
Мой прокос последний из прокосов,
Я далеко отстал от стариков.

Разгорелась заря над прокосом,
В небеса испаряется пот.
Овладела заря сенокосом,
Впереди меня этот и тот.

Впервые я, во время сенокоса,
Осваивал мозолями урок.
Сквозь сон услышал я вопрос:
«Поди устал, устал сынок?»

Уж смежил сон мои глаза
И вижу я Есенина – поэта.
В его руках перо – коса,
Ложится в строчки сочная трава.

Впереди уходящий Есенин,
Проливает горячий пот.
Я примером поэта овеян,
Позади меня этот и тот.

Я встаю на светлую дорогу,
Вдоль дороги стелятся луга.
По краям, у скошенного лога,
Из трав медвяных высятся стога.

Хоть мой язык и беден, и коряв,
Меня услышит пойменная грива:
«Поэтом скошенных медвяных трав,
Получит в закрома Рязанская кобыла».

Была в слезах Рязанская кобыла,
Когда хозяин вёл её к сохе.
А нынче у крестьян другое время,
Железный конь резвится в борозде.

Мои глаза ласкает синева -
Безбрежная Есенинская Русь.
Звучат над Родиной Есенина слова,
А я галопом гулкой ранью мчусь.

Под седлом Рязанская кобыла,
На заре помчалась по Руси.
Русь Советская стихом заговорила,
Всего ей доброго и доброго пути.

Уже Рязань по-новому живёт.
Уже снесён ненужный тын.
Из новых изб другой настрой идёт.
Из труб клубится кучерявый дым.

А вечер тёпл. Изба в истоме,
Открыла в позевоте дверь.
Сквозняк шумит в дверном проёме,
Да воробьиная в застрехе канитель.

Гулко скачет на заре кобыла.
Глядит в окно рубиновый восток.
Меня ласкают мамины ладони:
«Пора на сенокос, проснись сынок».

Анатолий Лукашин